Фандом: Гарри Поттер. Седьмой год учебы в Хогвартсе и… второй год семейной жизни! Гарри становится совершеннолетним, учится на анимага, и если вы думаете, что его учит Минерва МакГонагалл, значит, вы невнимательно читали «Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода». Боюсь, что Волдеморт все же придет к власти, но надеюсь, что его торжество будет недолгим. Ну и кроме того: Дурсли и тетя Мардж, новый преподаватель по ЗОТИ, квиддич, Мародеры (без них скучно) и я полагаю, никто не забыл о Долорес Амбридж?
922 мин, 1 сек 13853
— Дело было так, — Гарри понизил голос. — Я взял под мышку плащ-невидимку и попробовал преобразоваться. Наверное, от злости и решительности получилось. Потом полетел к Слизеринской башне, где находятся спальни, и влетел в первое попавшееся открытое окно. Потом превратился в себя, завернулся в плащ и отправился искать свою метлу. Как я и предполагал, она стояла возле кровати нашего господина. Я её забрал и тихонько ушел через слизеринскую гостиную.
— Молодец, Гарри! — искренне похвалила его Гермиона.
— Ага! План простой и хитрый одновременно! — поддакнул Рон.
— Профессор Дамблдор был прав: анимагия дает огромные преимущества, — Гарри улыбнулся и подмигнул своим друзьям. — Но вы даже не представляете, что я обнаружил в Слизеринской башне.
— Что? — заинтригованно воскликнули Рон и Гермиона.
— Драко выселил из своей спальни Кребба, Гойла и … ну, не знаю, с кем он там ещё спал по соседству. В общем, перевел их в другие комнаты, потеснив остальных, и спит теперь в спальне, как в своей собственной — 5 звезд не меньше!
¬— Красавец, — возмутился Рон.
За субботу и воскресенье Гарри ни разу не встретил Амбридж, и настроение его улучшилось настолько, что воспоминания о выпученных жабьих глазах, выпоротой спине и табличке, висящей на шее, стали казаться дурным сном. Снейпа он не видел тоже, но морально готовился к наказанию, которое неминуемо последует в понедельник. В душе Гарри успокаивал себя тем, что каким бы ни был Снейп вредным и придирчивым, самое страшное его наказание не сравнится с изобретательностью новой директрисы Хогвартса. Хотя, все-таки так подпортить репутацию Драко! Школа второй день с хихиканьем пересказывает друг другу в подробностях, как это было. Гриффиндор уже раз 50 благословил того удивительного неизвестного сокола, который так удачно попал в начальника Инквизиторского отряда. «Ну не отравит же он меня!» — размышлял Гарри, сидя рядом с кроватью, на которой лежала Джинни.
— Ну как ты? — Гермиона расставляла на тумбочке многочисленные открытки в поддержку раненого гриффиндорского ловца.
— Ребра поломал, кабан, — ответила девушка. — Но, к счастью, мадам Помфри уже все вылечила. Сейчас она мне велела лежать и набираться сил.
— 29 открыток, Джинни! Причем не только от наших. Вот парни из Рейвенклов тоже желают тебе быстрее выздоравливать.
— Рейвенкловцы — следующие, кто должен играть со Слизерином, — вспомнил Гарри.
— Они уже заранее знают, что их засудят тоже, — кисло заметил Рон.
— В квиддич так играть не интересно, — проговорил Дин Томас.
— Совершенно верно, — ответила Гермиона. — Амбридж добьется того, что со Слизерином никто не захочет состязаться.
— И тогда, — хмыкнул Гарри, — Амбридж подпишет приказ, что все команды, отказавшиеся играть со Слизерином, будут наказаны, оштрафованы и будут играть принудительно.
Все невесело рассмеялись.
— Издала бы уже сразу указ, что кубком по квиддичу торжественно награждается команда Слизерина. Ура Драко Малфою. Славься, сын господина Министра! — воскликнул Рон.
— Пусть подписывает хоть сотню таких указов, — ответила Гермиона. — Ведь прелесть победы в том и заключается, чтобы за неё нужно бороться честно и трудно. Уже давно никто не удивляется, что часы Слизерина ломятся от назначенных баллов, а в Гриффиндоре лежит всего лишь горстка рубинов. Да и то только потому, что учителя назначают по 20 очков за каждый правильный ответ.
— Так, все, — Рон вскочил. — Я пошел писать письмо близнецам. Пусть зададут жару этой бородавке!
— Только чтобы осторожно, Рон, — предупредила Гермиона. — Я не хочу, чтобы Фред и Джордж пострадали!
Позже, уже вечером, Рон, благодушно улыбаясь и развалившись на диване в гостиной Гриффиндора, говорил Гарри:
— Все, сову близнецам отослал, они что-нибудь придумают. А то кикиморе с бантиком вольно тут живется!
Гарри улыбнулся.
— Хорошо бы. У меня самого руки чешутся, как хочется напакостить этой мымре!
— Слушай, Гарри, а может, ты и ей, ну этого того, на голову? — предложил Рон и захохотал.
— О, я бы с удовольствием, но я ещё плохо контролирую свои птичьи инстинкты. С Малфоем это получилось как-то… само собой и от души! — Гарри прыснул. — Как научусь, так сразу!
— Она, небось, ничего и не почувствует, — Рон усмехнулся. — Это же ее стихия! Жаль, я не умею в кота превращаться. Пробрался бы вечером к ней в комнату и надул ей в тапочки! Говорят, от котов запах — зашибись!
— Нужно предложить профессору Макгонагал, — смеясь, ответил Гарри. — Она терпеть не может нашу Жабу!
— А, может, Криволапику Гермиониному предложить?
