Фандом: Гарри Поттер. — И кто тот счастливчик, что обошел моего неудачливого бестолкового братца?— Профессор Снейп. — Ты умеешь удивлять, подруга! Кто бы мог подумать — Снейп! Вот это улов!Продолжение «Шах и мат, мисс Грейнджер!», но можно рассматривать как самостоятельный фик.
21 мин, 7 сек 16211
— Тогда с чего ты решила, что ошиблась? — нарочито ровным тоном поинтересовался он.
«Не томи, малышка, скажи мне!»
— Потому, что я проводила эксперимент на себе…
«Ну, это я и так знал».
— … и оказалась беременна.
— Ты уверена? — уточнил он.
— Я уже побывала в Мунго. Целитель Смит провел диагностику и подтвердил.
«О Мерлин, Мордред и Моргана!»
Северус шумно выдохнул, сел на колени перед женой и рывком притянул ее к себе, мысленно вытанцовывая трэбл-джигу, но вдруг заметил, что Гермиона нахмурилась.
— Что не так?— озадаченно спросил он. — Послушай, если ты на счет учебы…
— Я уже подала запрос о переводе меня на заочное отделение в Пражский магический университет, — выпутываясь из его объятий, сказала она.
— Тогда в чем дело?
— В том, что я где-то ошиблась.
— Твоя ошибка — самая правильная ошибка в мире, — с облегчением отметил он.
— Понимаешь, — не обращая внимания на его слова, продолжала Гермиона, — я так долго выводила эту формулу, ведь я все учла. Не могу понять, где… Северус, — вдруг она обратилась к мужу, — ты не мог бы сам проверить мои расчеты. Я хотела в этом году запатентовать это зелье, но…
«Ты меня заавадишь».
— Нет, не мог бы.
— Почему?
«Потому, что ты меня заавадишь».
— Потому, что я проверял.
— Неисправим, — закатила глаза Гермиона. — И?
«И ты меня заавадишь».
— И… у тебя нет ошибки, оно безупречно, — сказал Северус, инстинктивно прикрывая глаза.
— Как нет? — нахмурилась Гермиона. — Я же забереме… Постой! Это ты?! — она вопрошающе воззрилась на мужа. — Это ты испортил мое зелье.
Немедленной расправы не последовало, и Снейп с опаской рискнул приоткрыть один глаз.
— Я создал новое, взяв за основу твои наработки, где заменил всего лишь один компонент. Корень асфоделя на кровь саламандры. Как ты сама понимаешь, это полностью меняет функциональность зелья. Вместо предохраняющего оно становится…
— … зельем рождаемости. Зачем?
Северус тяжело вздохнул.
— Пойми, мне не двадцать. В моем возрасте у людей уже бывают внуки. Возьми хоть Люциуса. Он ходит как напыщенный павлин с тех пор…
— Он всегда так ходит, — перебила его Гермиона. — Почему ты просто не сказал мне об этом? Зачем все эти хитрые слизериновские ходы?
— А ты бы согласилась? — вопросом на вопрос ответил он.
— Не знаю. Наверное, — раздумчиво сказала она и, заметив его сомнение, добавила: — Многое поменялось, Северус.
Потом она усмехнулась каким-то своим мыслям и взмахнула палочкой:
— Экспекто Патронум!
Серебристая летучая мышь вспорхнула под потолок и, обогнув по кругу причудливую каскадную люстру, растаяла в воздухе.
Северус хмыкнул. Затем еще раз. И, не сдержавшись, начал громко и открыто смеяться. Такого Снейпа, пусть и за относительно короткий срок их семейной жизни, не доводилось видеть даже Гермионе. Он хохотал как ребенок. И она расхохоталась вместе с ним. Отсмеявшись и отдышавшись, он снова притянул ее к себе.
— Я не анимаг и понятия не имею, какой могла бы быть моя анимагическая форма, но любой преподаватель в школе отлично знает, какие прозвища приклеивают ему ученики.
