Фандом: Гарри Поттер. Любое воздействие темной магии не проходит бесследно, и последствия незавершенного ритуала могут привести к совершенно непредсказуемым результатам.
236 мин, 54 сек 12983
За разговорами в ожидании обеда время летело незаметно. Молодые люди обсуждали то, как прошла последняя гонка, слухи о грядущих очередных изменениях правил чемпионата, странное поведение главного соперника Блэка — Шнайдера и тактику «Сайбер Пежо» в следующем заезде. Дэниел любил такие посиделки с Полом или Сэмом. Все они были первоклассными специалистами и понимали друг друга с полуслова. С ними он мог говорить на профессиональные темы не боясь, что его не поймут или что это может наскучить собеседнику.
Сначала Дэниел пытался рассказать, обсудить или поделиться своими соображениями по поводу той или иной ситуации на треке с Драко, но тот совершенно не разбирался ни в маггловских гонках, ни в автомобилях, поэтому от этой идеи Блэк вскоре отказался, остановившись на простом выражении эмоций. С Гермионой дело обстояло не намного лучше. Девушка, хоть и имела представление об этом виде спорта, все равно была далека от его технической стороны.
Спор о том, что лучше — сразу вырваться вперед, взяв максимальную скорость, или стартовать спокойно, а затем постепенно, но неуклонно наращивать темп, делая ставку на уже разогревшуюся и привыкшую к покрытию резину, прервал насмешливый голос:
— Я смотрю, вы и в свободное время не можете говорить ни о чем кроме гонок.
Дэниел резко обернулся.
— Мистер Мелвилл, — он удивленно расширил глаза, глядя на владельца «Сайбер Пежо», который стоял в паре шагов от молодых людей.
— Зрение Вам не изменяет, мистер Блэк, — кивнул тот. Он оглядел столик, на котором пока стояли только бокалы пива и закуска, а затем спросил: — Раз уж и вы, и я пришли сюда перекусить, то, надеюсь, вы не будете против, если я присоединюсь к вам за обедом?
Естественно, даже если у кого-то и были возражения, то озвучивать их никто не стал.
Поначалу Дэниел чувствовал себя довольно стесненно, ведь до сих пор он не так часто общался с владельцем автоклуба, и уж точно никогда это не происходило в такой неофициальной и расслабляющей обстановке. Однако, к своему удивлению, молодой человек понял, что в компании Мелвилла ему вполне комфортно, и с ним действительно приятно беседовать.
Правда, Пол явно был не в своей тарелке. Он все время отмалчивался, не принимая участия в разговоре и старательно изображая незаметный предмет мебели. Очевидно, он чувствовал себя лишним, но соревноваться за внимание Блэка с владельцем автоклуба, с которым у него был подписан контракт, не решался.
Мелвилл прекрасно видел и смущение Пола, и обиду, скользнувшую по его лицу, которую он немедленно поспешил скрыть, и ревность, смешанную с тоской, отражавшиеся в глазах молодого человека, когда Блэк улыбался. Улыбался не Полу. Однако Мелвилл ни взглядом, ни единым жестом не выдал того, что он что-либо заметил.
Сам же Дэниел совершенно не обратил на все эти детали внимания, полностью сосредоточившись на разговоре с Мелвиллом.
Этот обед, бесспорно, был для Пола весьма неприятным, поэтому молодой человек долго не выдержал. Довольно быстро он «вспомнил» о весьма срочном и неотложном деле и умчался, даже не дождавшись основного блюда. Блэк и Мелвилл остались вдвоем.
Они говорили обо всем подряд — естественно, о гонках, о музыке, живописи, литературе, политике. Собеседник оказался очень интересным, умным и проницательным человеком, который к тому же много путешествовал, и его рассказы доставляли Дэниелу истинное удовольствие.
С каждой минутой Мелвилл все больше очаровывал Блэка. Он казался тому загадочным и притягательным, с присущим только ему обаянием и неповторимой привлекательностью.
Но все когда-нибудь подходит к концу, и этот приятный во всех отношениях обед не стал исключением. Беседу прервал телефонный звонок — Мелвиллу необходимо было уезжать по делам.
Дэниел же поймал себя на мысли, что разочарован. Он прекрасно провел время, и ему не хотелось, чтобы все так быстро закончилось. На какой-то момент эти эмоции отразились на его лице, но он мгновенно их скрыл, не желая, чтобы Мелвилл что-то увидел. Тот же, если и заметил, то не подал вида.