— Отличная идея! — подхватил Гарри. — Криволапик, кс-кс-кс, где ты?
Гарри взял на руки появившегося кота Гермионы и тихонько что-то прошептал ему на ухо. Криволапик согласно мурлыкнул и подошел к выходу из гостиной. Гарри выпустил его и обернулся, чтобы посмотреть, что делает Гермиона.
Девушка конспектировала «Волшебный голос правды».
— Гермиона спятила! — недоуменно пожал плечами Рон. — В субботу вечером конспектировать эту звезданутую газету!
— Молодец, Гарри! — искренне похвалила его Гермиона.
— Ага! План простой и хитрый одновременно! — поддакнул Рон.
— Профессор Дамблдор был прав: анимагия дает огромные преимущества, — Гарри улыбнулся и подмигнул своим друзьям. — Но вы даже не представляете, что я обнаружил в Слизеринской башне.
— Что? — заинтригованно воскликнули Рон и Гермиона.
— Драко выселил из своей спальни Кребба, Гойла и … ну, не знаю, с кем он там ещё спал по соседству. В общем, перевел их в другие комнаты, потеснив остальных, и спит теперь в спальне, как в своей собственной — 5 звезд не меньше!
¬— Красавец, — возмутился Рон.
За субботу и воскресенье Гарри ни разу не встретил Амбридж, и настроение его улучшилось настолько, что воспоминания о выпученных жабьих глазах, выпоротой спине и табличке, висящей на шее, стали казаться дурным сном. Снейпа он не видел тоже, но морально готовился к наказанию, которое неминуемо последует в понедельник. В душе Гарри успокаивал себя тем, что каким бы ни был Снейп вредным и придирчивым, самое страшное его наказание не сравнится с изобретательностью новой директрисы Хогвартса. Хотя, все-таки так подпортить репутацию Драко! Школа второй день с хихиканьем пересказывает друг другу в подробностях, как это было. Гриффиндор уже раз 50 благословил того удивительного неизвестного сокола, который так удачно попал в начальника Инквизиторского отряда. «Ну не отравит же он меня!» — размышлял Гарри, сидя рядом с кроватью, на которой лежала Джинни.
— Ну как ты? — Гермиона расставляла на тумбочке многочисленные открытки в поддержку раненого гриффиндорского ловца.
— Ребра поломал, кабан, — ответила девушка. — Но, к счастью, мадам Помфри уже все вылечила. Сейчас она мне велела лежать и набираться сил.
— 29 открыток, Джинни! Причем не только от наших. Вот парни из Рейвенклов тоже желают тебе быстрее выздоравливать.
— Рейвенкловцы — следующие, кто должен играть со Слизерином, — вспомнил Гарри.
— Они уже заранее знают, что их засудят тоже, — кисло заметил Рон.
— В квиддич так играть не интересно, — проговорил Дин Томас.
— Совершенно верно, — ответила Гермиона. — Амбридж добьется того, что со Слизерином никто не захочет состязаться.
— И тогда, — хмыкнул Гарри, — Амбридж подпишет приказ, что все команды, отказавшиеся играть со Слизерином, будут наказаны, оштрафованы и будут играть принудительно.
Все невесело рассмеялись.
— Издала бы уже сразу указ, что кубком по квиддичу торжественно награждается команда Слизерина. Ура Драко Малфою. Славься, сын господина Министра! — воскликнул Рон.
— Пусть подписывает хоть сотню таких указов, — ответила Гермиона. — Ведь прелесть победы в том и заключается, чтобы за неё нужно бороться честно и трудно. Уже давно никто не удивляется, что часы Слизерина ломятся от назначенных баллов, а в Гриффиндоре лежит всего лишь горстка рубинов. Да и то только потому, что учителя назначают по 20 очков за каждый правильный ответ.
— Так, все, — Рон вскочил. — Я пошел писать письмо близнецам. Пусть зададут жару этой бородавке!
— Только чтобы осторожно, Рон, — предупредила Гермиона. — Я не хочу, чтобы Фред и Джордж пострадали!
Позже, уже вечером, Рон, благодушно улыбаясь и развалившись на диване в гостиной Гриффиндора, говорил Гарри:
— Все, сову близнецам отослал, они что-нибудь придумают. А то кикиморе с бантиком вольно тут живется!
Гарри улыбнулся.
— Хорошо бы. У меня самого руки чешутся, как хочется напакостить этой мымре!
— Слушай, Гарри, а может, ты и ей, ну этого того, на голову? — предложил Рон и захохотал.
— О, я бы с удовольствием, но я ещё плохо контролирую свои птичьи инстинкты. С Малфоем это получилось как-то… само собой и от души! — Гарри прыснул. — Как научусь, так сразу!
— Она, небось, ничего и не почувствует, — Рон усмехнулся. — Это же ее стихия! Жаль, я не умею в кота превращаться. Пробрался бы вечером к ней в комнату и надул ей в тапочки! Говорят, от котов запах — зашибись!
— Нужно предложить профессору Макгонагал, — смеясь, ответил Гарри. — Она терпеть не может нашу Жабу!
— А, может, Криволапику Гермиониному предложить?
— Отличная идея! — подхватил Гарри. — Криволапик, кс-кс-кс, где ты?
Гарри взял на руки появившегося кота Гермионы и тихонько что-то прошептал ему на ухо. Криволапик согласно мурлыкнул и подошел к выходу из гостиной. Гарри выпустил его и обернулся, чтобы посмотреть, что делает Гермиона.
Девушка конспектировала «Волшебный голос правды».
— Гермиона спятила! — недоуменно пожал плечами Рон. — В субботу вечером конспектировать эту звезданутую газету!
Страница 122 из 261
