Было это в середине 90-х годов…
3 мин, 18 сек 73
С 9-ти до 15-ти лет я с семьей жила на отшибе города в квартире. И дом этот трехэтажный находился в чудном месте… С одной стороны шоссе и дальше дачи, болото, со второй — кладбище, с третьей — железная дорога. Там вечно происходили жуткости, которые по детскому уму мы не анализировали (на сайте есть история об этом), люди стремительно спивались, погибали, сходили с ума, а во многих квартирах жили невидимые и видимые сущности… Это как вступление.
Кладбище у дома стояло к нам задней частью, потом шли рельсы железной дороги, потом небольшие клочки огородов и, собственно, двор дома. Со двора кладбище было видно. И вот однажды (мне было лет 10-12) мы с группой детей вечерком решили от нечего делать (во дворе же скучно) пойти на кладбище и там поиграть в прятки. Перелезли через огороды (с моего), перешли дорогу, и прямо напротив виднелась широкая дорога, сквозь кладбище, прямо по его центру. Ищущий, Женя, остался «жмуриться» у крайних могил, а остальные побежали по дороге вглубь — прятаться. Я умчалась дальше всех. Нашла укромное местечко за одним памятником в двух шагах у дороги, который уютно скрывал огромный куст сирени, втиснулась между ними и сижу. Прислушиваюсь. До меня не доносится ни звука. Но, по моим прикидкам, Женя нас уже должен активно искать. Никаких голосов, свидетельствующих о том, что кого-то застукали или кто-то застукался сам… Сижу, скучаю, уже почти смеркается. Злюсь, что меня не находят, ведь не так уж и далеко я убежала, в конце концов. Осторожно, насколько могу, выглядываю на дорогу — никого.
И тут вдруг мурашки побежали по спине. Я почувствовала взгляд. Поворачиваюсь в сторону, противоположную той, откуда пришла, и буквально в трех могилках от меня вижу сидящего на земле огромного белого пса. Похожий на сенбернара, но с более острой рожицей, размером со взрослого медведя, он сидит ко мне лицом и, не мигая, смотрит. Не отводит взгляд, не шевелится, не выражает никаких эмоций. Я аж застыла. Вижу, как он ровно дышит и боюсь пошевелиться. Но уже довольно быстро смеркалось, и в какой-то момент я осторожно выбралась из укрытия и попятилась на дорогу. Собака поворачивала голову, следя за мной, но не двигалась с места. Я пятилась, пятилась и потом повернулась, и побежала. Мне чудилось, что он бежит следом, что только придавало ускорения. Не помню, как выбралась с кладбища, но около него меня уже все ждали. Оглянулась — собаки не было. Я накричала на друзей, что они не искали меня, на что мне сказали, что когда нашли всех, они шли почти до конца дороги и громко звали меня. Я не могла не услышать, но я не слышала ни звука и не видела их, проходящих мимо… В общем, я им не поверила, но мы ушли домой. Больше нам и в голову не приходило идти туда играть, словно всех что-то напугало и отвадило от такого желания.
Я бы, может, и не вспомнила эту историю. Но впоследствии, когда мы переехали, мы иногда приезжали в старый двор, поностальгировать о детстве. Позднее уже с мужем приходили (благо живем не слишком далеко). И вот однажды, в прошлом или позапрошлом году, когда мы там были, я вдруг вспомнила этот случай и захотела мужу показать это место. Мы с Олегом обошли огороды, перешли железку и… уперлись в кладбище. Там, где должна была быть дорога, широкая асфальтированная, такая, что машина проедет или толпой можно пройти, её не было. Не было. Мы прошли всю эту сторону вдоль — нигде, за исключением протоптанных то там, то сям меж могилок узеньких дорожек, где с трудом может протиснуться один человек. Я нашла место, откуда мы в детстве стартовали (сразу за моим огородом), но и там не было никакого прохода. Возможно, просто много хоронили народу с того времени и заполнили, убрали дорогу — подумали мы. Но меня не отпускало странное ощущение, что что-то не так. Мы стали ходить мимо крайних могилок по всей этой стороне и читать даты — абсолютно все крайние захоронения датировались не позднее 70-х годов того века, вглубь — ещё старее (кладбище разрасталось исключительно с другой стороны). т. е. подобной широкой дороги там просто быть не могло в 90-е годы…
Где мы играли в тот вечер?