Северус Снейп угрюмо изучал разложенный на столе свиток пергамента: множество дат, большая часть которых была обведена ровными кругами, однако некоторые числа выбивались из общего ряда, помеченные другой геометрической фигурой — квадратом; под каждой датой располагались пометки, сделанные аккуратным мелким почерком; а между кругами и квадратами тонкой паутиной расползались стрелки. Рядом на полу громоздились несколько впечатляющих размеров стопок газет — подшивки ведущих маггловских газет за последний год. Однако дело было вовсе не в том, что Мастер Зелий внезапно заинтересовался немагической журналистикой.
Сначала Дэниел пытался рассказать, обсудить или поделиться своими соображениями по поводу той или иной ситуации на треке с Драко, но тот совершенно не разбирался ни в маггловских гонках, ни в автомобилях, поэтому от этой идеи Блэк вскоре отказался, остановившись на простом выражении эмоций. С Гермионой дело обстояло не намного лучше. Девушка, хоть и имела представление об этом виде спорта, все равно была далека от его технической стороны.
Спор о том, что лучше — сразу вырваться вперед, взяв максимальную скорость, или стартовать спокойно, а затем постепенно, но неуклонно наращивать темп, делая ставку на уже разогревшуюся и привыкшую к покрытию резину, прервал насмешливый голос:
— Я смотрю, вы и в свободное время не можете говорить ни о чем кроме гонок.
Дэниел резко обернулся.
— Мистер Мелвилл, — он удивленно расширил глаза, глядя на владельца «Сайбер Пежо», который стоял в паре шагов от молодых людей.
— Зрение Вам не изменяет, мистер Блэк, — кивнул тот. Он оглядел столик, на котором пока стояли только бокалы пива и закуска, а затем спросил: — Раз уж и вы, и я пришли сюда перекусить, то, надеюсь, вы не будете против, если я присоединюсь к вам за обедом?
Естественно, даже если у кого-то и были возражения, то озвучивать их никто не стал.
Поначалу Дэниел чувствовал себя довольно стесненно, ведь до сих пор он не так часто общался с владельцем автоклуба, и уж точно никогда это не происходило в такой неофициальной и расслабляющей обстановке. Однако, к своему удивлению, молодой человек понял, что в компании Мелвилла ему вполне комфортно, и с ним действительно приятно беседовать.
Правда, Пол явно был не в своей тарелке. Он все время отмалчивался, не принимая участия в разговоре и старательно изображая незаметный предмет мебели. Очевидно, он чувствовал себя лишним, но соревноваться за внимание Блэка с владельцем автоклуба, с которым у него был подписан контракт, не решался.
Мелвилл прекрасно видел и смущение Пола, и обиду, скользнувшую по его лицу, которую он немедленно поспешил скрыть, и ревность, смешанную с тоской, отражавшиеся в глазах молодого человека, когда Блэк улыбался. Улыбался не Полу. Однако Мелвилл ни взглядом, ни единым жестом не выдал того, что он что-либо заметил.
Сам же Дэниел совершенно не обратил на все эти детали внимания, полностью сосредоточившись на разговоре с Мелвиллом.
Этот обед, бесспорно, был для Пола весьма неприятным, поэтому молодой человек долго не выдержал. Довольно быстро он «вспомнил» о весьма срочном и неотложном деле и умчался, даже не дождавшись основного блюда. Блэк и Мелвилл остались вдвоем.
Они говорили обо всем подряд — естественно, о гонках, о музыке, живописи, литературе, политике. Собеседник оказался очень интересным, умным и проницательным человеком, который к тому же много путешествовал, и его рассказы доставляли Дэниелу истинное удовольствие.
С каждой минутой Мелвилл все больше очаровывал Блэка. Он казался тому загадочным и притягательным, с присущим только ему обаянием и неповторимой привлекательностью.
Но все когда-нибудь подходит к концу, и этот приятный во всех отношениях обед не стал исключением. Беседу прервал телефонный звонок — Мелвиллу необходимо было уезжать по делам.
Дэниел же поймал себя на мысли, что разочарован. Он прекрасно провел время, и ему не хотелось, чтобы все так быстро закончилось. На какой-то момент эти эмоции отразились на его лице, но он мгновенно их скрыл, не желая, чтобы Мелвилл что-то увидел. Тот же, если и заметил, то не подал вида.
Северус Снейп угрюмо изучал разложенный на столе свиток пергамента: множество дат, большая часть которых была обведена ровными кругами, однако некоторые числа выбивались из общего ряда, помеченные другой геометрической фигурой — квадратом; под каждой датой располагались пометки, сделанные аккуратным мелким почерком; а между кругами и квадратами тонкой паутиной расползались стрелки. Рядом на полу громоздились несколько впечатляющих размеров стопок газет — подшивки ведущих маггловских газет за последний год. Однако дело было вовсе не в том, что Мастер Зелий внезапно заинтересовался немагической журналистикой.
Страница 22 из 66
