Гарри Поттер и Враг Сокола

— Все равно накажет, а так будем надеяться, что Добби прибьет ее, — ответил он, притянул девушку к себе и многозначительно добавил. — Кстати, он уже ушел.

— А браслеты я уже давно сняла, — улыбнулась Гермиона.

— Гарри, — сонно спросила Гермиона. — А ты Рону рассказал про тайник Люси Луш?

— Конечно, рассказал, — удобно устраиваясь рядом с Гермионой, ответил он.

— И сказал ему, чтобы деньги не брал? А то Люси найдет себе другое место.

— Сказал. Но Рон взял там кое-что другое, — Гарри хихикнул.

— А Луна согласна?

— Не знаю, но Рон об этом думает постоянно! Спокойной ночи, Гермиона.

— Спокойной ночи, — Гермиона положила свою руку на Гаррину и закрыла глаза.

Сириус, Джеймс и Петтигрю сидели в Визжащей хижине. Сириус внимательно разглядывал флакон с бирюзовой жидкостью:

— Так что, Хвост, это точно Напиток Грёз? — спросил он, вертя флакон в руках.

— Да, — расширив глаза, прошептал Петтигрю.

— А где ты его взял? — повернулся к нему Джеймс.

— Летом купил в Лютном переулке на те деньги, что мы с вами заработали на проказах, — Петтигрю масляно смотрел на друга.

— Смело, Хвостик, ничего не скажешь, — удивленно хмыкнул Сириус. — От тебя иногда не знаешь, чего ожидать.

— Я… я давно хотел попробовать, — пролепетал Питер, — но как-то боязно… Говорят, что это… это просто кайф!

— Если честно, я тоже давно хотел узнать, что это такое, — произнес Джеймс.

— Вот и попробуем, — довольно предложил Сириус. — Пока наш волк отлеживается после прогулки под луной, можно немножко глотнуть и увидеть розовых тестралов!

— Тестралов? — переспросил Джеймс. — Я их даже обычных не вижу.

— Вот заодно и посмотришь. А может быть, прилетит голубой гипогриф!

— Только пить нужно не всем сразу. Все-таки первый раз, — сказал Джеймс.

— О'кей, я первый! — сообщил Сириус.

— Хвостик, не желаешь быть вторым? — шутливо спросил Джеймс.

— Я… я не знаю, — робко отозвался Петтигрю.

— Не трусь, мы пошутили, я второй, — весело ответил Джеймс. — Кстати, Хвост, если ты не в курсе, то за распитие Напитка Грёз можно вылететь из родного Хогвартса, так что… мы не обидимся, если ты уйдёшь.

— Но… это ведь так интересно, к тому же… ведь вы же никому не скажете… верно, друзья мои?

— Конечно, главное, чтобы ты по глупости не разболтал сам. Да, и Лунатику знать об этом тоже не обязательно… по крайней мере, пока, — подмигнул Джеймс.

— Ладно, парни, я пью, — Сириус сел на старую кровать и сделал глоток.

Джеймс и Петтигрю с любопытством принялись наблюдать за ним.

— А чё, прикольно, — глупо улыбаясь, произнес Сириус. — Гляньте-ка, хорошо, — улыбка Сириуса стала счастливой. — Прикиньте, я лечу.

— А розовые тестралы? — жадно спросил Джеймс.

— Пока не видно, — Сириус откинулся на кровати и довольно застонал. — Как классно, Сохатый, мы с тобой летим… летим… Лунатик нас несёт на спине, прикинь, крылатый волк… это круче, чем зеленый гипогриф.

Сириус расхохотался и некоторое время бормотал что-то бессвязное, пока не зашелся в новом приступе неестественного смеха.

— Сохатый, ты неправильно преобразовался. Ха-ха-ха! Рем, глянь, у него рога так и остались! Сохатый с рогами! Хвост, пошел отсюда, брысь, или как там тебя, слезай с рогов Джеймса, придурок, хватит там кататься. А помнишь, как мы на луну с Ремом выли… Ха-ха-ха, — Сириус вдруг залаял и завыл.

Джеймс и Петтигрю грохнулись от смеха.

— Кошмар, расскажу, ведь не поверит! — давясь от смеха, всхлипнул Джеймс.

Петтигрю хихикал, счастливо глядя, как смеется Джеймс. — Развезло тебя, Бродяга!

Сириус еще некоторое время бормотал, жмурясь от охватившего его блаженства. Вскоре он затих, и взгляд его стал осмысливаться.

— Ну Бродяга! — стонал от смеха Джеймс. — Ты тут такое нес… Умора!

— Ага! Правда, Сириус! — пропищал, хихикая, Петтигрю.

— А чего я… Где орел с рогами? — Блек моргал и тер гудящий затылок.

— Привиделся, конечно! — вытирая слезы, выдавил Джеймс. — С возвращением на грешную землю, Бродяга. — Ладно, — он посмотрел на часы, — теперь моя очередь.

Он сел на место Сириуса и глотнул бирюзовой жидкости из флакона Петтигрю. Несколько секунд его карие глаза сосредоточенно смотрели на стену Хижины, но вскоре в них появилась растерянность, а губы растянулись в блаженной улыбке.

— Ну, Сохатенький, — подмигнул ему Сириус. — Как там насчет розовых тестралов?

В ответ Джеймс замурлыкал под нос песню, которую, очевидно, слышал в своих грезах.

— Лили, садись на меня, — радостно позвал он.

— Ого, Сохатый! — захохотал Сириус. — У тебя глюки с возрастным ограничением! Мы, конечно, ещё маленькие, но не можем уйти и бросить тебя в таком состоянии!

— Я прокачу тебя, — мечтательно протянул Джеймс. — Обними меня за шею, будет хорошо… Моя рыжая лань…

Сириус покатился от смеха, Петтигрю растерянно хихикал рядом.

Джеймс затих.

— Ну, Сохатый, а дальше что? — спросил Бродяга.

Джеймс что-то простонал и перевернулся на живот.

— Ты уже в лес, а, Сохатый? — игриво осведомился Сириус.

— Что это? — поморщился Джеймс. Его лицо исказила гримаса.