Гедонист

Вот молодой человек стянул с себя шелк и текучим движением скользнул в ванну, сразу же прильнув к королю и продолжив целовать его своими удивительными короткими, дразнящими и легкими поцелуями, которые заводили Трандуила куда больше, чем глубокие поцелуи его прежних любовников. Король подумал, что будь на месте юноши какой-нибудь эльф, он бы уже тысячу раз испросил у «Его Величества» дозволения; а этот молодой человек влез к нему в ванну так, будто даже и не подумал о том, что королю может не понравиться его дерзость…«А с другой стороны, — сказал про себя Трандуил, лаская горячее тело юноши, такое сильное и трепетное одновременно, — эта дерзость мне очень даже нравится»…. Он вновь взглянул в темные глаза человека, смотревшие на короля с бесконечным восхищением; потом взгляд Трандуила скользнул по красивой шее юноши, по ямочке между ключиц, у которой начинали виться жесткие черные волосы… Король чуть подался вперед и коснулся губами его груди, вдыхая острый запах человека — он пах табаком, пряными духами и собственным терпким, каким-то очень мужским запахом, от которого сердце Трандуила взволнованно забилось. Странно — этот сильный запах, такой непохожий на призрачный запах юных эльфов, совсем не был противен королю; напротив — он ему безумно нравился…

Трандуил хотел взять своего юношу прямо здесь, в ванне; но тут взгляд его скользнул по отрезам, все еще лежавшим на полу, и он заулыбался промелькнувшей мысли.

— Пойдем, — шепнул он человеку, помогая ему выйти из ванны. Они задержались в ней на несколько мгновений, стоя в воде, не в силах прервать поцелуй. Наконец король отстранился и увлек юношу за собой.

Человек сразу понял, чего хочет от него эльфийский владыка. Он опустился на разбросанные на полу ткани, что пылали яркими цветами. Трандуил на миг застыл над ним, залюбовавшись открывшейся ему картиной: изящный юноша распростерся на драгоценных шелках и атласе, весь покрытый капельками воды и возбужденный… В этом было столько красоты и столько порока, что у Трандуила закружилась голова от желания. Он навис над человеком, обхватив губами член юноши, и в следующее же мгновение почувствовал, как мягкие губы юноши коснулись его члена. Молодой человек по-прежнему не делал ничего изощренного, но прикосновения его губ и языка отчего-то заставляли Трандуила задыхаться от острого, ни с чем не сравнимого наслаждения… «Талант», — решил король, вбирая в себя член юноши так глубоко, что его губы касались жестких паховых волос. Сейчас он еще яснее ощущал резкий запах человека; Трандуил жадно вдохнул его, стараясь запомнить каждый его оттенок… Он почувствовал, как юноша под ним напрягся, замер, как его тонкие пальцы впились в бедра короля. Трандуил поднял голову, сжал член любовника, и уже через несколько мгновений тот излился, забрызгав спермой свою кожу и золотую парчу. Король залюбовался перламутровыми каплями, усеявшими драгоценную ткань… «Божественно», — пронеслось в мыслях; Трандуил содрогнулся всем телом и, все еще ощущая горячие губы юноши на своем члене, с долгим стоном кончил.

Когда король поднялся, молодой человек по-прежнему лежал на смятом шелке, совершенно измотанный; ткани под ним пропитались потом и сбились, а на золотой парче, что Трандуил выбрал для своего наряда, засыхали капли спермы… Король накинул на плечи халат, неторопливо прошел к двери и вышел из ванной, не сказав юноше ни слова и даже не обернувшись.

Нет, Трандуил не был по-настоящему жесток — он просто жил в своем собственном чувственном мире, и смакование новых вкусов, запахов и ощущений всецело поглощало его.

Форель

Тонкие пальцы короля эльфов поглаживали золотую брошь, усыпанную алыми и зелеными самоцветами: тяжелую, крупную, со сложным узором, столь непохожую на изящные изделия эльфов… Трандуил любил аляповатые гномьи украшения — они прекрасно сочетались с его роскошными нарядами, золотой гривой волос и изумрудно-зелеными глазами. Вот и сейчас он сидел в кресле, больше похожем на трон, посреди своей сокровищницы, окруженный немыслимыми богатствами, и сам был похож на великолепную старинную драгоценность. Разноцветные отблески сокровищ ложились на его лицо, вспыхивали в глазах, затененных пушистыми ресницами, множились, рассыпаясь на каменьях, украшавших одежды короля.

В дверь постучали. Трандуил с досадой бросил брошь на ближайшую груду драгоценностей, недовольный тем, что его отвлекают от созерцания его богатства. В сокровищницу проскользнул светловолосый юноша; он был похож на эльфа, но то, как он держался, немного озадачило Трандуила: войдя, юноша подобострастно съежился, беспрестанно переминаясь с ноги на ногу и криво ухмыляясь.

— Кто ты? — равнодушно произнес король. Его голос эхом разнесся по полутемной сокровищнице.

— Я того… от Морхозия с Железных Холмов. Племянник его. За деньгами пришел, за брошечки.