— Я не специально, — оправдывалась Гермиона, — я не хотела…
— Конечно, глупышка. И знай — это лучший патронус, который я только видел в своей жизни. Теперь ни у кого не останется сомнений насчет того, кому принадлежит твое сердце, — он расплылся в довольной ухмылке.
— Неисправим.
В это время в окно постучали, и Гермиона встала, чтобы впустить почтовую сову.
— Это от Поттеров, — пояснила она и вскрыла конверт, из которого тотчас вылетел вопиллер.
— Ты не можешь отказать нам! — раздался гневный голос Джинни.
— Просто назови свою цену! — вторил ей Гарри.
— Что все это значит? — недоуменно задрав бровь, спросил Снейп.
— Ну-у… — протянула Гермиона, — сегодня утром я с патронусом отправила им сообщение. Согласись, трудно не заметить, что он теперь не выдра.
Северус снова довольно усмехнулся, но промолчал.
— В общем, — продолжила она, — они желают получить мое воспоминание о том, как ты… как ты отреагировал на него. Для коллекции, — тут же вставила она, — редких и особо ценных воспоминаний.
— Ненормальная семейка! Коллекционеры, покусай их пикси, — заключил Снейп. — И во сколько бы ты их оценила?
— Дайте подумать, сэр, — наигранно прищурила глаза Гермиона. — Вероятно, они бесценны.
— Десять баллов Гриффиндору за верный ответ, миссис Снейп. А теперь иди ко мне, — позвал ее Северус. — Надеюсь, ты еще не успела придумать имя для ребенка, потому, что нашего первенца я назову сам.
— Первенца? Ты хочешь сказать, что…
— Да. И безоговорочно обещаю, что имя второму выберешь ты. Это даст тебе стимул, а я обеспечу себя гарантией появления еще одного наследника.
— Хорошо, — с подозрительной легкостью для такого сомнительного предложения согласилась Гермиона. — Знаешь, совсем вылетело из головы — видимо созданное тобой зелье настолько сильное, что дало побочный эффект. Целитель Смит смог по магическим потокам определить, что у нас будет двойня. Мальчик и… мальчик. Прости, но один из них будет Сириус Гарри Снейп.
«Не томи, малышка, скажи мне!»
— Потому, что я проводила эксперимент на себе…
«Ну, это я и так знал».
— … и оказалась беременна.
— Ты уверена? — уточнил он.
— Я уже побывала в Мунго. Целитель Смит провел диагностику и подтвердил.
«О Мерлин, Мордред и Моргана!»
Северус шумно выдохнул, сел на колени перед женой и рывком притянул ее к себе, мысленно вытанцовывая трэбл-джигу, но вдруг заметил, что Гермиона нахмурилась.
— Что не так?— озадаченно спросил он. — Послушай, если ты на счет учебы…
— Я уже подала запрос о переводе меня на заочное отделение в Пражский магический университет, — выпутываясь из его объятий, сказала она.
— Тогда в чем дело?
— В том, что я где-то ошиблась.
— Твоя ошибка — самая правильная ошибка в мире, — с облегчением отметил он.
— Понимаешь, — не обращая внимания на его слова, продолжала Гермиона, — я так долго выводила эту формулу, ведь я все учла. Не могу понять, где… Северус, — вдруг она обратилась к мужу, — ты не мог бы сам проверить мои расчеты. Я хотела в этом году запатентовать это зелье, но…
«Ты меня заавадишь».
— Нет, не мог бы.
— Почему?
«Потому, что ты меня заавадишь».
— Потому, что я проверял.
— Неисправим, — закатила глаза Гермиона. — И?
«И ты меня заавадишь».
— И… у тебя нет ошибки, оно безупречно, — сказал Северус, инстинктивно прикрывая глаза.
— Как нет? — нахмурилась Гермиона. — Я же забереме… Постой! Это ты?! — она вопрошающе воззрилась на мужа. — Это ты испортил мое зелье.
