Маленькая компания друзей летней ночью решаются отправиться в старый гараж на окраине посёлка. Место, которое местные всеми силами пытаются утаить от любопытных глаз. Однако, когда они забрели по ту сторону веселья и страха, их приключенческая вылазка переворачивается с ног на голову.
32 мин, 48 сек 725
— А помните, мы как-то ночевали в старом гараже за посёлком возле леса, — произнесла Аня. Вика засмеялась и сказала: «Это когда ещё Егор ударился лбом об балку, да, там действительно было жутко»
— Такое на всю жизнь запомнишь, — произнёс Ярик, глядя на ночное небо.
— Миша бы там точно испугался! — сказала Вика.
— Я не понял, это вызов? — спросил Миша.
— Гараж, у которого нет хозяина, но в котором чего только не происходило, — подметил Егор.
Об этом месте знали почти все живущие в посёлке «Бурино»: гараж, который когда-то построил мужчина, приехавший из Москвы. Раньше там стоял не только гараж, но и большой дом с глухим каменным забором. Приезжий житель не заводил с местными никакого общения, они даже не знали, как его зовут. Что происходило в этом доме, также было неизвестно, но в те времена туда часто по посёлку проезжали чёрные машины, причём все модели «Волга-1» Так и существовал он для всех возле леса, а однажды просто пропал. Оставил дом, машину и гараж. Было это в старые времена ещё при Советском Союзе. В итоге, от дома остался один фундамент, забор разворовали по кусочкам, машину, вроде, вообще нарики сожгли, которые часто там тусовались. Естественно, после стольких лет, детей и подростков, манило это место, ведь, как известно, такие места притягивают.
Аня с Викой что-то шептались, смеялись, пока не произнесли вдвоём в слух: «А пошлите сейчас туда»
В час ночи, ты сдурела? — сказал, Егор. — Мне завтра на работу так-то.
«Да мы не долго, так чисто, часик попугаем друг друга и разойдёмся» — сказала Вика.
Рома нахмурился, идти по темноте в сторону окраины посёлка нехорошая идея. Никто не знает, какая там жизнь ночью просыпается, — подумал он. Все ребята согласились, Аня смогла уговорить Егора, осталось решение Ромы.
— Может в другой день? — неуверенно промямлил Рома.
— Да ладно, так интереснее, зато потом будет, что вспомнить о всех нас, — сказала Аня.
Давай, Ром, соглашайся! Соглашайся! Не дрейф, соглашайся! Соглашайся! «Соглашайся!» — произнесли они по очереди.
***
Ночью посёлок не был похож на дневной, везде царил покой и лишь сверчки резвились где-то на полях, играя в догонялки между собой. Никаких композиций «Радио дача» или шума двигателя трактора, всё это отдыхало, готовясь к завтрашнему дню.
И проходимец поднял взгляд;
И злобным голосом ответил;
«Я всех замучить был бы рад;»
И от того я так невесел.
Орали на весь посёлок Ярик и Миша, пытаясь тем самым разогнать пугливость затуманивающую атмосферу. Композиции «Короля и шута» как-никак лучше справлялись с этим. На подпевке у них были яростные лаи собак, которым не нравились завывания возле калитки. По-другому этот вокал назвать было нельзя.
Я в маске рыжей обезьяны;
На праздник к вам попасть мечтал;
Когда б не камень окаянный;
Что мне на голову упал
В чёрном цилиндре.
В наряде старинном.
В город на праздник.
Путник очень спешил.
По горам пробирался.
И улыбался.
Но камень сорвался.
В пропасть с горных вершин.
Окна многоэтажек уже почти погасли. Лишь единственное на втором этаже сияло тусклым розовым цветом через подвешенный тюль. Роме показалось, что прямо из окна вместе с этим светом, чьи-то бездонные глаза наблюдают за ними. Это ощущение в последний раз он испытывал, когда бабушка приглядывала за всеми его движениями с третьего этажа. Из всей компании это испытывал только он, настроение у ребят было весёлое, они шутили и смеялись. Чем дальше от оживлённой части посёлка, тем тусклее становилось освещение вокруг. Заметно было то, что до окраины «Бурино» никогда местная управа не добиралась. Ведь дорога, уложенная асфальтом, превращалась в размытую колею с торчащими арматурами и вросшими камнями. А фонарные столбы, вместо ярких бетонных, превращались в прогнившие, тусклые, деревянные. По краям цвела высокая трава, почти в два метра ростом, видно было, что сюда редко заходят люди. Дальше дорога уходила в тупик, прямиком к одиноко разлагающейся лавке, возле зацветшего пруда. Она была исписана, какими-то посланиями, признаниями в любви и обсценными словами.
— Нам налево, — сказала Аня. Лай собак уже был не слышен, луна скрывалась за пришедшими облаками, тихонько подглядывая сквозь ватные щели. Пробираясь сквозь длиннющие заросли травы и подсвечивая легко сбиваемый путь диодом мобильного телефона, они всё же добрались до места. В темноте их огоньки казались светлячками. Повсюду была вытоптана крапива и свалены кусты, а всё кирпичное здание оказалось во власти вьюна. Чёрные закоптившиеся кирпичи и ворота с выцветшей краской, на которых красовался значок, похожий на муравья. По крайней мере ребята это определили по приметам, туловище с шестью лапками и усиками.
