Фандом: Гарри Поттер. Седьмой год учебы в Хогвартсе и… второй год семейной жизни! Гарри становится совершеннолетним, учится на анимага, и если вы думаете, что его учит Минерва МакГонагалл, значит, вы невнимательно читали «Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода». Боюсь, что Волдеморт все же придет к власти, но надеюсь, что его торжество будет недолгим. Ну и кроме того: Дурсли и тетя Мардж, новый преподаватель по ЗОТИ, квиддич, Мародеры (без них скучно) и я полагаю, никто не забыл о Долорес Амбридж?
922 мин, 1 сек 13873
На завтрак Слизерин явился, как обычно, позже всех — переправа на лодках через болото занимала много времени. Амбридж не явилась вовсе, и гриффиндорцы пошутили, что она ночью утонула в своем личном болоте. Многие ученики опасливо косились на еду, но большинство охотно принялись за яичницу с беконом, надеясь, что сегодняшний день будет таким же веселым, как и предыдущие. Ошалевшие от беспорядков в школе младшекурсники начали дурачиться, не дожидаясь, пока начнут действовать конфеты близнецов Уизли.
По рядам пополз слух, что кто-то взорвал бомбу-вонючку, начиненную охлаждающим зельем, прямо в кровати старосты школы. После завтрака раздались взрывы хохота и громкие отрыжки. Кто-то из учеников дунул в свисток-руганок, затем в Общий зал влетел огромный огненный дракон в сопровождении Пивза.
— Так, — довольно произнес Рон, громко отрыгнув, — начинается веселье!
Гермиона тихонько выпустила щекоталку и, улыбаясь, посмотрела на Гарри. Но лицо парня было настороженным.
— Что случилось, Гарри? — тихо спросила Гермиона.
— У меня паршивое предчувствие, — ответил он.
— Нет никаких доказательств, что это сделали мы, посмотри, все уже вошли в раж! — попыталась успокоить его Гермиона.
— Глядите-ка! — позвал их Рон, выпустив из ушей две мощные струи пара.
В дверях Общего зала появилась Амбридж в сопровождении авроров и нескольких дементоров. Гермиона почувствовала, что холодеет от охватившего ее ужаса. Девушка схватила Гарри за руку.
Авроры решительно шагали вдоль столов и взмахами волшебных палочек убирали летающие фейерверки, выписывающие неприличные слова, ярких громко квакающих огненных лягушек и последствия взрывов какобомб.
— Всем детям пройти в больничное крыло, — приказала Амбридж, усилив свой голос заклинанием Сонорус.
Появившиеся дементоры скользили вдоль столов, втягивая в себя остатки школьного веселья.
— Поклонись смерти, Гарри, — прозвучал в ушах юноши знакомый холодный голос.
Гарри обхватил голову руками. Он ожидал, что потеряет сознание, но оно почему-то сохранялось. Высокая темная фигура в капюшоне скользнула дальше, и туман перед глазами Гарри начал рассеиваться, но жалобные крики Гермионы не утихали. Он посмотрел на девушку. Она испуганно прижималась к нему и плакала. Ей виделось, что она читает книгу пыток. Книга пыток, кабинет ЗОТИ, Гарри отчаянно пытается вырваться, но безуспешно. Он крепко прижал к себе Гермиону. Все хорошо, — изо всех сил думал он. — Все нормально, Гермиона, я здесь. Никаких пыток больше нет!
Рон, зажмурившись и мелко дрожа, сидел рядом. Парвати и Лаванда закрыли лица руками. Невилл и Шеймус сильно побледнели. Джинни прижалась к Дину Томасу. Заплакали несколько младшекурсников.
— Все хорошо, Гарри, — всхлипнула Гермиона, крепко его обнимая.
— Да, да, — кивал он. От Гермионы шло тепло, от которого исчезала дрожь, вызванная появлением дементоров.
Гарри увидел, что авроры, обезвредив все их шалости, помогали выводить школьников из зала. Дементоры, обойдя вокруг столов, сосредоточились возле одного из авроров. Тот что-то им приказывал.
— Что, мистер Поттер, вам уже не так весело? — рядом с Гарри появилось злорадно улыбающееся лицо Амбридж. — Может быть, попросить дементоров сделать то, что они не доделали два года назад? — сладенько поинтересовалась директриса. Амбридж отошла, и вместо неё Гарри увидел черную фигуру в капюшоне.
Неужели применит поцелуй? Гарри зажмурился и ощутил, что его легкие словно наполнила ледяная вода. В ушах зашумело, а несколькими секундами позже Гарри услышал крик Гермионы, перерастающий в крик матери.
Когда Гарри открыл глаза, в теле была такая слабость, словно он несколько дней ничего не ел.
Он лежал на одной из кроватей в больничном крыле. Вокруг суетились целители из клиники Святого Мунго (Гарри узнал их по характерным мантиям) и школьники, которых целители осматривали. Превозмогая тошноту, подкатившую к горлу, Гарри приподнялся и огляделся в поисках Гермионы. Девушка лежала на соседней кровати, свернувшись калачиком под одеялом. Возле неё сидела Нимфадора Тонкс, крепко прижимая к себе Сириуса.
— Все, Герми, Гарри пришел в себя, — сказала Тонкс, погладив девушку по плечу.
Гермиона слабо кивнула.
— Как себя чувствует мисс Грейнджер? — к ним подошел Снейп. Лицо профессора было очень бледным. Он бросил злой взгляд в сторону лежащего Гарри и снова повернулся к Гермионе. Девушка сильнее закуталась в одеяло.
— Герми очень испугалась, — тихо произнесла Тонкс. — Дементоры в школе — это… у меня нет слов. Мой бедный мальчик до сих пор в шоке, — Нимфадора поудобнее усадила малыша на руках.
