Гарри Поттер и Материальность Слов

— Важно то, что дневник Волдеморта, вместе с кусочком его души, попал в руки Джинни Уизли. Будь это каким-нибудь кулоном, все было бы печально, но не настолько сложно. Но это — тетрадь. В ней можно писать, она может отвечать. День за днем осколок души Волдеморта стирал природную защиту Джинни. Она сама позволяла ему это. Он ее убеждал, внушал мысль, что дневнику можно доверять…

Тут Сириус замолчал, словно подбирая слова, но так и не нашел правильных.

— Если коротко и грубо: не уничтожим осколок, девочка погибнет.

МакГонагалл и Нарцисса ахнули в унисон, Белла и Ремус пораженно уставились на Сириуса.

— Все дело в том, — вновь принялся объяснять он, — что крестраж питается жизненной энергией. Поначалу этот поток мал. Но Джинни доверилась, открыла разум, ведь у детей защита интуитивная, осколок смог получить доступ к ней. Он практически полностью брал над ней контроль. Находясь на расстоянии от источника энергии, крестраж больше не может ею управлять. Но вот силы он тянет. Медленнее, но тянет. Когда он получит достаточно энергии, дух сможет воплотиться. В итоге он убьет ребенка. Жизнь за жизнь.

— И как это остановить? — неестественно ровным голосом спросила МакГонагалл.

— Уничтожить дневник. Но нам прежде нужно решить очень важный вопрос: что делать с василиском?

— В смысле? — поморщилась Нарцисса. — Убить, разве нет?

— Технически, большая опасная тварь в подземельях жила сотни лет и никого не трогала. К тому же мы не знаем, для чего на самом деле василиска заперли в подземельях, — возразил Сириус.

— Так ведь Слизерин, чтобы наказать… — начала было Белла, но замолчала.

— Вот-вот, — грустно улыбнулся Сириус. — В уже готовом замке основатели прожили сколько? Около двадцати лет, кажется. Они вместе преподавали. Есть даже странный сборник историй об их жизни в Хогвартсе. Сомнительно, что уже в тот момент Салазар знал, что уйдет и что ему нужна комната для монстра. Наверное, у василиска была какая-то другая задача.

— Ты предлагаешь его оставить? — прямо спросила МакГонагалл.

— Даже не знаю. Планировал убить. Даже нашел кучу заклинаний, чтобы сделать это быстро и относительно безопасно, но тогда мы считали его убийство необходимостью, чтобы некого было выпускать из комнаты. Во всех источниках указано, что создать василиска может практически любой маг. Говорить с ним — только владеющий парселтангом. А управлять — легилимент, который знает змеиный язык. Наверное, у змей слабая защита разума… но в таком случае непонятно, почему нельзя просто взять его под контроль, без парселтанга…

— Я за то, чтобы его убить, — недовольно произнесла Нарцисса. — Если лет так через сто в школе случайно появится кто-то способный вызвать василиска, лучше бы ему не найти змею.

— Легилимент, да еще и с парселтангом — это редкий дар, — пожала плечами Белла.

— Но ведь возможный, — согласилась с Нарциссой МакГонагалл. — И вообще, кто их знает, этих василисков? Сколько веков он там живет? Может он тоже с ума сходит и начинает всех подряд убивать? Мы ведь не можем быть уверены, что василиск не может выйти без помощи Наследника Слизерина, вдруг он выберется сам и начнет убивать всех налево и направо? Или вы знаете кого-то, кто смог бы поговорить с полуразумным существом и понять, что от него ждать?

Нарцисса с Сириусом переглянулись. Поговорить, конечно, можно. Позвать Гарри, пусть тот узнает, как себя чувствует огромный хищник… Но змеи не зря стоят обособленно от остальных животных, они способны лгать и обманывать. Для того, чтобы приказать василиску, нужно сопроводить свои слова воздействием на разум. Вот тут начинаются сложности. Гарри в этом, мягко говоря, не силен. Нарцисса не знает ни одной фразы на парселтанге. Патовая ситуация.

— Нет, у нас нет знакомого легилимента-змееуста, — обреченно признался Сириус.

— Тогда предлагаю змею убить, — подытожила МакГонагалл. — Давайте не будем оставлять потомкам возможные проблемы. Я пока не буду писать Дамблдору, что мы нашли «наследника», за это время давайте постараемся змея убить.

— Тогда мы сможем и уничтожить крестраж, — кивнул Сириус. — Яд василиска идеально подходить для уничтожения темных артефактов. Теперь главный вопрос: кто-нибудь умеет сносно говорить на парселтанге?

Если бы Гарри знал, что профессор Флитвик лишил его возможности заглянуть в тайную комнату Слизерина, он бы, без сомнений, очень огорчился. Но профессор Чар мог сносно произносить некоторые фразы на змеином языке, хотя и практически не понимал его.

— Своеобразный язык, — качал головой полугоблин. — И нужен очень тонкий слух, чтобы различать все нюансы шипения. Я сильно сомневаюсь, что существует маг, который бы смог выучить парселтанг в полной мере, а не родиться с этим.

— Нам должно хватить нескольких фраз, — небрежно отвечал Сириус, в очередной раз похлопывая себя по карманам.