Гарри Поттер и Пик Судьбы

Гарри стоял, мучительно стиснув палочку, и пытался хоть что-нибудь придумать. Эту преграду так просто не убрать, тут Лорду можно верить… Черная Метка — слова о ней бред, или на самом деле так? Надо думать, думать, пока Волдеморт развлекается. Иначе конец. Назад ведь уже не отступить — ему и мгновения хватит, чтобы в спину ударить…

— Поттер ваш, мой Лорд, — коротко ответил Снейп, напряженно глядя на Гарри. Словно что-то высчитывал… — Только позвольте сначала убрать защиту, она у вас получилась великолепно.

— Нет, Северус, — голос Волдеморта внезапно стал ледяным. Шрам Гарри вспыхнул, будто к нему приложили раскаленную кочергу: тщательно до этого времени скрываемая ярость Лорда достигла предела, еще немного и…

Думай, Гарри, думай… Аппарировать отсюда надо, если получится, но это можно успеть в последний момент, сейчас же надо хоть что-то сделать. А шрам болит так, что слезятся глаза, что хочется все бросить и стиснуть голову руками…

— Поттер уже не боится смерти, он жаждет погибнуть в бою, защищая тех, кто ему дорог, — голос опустился до свистящего шепота, красные глаза горели как два уголька. — Убить его — значит пойти ему навстречу. Есть смерть намного хуже.

Шрам на лбу Гарри внезапно взорвался адской болью.

Слепящее солнце. Берег океана. Под ногами хрустит песок. Волшебная палочка приятно ласкает руку. А на песке, связанная, лежит Гермиона.

Избитая, одежда разорвана, на голове кровь.

— Гарри, помоги мне…

Слова раздаются прямо в голове. Как это приятно — не слышать, но понимать…

— Помоги…

Волшебная палочка в руке. Она готова выполнить любое приказание. Любое, ей чужды законы, написанные волшебниками. Взмах.

— Гарри!

— Круцио.

Дикий крик. Тело извивается на песке, из открывшихся ран разлетаются капельки крови. Свежий морской воздух. И солнце, слепящее солнце…

— Гермиона!

Взмах волшебной палочкой. Крик превратился в судорожные всхлипывания, зато их теперь двое.

Неподвижная фигура с рыжими волосами, застывшая в нелепой позе.

«Ты не Гарри!»

Рон Уизли, ты все еще веришь в друга… Не можешь поверить… Все еще надеешься, что придет Гарри и спасет…

А он уже здесь.

— Авада Кедавра!

Почти обнаженное девичье тело замерло, изогнутое, на песке. Под нестерпимо палящим солнцем.

Шумит прибой.

«Гарри, я убью тебя!»

Мысли, Рон, это только мысли. Не ты первый, не ты последний.

— Авада Кедавра!

Ноги подогнулись, из-под них будто ушла земля. Колени больно уткнулись в жесткий песок. Словно разом выдернут стержень, на котором держалась вся жизнь. Уже не важно, зачем и как. Имеет значение лишь то, что уже сделано.

Что осталось в этом мире?

Сломанная пополам волшебная палочка. А рядом, совсем рядом призывно шумит прибой.

Набежавшая волна хлестнула по коленям. Шаг, еще один… Сейчас накроет с головой. И наконец настанет покой.

Будто и не было сражения, Волдеморта… Мелькнуло, словно призрачное видение — и сразу этот проклятый берег.

Волна ударила, сбила с ног, закрутила. Тело еще пытается выбраться на поверхность, пытается жить. Зачем? Ведь душа уже мертва…

Волдеморт — и берег. Волдеморт — и берег. Ни портала, ни аппарирования.

Невозможно.

В рот и в нос хлынула соленая вода, Гарри отчаянно забился, пытаясь удержаться на поверхности. Мозг работал с лихорадочной быстротой.

От того места до океана — миль сто, не меньше. Перебросить кого-то на такое расстояние известными ему способами — невозможно. И зачем возиться с переносами? Жертва не должна спастись, она обязана умереть, с гарантией. Ее нельзя никуда выпускать!

Отфыркиваясь и пытаясь прокашляться, Гарри поплыл. Мысли летели, обгоняя одна другую.

Если он по-прежнему в руках у Волдеморта, то, значит, это все не реально? А может, реальность, да не та? Ведь был уже один раз в такой, не нашей — там, на границе мира смерти…

А ведь это идея. Может, это как с дементорами — думаешь, что все реально, а на самом деле это только твои воспоминания? Но такого в жизни явно не было… Тогда если не воспоминания, то, может, обычные, современные мысли? Дурдом какой-то…

Мысли, мысли… Чьи мысли? Свои, естественно, иллюзия какая-то… Только причем здесь смерть? Неужели, утонув в иллюзорном океане, умрешь на самом деле? Нет, что-то здесь не сходится… Надо выбираться отсюда.

А волнение усиливается… И быстро усиливается. Берег, оказывается, уже почти пропал из виду, и небо потемнело. Значит, Волдеморт контролирует это место, и раз жертва сама не совершила самоубийство, то он старается ей в этом помочь.

А это значит, что в этом океане в самом деле можно утонуть. Поверить в иллюзию настолько, чтобы она стала сильнее реальности?

Волна захлестнула, накрыла с головой. Гарри с трудом всплыл на поверхность. Ему стало страшно — плавать выучился лишь недавно, и то не очень хорошо, берега нет, а волны все выше…

Силы на исходе, надо думать быстрее, только так отсюда можно спастись.