Снейп сел на кровать, и осторожно коснулся лба Гермионы.
— Вот, это нужно выпить, — произнес профессор. Затем, повернувшись к Нимфадоре, веско добавил: — Дайте ей это зелье, оторвитесь от своего сына, у него нет ещё ни одного воспоминания, которое могло бы травмировать его психику!
Тонкс, усадив сына в наколдованный манеж, захлопотала возле Гермионы.
Гарри попытался подняться.
По рядам пополз слух, что кто-то взорвал бомбу-вонючку, начиненную охлаждающим зельем, прямо в кровати старосты школы. После завтрака раздались взрывы хохота и громкие отрыжки. Кто-то из учеников дунул в свисток-руганок, затем в Общий зал влетел огромный огненный дракон в сопровождении Пивза.
— Так, — довольно произнес Рон, громко отрыгнув, — начинается веселье!
Гермиона тихонько выпустила щекоталку и, улыбаясь, посмотрела на Гарри. Но лицо парня было настороженным.
— Что случилось, Гарри? — тихо спросила Гермиона.
— У меня паршивое предчувствие, — ответил он.
— Нет никаких доказательств, что это сделали мы, посмотри, все уже вошли в раж! — попыталась успокоить его Гермиона.
— Глядите-ка! — позвал их Рон, выпустив из ушей две мощные струи пара.
В дверях Общего зала появилась Амбридж в сопровождении авроров и нескольких дементоров. Гермиона почувствовала, что холодеет от охватившего ее ужаса. Девушка схватила Гарри за руку.
Авроры решительно шагали вдоль столов и взмахами волшебных палочек убирали летающие фейерверки, выписывающие неприличные слова, ярких громко квакающих огненных лягушек и последствия взрывов какобомб.
— Всем детям пройти в больничное крыло, — приказала Амбридж, усилив свой голос заклинанием Сонорус.
Появившиеся дементоры скользили вдоль столов, втягивая в себя остатки школьного веселья.
— Поклонись смерти, Гарри, — прозвучал в ушах юноши знакомый холодный голос.
Гарри обхватил голову руками. Он ожидал, что потеряет сознание, но оно почему-то сохранялось. Высокая темная фигура в капюшоне скользнула дальше, и туман перед глазами Гарри начал рассеиваться, но жалобные крики Гермионы не утихали. Он посмотрел на девушку. Она испуганно прижималась к нему и плакала. Ей виделось, что она читает книгу пыток. Книга пыток, кабинет ЗОТИ, Гарри отчаянно пытается вырваться, но безуспешно. Он крепко прижал к себе Гермиону. Все хорошо, — изо всех сил думал он. — Все нормально, Гермиона, я здесь. Никаких пыток больше нет!
Рон, зажмурившись и мелко дрожа, сидел рядом. Парвати и Лаванда закрыли лица руками. Невилл и Шеймус сильно побледнели. Джинни прижалась к Дину Томасу. Заплакали несколько младшекурсников.
— Все хорошо, Гарри, — всхлипнула Гермиона, крепко его обнимая.
— Да, да, — кивал он. От Гермионы шло тепло, от которого исчезала дрожь, вызванная появлением дементоров.
Гарри увидел, что авроры, обезвредив все их шалости, помогали выводить школьников из зала. Дементоры, обойдя вокруг столов, сосредоточились возле одного из авроров. Тот что-то им приказывал.
— Что, мистер Поттер, вам уже не так весело? — рядом с Гарри появилось злорадно улыбающееся лицо Амбридж. — Может быть, попросить дементоров сделать то, что они не доделали два года назад? — сладенько поинтересовалась директриса. Амбридж отошла, и вместо неё Гарри увидел черную фигуру в капюшоне.
Неужели применит поцелуй? Гарри зажмурился и ощутил, что его легкие словно наполнила ледяная вода. В ушах зашумело, а несколькими секундами позже Гарри услышал крик Гермионы, перерастающий в крик матери.
Когда Гарри открыл глаза, в теле была такая слабость, словно он несколько дней ничего не ел.
Он лежал на одной из кроватей в больничном крыле. Вокруг суетились целители из клиники Святого Мунго (Гарри узнал их по характерным мантиям) и школьники, которых целители осматривали. Превозмогая тошноту, подкатившую к горлу, Гарри приподнялся и огляделся в поисках Гермионы. Девушка лежала на соседней кровати, свернувшись калачиком под одеялом. Возле неё сидела Нимфадора Тонкс, крепко прижимая к себе Сириуса.
— Все, Герми, Гарри пришел в себя, — сказала Тонкс, погладив девушку по плечу.
Гермиона слабо кивнула.
— Как себя чувствует мисс Грейнджер? — к ним подошел Снейп. Лицо профессора было очень бледным. Он бросил злой взгляд в сторону лежащего Гарри и снова повернулся к Гермионе. Девушка сильнее закуталась в одеяло.
— Герми очень испугалась, — тихо произнесла Тонкс. — Дементоры в школе — это… у меня нет слов. Мой бедный мальчик до сих пор в шоке, — Нимфадора поудобнее усадила малыша на руках.
Снейп сел на кровать, и осторожно коснулся лба Гермионы.
— Вот, это нужно выпить, — произнес профессор. Затем, повернувшись к Нимфадоре, веско добавил: — Дайте ей это зелье, оторвитесь от своего сына, у него нет ещё ни одного воспоминания, которое могло бы травмировать его психику!
Тонкс, усадив сына в наколдованный манеж, захлопотала возле Гермионы.
Гарри попытался подняться.
Страница 133 из 261