Немедленной расправы не последовало, и Снейп с опаской рискнул приоткрыть один глаз.
— Я создал новое, взяв за основу твои наработки, где заменил всего лишь один компонент. Корень асфоделя на кровь саламандры. Как ты сама понимаешь, это полностью меняет функциональность зелья. Вместо предохраняющего оно становится…
— … зельем рождаемости. Зачем?
Северус тяжело вздохнул.
— Пойми, мне не двадцать. В моем возрасте у людей уже бывают внуки. Возьми хоть Люциуса. Он ходит как напыщенный павлин с тех пор…
— Он всегда так ходит, — перебила его Гермиона. — Почему ты просто не сказал мне об этом? Зачем все эти хитрые слизериновские ходы?
— А ты бы согласилась? — вопросом на вопрос ответил он.
— Не знаю. Наверное, — раздумчиво сказала она и, заметив его сомнение, добавила: — Многое поменялось, Северус.
Потом она усмехнулась каким-то своим мыслям и взмахнула палочкой:
— Экспекто Патронум!
Серебристая летучая мышь вспорхнула под потолок и, обогнув по кругу причудливую каскадную люстру, растаяла в воздухе.
Северус хмыкнул. Затем еще раз. И, не сдержавшись, начал громко и открыто смеяться. Такого Снейпа, пусть и за относительно короткий срок их семейной жизни, не доводилось видеть даже Гермионе. Он хохотал как ребенок. И она расхохоталась вместе с ним. Отсмеявшись и отдышавшись, он снова притянул ее к себе.
— Я не анимаг и понятия не имею, какой могла бы быть моя анимагическая форма, но любой преподаватель в школе отлично знает, какие прозвища приклеивают ему ученики.
— Я не специально, — оправдывалась Гермиона, — я не хотела…
— Конечно, глупышка. И знай — это лучший патронус, который я только видел в своей жизни. Теперь ни у кого не останется сомнений насчет того, кому принадлежит твое сердце, — он расплылся в довольной ухмылке.
— Неисправим.
В это время в окно постучали, и Гермиона встала, чтобы впустить почтовую сову.
— Это от Поттеров, — пояснила она и вскрыла конверт, из которого тотчас вылетел вопиллер.
— Ты не можешь отказать нам! — раздался гневный голос Джинни.
— Просто назови свою цену! — вторил ей Гарри.
— Что все это значит? — недоуменно задрав бровь, спросил Снейп.
— Ну-у… — протянула Гермиона, — сегодня утром я с патронусом отправила им сообщение. Согласись, трудно не заметить, что он теперь не выдра.
Северус снова довольно усмехнулся, но промолчал.
— В общем, — продолжила она, — они желают получить мое воспоминание о том, как ты… как ты отреагировал на него. Для коллекции, — тут же вставила она, — редких и особо ценных воспоминаний.
— Ненормальная семейка! Коллекционеры, покусай их пикси, — заключил Снейп. — И во сколько бы ты их оценила?
— Дайте подумать, сэр, — наигранно прищурила глаза Гермиона. — Вероятно, они бесценны.
— Десять баллов Гриффиндору за верный ответ, миссис Снейп. А теперь иди ко мне, — позвал ее Северус. — Надеюсь, ты еще не успела придумать имя для ребенка, потому, что нашего первенца я назову сам.
— Первенца? Ты хочешь сказать, что…
— Да. И безоговорочно обещаю, что имя второму выберешь ты. Это даст тебе стимул, а я обеспечу себя гарантией появления еще одного наследника.
— Хорошо, — с подозрительной легкостью для такого сомнительного предложения согласилась Гермиона. — Знаешь, совсем вылетело из головы — видимо созданное тобой зелье настолько сильное, что дало побочный эффект. Целитель Смит смог по магическим потокам определить, что у нас будет двойня. Мальчик и… мальчик. Прости, но один из них будет Сириус Гарри Снейп.
Страница 6 из 7