Кладбище у дома стояло к нам задней частью, потом шли рельсы железной дороги, потом небольшие клочки огородов и, собственно, двор дома. Со двора кладбище было видно. И вот однажды (мне было лет 10-12) мы с группой детей вечерком решили от нечего делать (во дворе же скучно) пойти на кладбище и там поиграть в прятки. Перелезли через огороды (с моего), перешли дорогу, и прямо напротив виднелась широкая дорога, сквозь кладбище, прямо по его центру. Ищущий, Женя, остался «жмуриться» у крайних могил, а остальные побежали по дороге вглубь — прятаться. Я умчалась дальше всех. Нашла укромное местечко за одним памятником в двух шагах у дороги, который уютно скрывал огромный куст сирени, втиснулась между ними и сижу. Прислушиваюсь. До меня не доносится ни звука. Но, по моим прикидкам, Женя нас уже должен активно искать. Никаких голосов, свидетельствующих о том, что кого-то застукали или кто-то застукался сам… Сижу, скучаю, уже почти смеркается. Злюсь, что меня не находят, ведь не так уж и далеко я убежала, в конце концов. Осторожно, насколько могу, выглядываю на дорогу — никого.
И тут вдруг мурашки побежали по спине. Я почувствовала взгляд. Поворачиваюсь в сторону, противоположную той, откуда пришла, и буквально в трех могилках от меня вижу сидящего на земле огромного белого пса. Похожий на сенбернара, но с более острой рожицей, размером со взрослого медведя, он сидит ко мне лицом и, не мигая, смотрит. Не отводит взгляд, не шевелится, не выражает никаких эмоций. Я аж застыла. Вижу, как он ровно дышит и боюсь пошевелиться. Но уже довольно быстро смеркалось, и в какой-то момент я осторожно выбралась из укрытия и попятилась на дорогу. Собака поворачивала голову, следя за мной, но не двигалась с места. Я пятилась, пятилась и потом повернулась, и побежала. Мне чудилось, что он бежит следом, что только придавало ускорения. Не помню, как выбралась с кладбища, но около него меня уже все ждали. Оглянулась — собаки не было. Я накричала на друзей, что они не искали меня, на что мне сказали, что когда нашли всех, они шли почти до конца дороги и громко звали меня. Я не могла не услышать, но я не слышала ни звука и не видела их, проходящих мимо… В общем, я им не поверила, но мы ушли домой. Больше нам и в голову не приходило идти туда играть, словно всех что-то напугало и отвадило от такого желания.
Я бы, может, и не вспомнила эту историю. Но впоследствии, когда мы переехали, мы иногда приезжали в старый двор, поностальгировать о детстве. Позднее уже с мужем приходили (благо живем не слишком далеко). И вот однажды, в прошлом или позапрошлом году, когда мы там были, я вдруг вспомнила этот случай и захотела мужу показать это место. Мы с Олегом обошли огороды, перешли железку и… уперлись в кладбище. Там, где должна была быть дорога, широкая асфальтированная, такая, что машина проедет или толпой можно пройти, её не было. Не было. Мы прошли всю эту сторону вдоль — нигде, за исключением протоптанных то там, то сям меж могилок узеньких дорожек, где с трудом может протиснуться один человек. Я нашла место, откуда мы в детстве стартовали (сразу за моим огородом), но и там не было никакого прохода. Возможно, просто много хоронили народу с того времени и заполнили, убрали дорогу — подумали мы. Но меня не отпускало странное ощущение, что что-то не так. Мы стали ходить мимо крайних могилок по всей этой стороне и читать даты — абсолютно все крайние захоронения датировались не позднее 70-х годов того века, вглубь — ещё старее (кладбище разрасталось исключительно с другой стороны). т. е. подобной широкой дороги там просто быть не могло в 90-е годы…
Где мы играли в тот вечер?
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
