Герои и Злодеи

— Пожалуй, что нет, — Он вытер лезвие о тряпку и продолжил работу. — А вот про другой город я могу рассказать байку. Не у нас то было, за морем. Жил где-то на островах, окутанных вечной сыростью и смогом, один цирюльник, который сошел с ума от несчастной любви и резал своих клиентов, как поросят на бойне, а подруга евоная из тел убиенных фарш крутила.

Прохор тут же вспомнил историю с броуменским конюхом.

— Страсти-мордасти какие!

— Ага. Чик бритвой по горлу, и в… мясорубку, — брадобрей замер, задержав лезвие своей бритвы возле шеи клиента. Тот даже напрягся, вжался в спинку кресла и робко спросил.

— И чем дело кончилось?

— А чем обычно заканчиваются подобные истории? Либо: и жили все долго и счастливо, либо: все умерли в один день. На этот раз не повезло всем, — мастер в три движения закончил работу, положил инструмент в карман фартука и вытер лицо Прохора полотенцем, что висело на вешалке возле стеллажа со склянками, наполненными различными маслами, и прочим барахлом, предназначенным для работы. — Благовония желаете?

— Увольте.

— С вас пол серебрушки, уважаемый.

Достав из-за пазухи кошель, Прохор вручил брадобрею монету.

— Сдачи не надо. Подскажи, любезный, где тут самая приличная таверна? Хочется где потише и повкуснее.

Цирюльник ответил не задумываясь.

— «У Йохана», это название такое. Хозяина так же зовут, добрейшей души толстяк, — Прохор в очередной раз убедился в правильности своей «трактиройохановской» теории, и уже выходя, услышал. — Это направо от лавки башмачника. Сейчас прямо и налево. Кстати, там шапито. Сегодня обещают занимательное представление. Вся городская знать соберется.

— Еще раз спасибо, уважаемый. Удачного дня.

Дверь слегка хлопнула, и в лицо Государя ударил порыв свежего морского бриза, приятно охладив гладковыбритую кожу. Королевская свита стояла и ожидала приказа.

— Куда теперь, Ваше Величество? — спросил Генерал.

— Исполним желание нашего друга Фрэда, он уже позеленел от голода, да и у Даниэля в животе урчит громче, чем вода в котле его парового двигателя. Может, тут музыканты неплохие, а потом посетим местный балаган. Мне рекомендовали.

Писарь улыбнулся и довольно потер ладони.

— Люблю повеселиться!

— Особенно пожрать, — вставил изобретатель.

И отряд направился на поиски таверны с оригинальным названием «У Йохана».

В сером небе горланили чайки, пытаясь заглушить крики горожан, что доносились со стороны порта. Воздух, пахнущий рыбой, напомнил Прохору о Кромстене. А ведь оттуда рукой подать до Броумена, в котором остались Изольда с маленькой дочкой на руках. Король прогнал мимолетную грусть. В конце концов, он не просто так покинул замок, а занимается делами государственной важности. На борту «Валькирии», помимо картофеля, в потайной нише везли еще и сундук с различными шестеренками для мастера. Тот, разумеется, был ни сном, ни духом. Этот сундук должен стать подарком на день рождения изобретателя, который мечтал собрать тысячу тысяч наручных часовых механизмов и подарить их всем жителям королевства, по крайней мере тем, кому хватит. Прохор поручил это дело покойному старшему помощнику капитана судна, который свалился спьяну за борт и сокрылся в пучине морской. Тот выполнил поручение, да примет его в свое царство великий Дагон.

Таверна нашлась без труда. Как и говорил цирюльник, напротив стоял огромный шатер шапито, возле которого высилась бочка, обклеенная афишами. Вокруг нее на ходулях, кутаясь в разноцветный длиннополый плащ, расхаживал глашатай и зазывал зрителей.

— Только сегодня! Заключительное представление! Всего пять серебряных монет за вход! Акробаты-циркачи и силач-мускулач! Звери, выполняющие команды людей, и живая гора! А так же таинственный маг из закутков самого Парижу — Мистер Шок собственной персоной! Спешите видеть! Представление начнется после третьей склянки! — Он перевел дыхание и продолжил орать с удвоенной силой. Жители и гости Трисполя глазели на великана и, делая вид, что заинтересовались, лезли в карман. В этот момент по улицам полетел звон корабельного колокола.

Прохор посмотрел на часы, что находились на его запястье, выудил кошель, достал из него две золотых монеты и протянул их писарю.

— Фрэд, дружище, купи нам билеты, а мы, тем временем, займем места и сделаем заказ. У нас есть целый час, который мы можем посвятить празднику живота.

Служитель пера кивнул и направился в сторону шатра, Прохор же в сопровождении Даниэля и Генерал — в таверну, над дверями которой висела табличка с названием и нарисованными на ней скрещенными столовыми приборами над подобием кровати, мол, тут можно поесть и переночевать. А то и так непонятно, для того таверны и существуют.