— Такое на всю жизнь запомнишь, — произнёс Ярик, глядя на ночное небо.
— Миша бы там точно испугался! — сказала Вика.
— Я не понял, это вызов? — спросил Миша.
— Гараж, у которого нет хозяина, но в котором чего только не происходило, — подметил Егор.
Об этом месте знали почти все живущие в посёлке «Бурино»: гараж, который когда-то построил мужчина, приехавший из Москвы. Раньше там стоял не только гараж, но и большой дом с глухим каменным забором. Приезжий житель не заводил с местными никакого общения, они даже не знали, как его зовут. Что происходило в этом доме, также было неизвестно, но в те времена туда часто по посёлку проезжали чёрные машины, причём все модели «Волга-1» Так и существовал он для всех возле леса, а однажды просто пропал. Оставил дом, машину и гараж. Было это в старые времена ещё при Советском Союзе. В итоге, от дома остался один фундамент, забор разворовали по кусочкам, машину, вроде, вообще нарики сожгли, которые часто там тусовались. Естественно, после стольких лет, детей и подростков, манило это место, ведь, как известно, такие места притягивают.
Аня с Викой что-то шептались, смеялись, пока не произнесли вдвоём в слух: «А пошлите сейчас туда»
В час ночи, ты сдурела? — сказал, Егор. — Мне завтра на работу так-то.
«Да мы не долго, так чисто, часик попугаем друг друга и разойдёмся» — сказала Вика.
Рома нахмурился, идти по темноте в сторону окраины посёлка нехорошая идея. Никто не знает, какая там жизнь ночью просыпается, — подумал он. Все ребята согласились, Аня смогла уговорить Егора, осталось решение Ромы.
— Может в другой день? — неуверенно промямлил Рома.
— Да ладно, так интереснее, зато потом будет, что вспомнить о всех нас, — сказала Аня.
Давай, Ром, соглашайся! Соглашайся! Не дрейф, соглашайся! Соглашайся! «Соглашайся!» — произнесли они по очереди.
***
Ночью посёлок не был похож на дневной, везде царил покой и лишь сверчки резвились где-то на полях, играя в догонялки между собой. Никаких композиций «Радио дача» или шума двигателя трактора, всё это отдыхало, готовясь к завтрашнему дню.
И проходимец поднял взгляд;
И злобным голосом ответил;
«Я всех замучить был бы рад;»
И от того я так невесел.
Орали на весь посёлок Ярик и Миша, пытаясь тем самым разогнать пугливость затуманивающую атмосферу. Композиции «Короля и шута» как-никак лучше справлялись с этим. На подпевке у них были яростные лаи собак, которым не нравились завывания возле калитки. По-другому этот вокал назвать было нельзя.
Я в маске рыжей обезьяны;
На праздник к вам попасть мечтал;
Когда б не камень окаянный;
Что мне на голову упал
В чёрном цилиндре.
В наряде старинном.
В город на праздник.
Путник очень спешил.
По горам пробирался.
И улыбался.
Но камень сорвался.
В пропасть с горных вершин.
Окна многоэтажек уже почти погасли. Лишь единственное на втором этаже сияло тусклым розовым цветом через подвешенный тюль. Роме показалось, что прямо из окна вместе с этим светом, чьи-то бездонные глаза наблюдают за ними. Это ощущение в последний раз он испытывал, когда бабушка приглядывала за всеми его движениями с третьего этажа. Из всей компании это испытывал только он, настроение у ребят было весёлое, они шутили и смеялись. Чем дальше от оживлённой части посёлка, тем тусклее становилось освещение вокруг. Заметно было то, что до окраины «Бурино» никогда местная управа не добиралась. Ведь дорога, уложенная асфальтом, превращалась в размытую колею с торчащими арматурами и вросшими камнями. А фонарные столбы, вместо ярких бетонных, превращались в прогнившие, тусклые, деревянные. По краям цвела высокая трава, почти в два метра ростом, видно было, что сюда редко заходят люди. Дальше дорога уходила в тупик, прямиком к одиноко разлагающейся лавке, возле зацветшего пруда. Она была исписана, какими-то посланиями, признаниями в любви и обсценными словами.
— Нам налево, — сказала Аня. Лай собак уже был не слышен, луна скрывалась за пришедшими облаками, тихонько подглядывая сквозь ватные щели. Пробираясь сквозь длиннющие заросли травы и подсвечивая легко сбиваемый путь диодом мобильного телефона, они всё же добрались до места. В темноте их огоньки казались светлячками. Повсюду была вытоптана крапива и свалены кусты, а всё кирпичное здание оказалось во власти вьюна. Чёрные закоптившиеся кирпичи и ворота с выцветшей краской, на которых красовался значок, похожий на муравья. По крайней мере ребята это определили по приметам, туловище с шестью лапками и усиками.
Страница 4 из 10
