Фандом: Гарри Поттер. Любое воздействие темной магии не проходит бесследно, и последствия незавершенного ритуала могут привести к совершенно непредсказуемым результатам.
236 мин, 54 сек 13000
Занятый своими мыслями, Блэк ехал агрессивно и уверенно, решительно расправлялся с конкурентами, безжалостно использовал абсолютно все ошибки соперников. Несмотря на все свои внутренние переживания, он ни разу не дрогнул и не ошибся, а ведь всем известно, насколько трудно ездить в стрессовых ситуациях.
Во время гонки создавалось ощущение, что Лекс Мелвилл ни секунды не сомневался в победе своей команды, причем явно ожидал увидеть на подиуме не только Блэка, но и Дормена. Большую часть заезда между ними держался Лароса из «Тойоты», но транслировавшиеся в эфире радиопереговоры команды «Пежо» демонстрировали, что итальянец для них — фигура чисто виртуальная. Снабжая своих пилотов необходимой информацией, инженеры«Сайбер Пежо» учитывали лишь их перемещения друг относительно друга, полностью исключая из«пейзажа» Ларосу.
Пол Дормен, слишком широко зайдя в поворот «Бруклэндс», вынудил «BMW» Шнайдера взлететь в воздух и, несколько раз перевернувшись, рухнуть днищем вверх. Болид оказался разбит под списание, гонщик сумел выбраться из того, что осталось от автомобиля, при небольшой помощи техников, но с поля его унесли на носилках«Скорой помощи». А Пол, как ни в чем не бывало, поехал дальше, вслед за Блэком прорываясь в начало пелотона.
Дэниел же, автоматически проезжая один круг за другим, никак не мог сосредоточиться на трассе. Его раздирала на части ярость. На фотографа, который снял компрометирующий материал. На человека, который выкупил эти фотографии и послал Блэку. И надо же было попасть именно в тот момент, когда рядом был Драко. Или все было рассчитано как раз так, чтобы он их увидел? Дэниел негодовал и из-за того, как отреагировал Малфой, и это был абсолютно иррациональный гнев от того, что тот мгновенно и безоговорочно поверил снимкам и даже на секунду не предположил, что это может быть фальшивка. И конечно же, Блэк злился на самого себя: потому что не смог устоять перед обаянием и настойчивостью Мелвилла, потому что не остановился, не взял себя в руки и в итоге потерял самого близкого на свете человека. В том, что случилось, виноват только он сам, и никто иной. Ожесточение на других, помноженное на чувство собственной вины, в итоге образовало дьявольский коктейль, который сводил Дэниела с ума. Казалось, даже воздух вокруг сгустился, стал плотным и тягучим.
А трасса тем временем в очередной раз оказалась засыпана обломками разбитого автомобиля, и специальные машины только и успевали убирать их, чтобы они не мешали проносящимся на бешеной скорости болидам.
До финиша не суждено было доехать и Бруно Ларосе, «Тойота» которого получила повреждение задней подвески после того, как ее«догнал» «Мерседес» Альберта Рида. Как выяснилось, немецкие автомобили гораздо прочнее японских. Об этом свидетельствовало то, что Рид, машина которого, судя по всему, тоже пострадала, продержался еще десять кругов — в отличие от сошедшего тут же Ларосы. Оба они, естественно, были очень расстроены. Первого раздражало то, что в этой ситуации от него ничего не зависело, ведь отлично разработанная стратегия оказалась бесполезной из-за грубейшей ошибки Рида, который врезался в него сзади на одном из поворотов. А второй из-за этого столкновения упустил прекрасную возможность потягаться с легендарным «Сайбер Пежо» вообще и вернувшимся в число фаворитов чемпионата Блэком в частности.
На фоне всех этих эффектных полетов довольно скромно смотрелись огненно-дымовые шлейфы «Ниссана» Моргана и«Опеля» Бергера, а также проблемы с шинами у«Инфинити» Родригеса.
Ринберг имел все шансы завершить гонку третьим, но за сто метров до финиша на его «Хонде» взорвался мотор. Это автоматически уничтожило все шансы не только на подиумное место, но и вообще на присутствие в итоговой таблице заезда.
И только Блэк каким-то невероятным способом ни разу за всю гонку не дал эмоциям выплеснуться наружу, хотя для него она была очень трудной и физически, и психологически. Апофеозом этого гран-при стала его поистине феноменальная победа — стартовав последним, он все-таки сумел выиграть.
На подъездах к Лондону творилось что-то странное. Машины еле-еле двигались, образовывая растянувшиеся на километры пробки. В город автомобили пропускали по одному, причем некоторые из них даже подвергались досмотру. К тому же поражало огромное количество полиции повсюду.
Во время гонки создавалось ощущение, что Лекс Мелвилл ни секунды не сомневался в победе своей команды, причем явно ожидал увидеть на подиуме не только Блэка, но и Дормена. Большую часть заезда между ними держался Лароса из «Тойоты», но транслировавшиеся в эфире радиопереговоры команды «Пежо» демонстрировали, что итальянец для них — фигура чисто виртуальная. Снабжая своих пилотов необходимой информацией, инженеры«Сайбер Пежо» учитывали лишь их перемещения друг относительно друга, полностью исключая из«пейзажа» Ларосу.
Пол Дормен, слишком широко зайдя в поворот «Бруклэндс», вынудил «BMW» Шнайдера взлететь в воздух и, несколько раз перевернувшись, рухнуть днищем вверх. Болид оказался разбит под списание, гонщик сумел выбраться из того, что осталось от автомобиля, при небольшой помощи техников, но с поля его унесли на носилках«Скорой помощи». А Пол, как ни в чем не бывало, поехал дальше, вслед за Блэком прорываясь в начало пелотона.
Дэниел же, автоматически проезжая один круг за другим, никак не мог сосредоточиться на трассе. Его раздирала на части ярость. На фотографа, который снял компрометирующий материал. На человека, который выкупил эти фотографии и послал Блэку. И надо же было попасть именно в тот момент, когда рядом был Драко. Или все было рассчитано как раз так, чтобы он их увидел? Дэниел негодовал и из-за того, как отреагировал Малфой, и это был абсолютно иррациональный гнев от того, что тот мгновенно и безоговорочно поверил снимкам и даже на секунду не предположил, что это может быть фальшивка. И конечно же, Блэк злился на самого себя: потому что не смог устоять перед обаянием и настойчивостью Мелвилла, потому что не остановился, не взял себя в руки и в итоге потерял самого близкого на свете человека. В том, что случилось, виноват только он сам, и никто иной. Ожесточение на других, помноженное на чувство собственной вины, в итоге образовало дьявольский коктейль, который сводил Дэниела с ума. Казалось, даже воздух вокруг сгустился, стал плотным и тягучим.
А трасса тем временем в очередной раз оказалась засыпана обломками разбитого автомобиля, и специальные машины только и успевали убирать их, чтобы они не мешали проносящимся на бешеной скорости болидам.
До финиша не суждено было доехать и Бруно Ларосе, «Тойота» которого получила повреждение задней подвески после того, как ее«догнал» «Мерседес» Альберта Рида. Как выяснилось, немецкие автомобили гораздо прочнее японских. Об этом свидетельствовало то, что Рид, машина которого, судя по всему, тоже пострадала, продержался еще десять кругов — в отличие от сошедшего тут же Ларосы. Оба они, естественно, были очень расстроены. Первого раздражало то, что в этой ситуации от него ничего не зависело, ведь отлично разработанная стратегия оказалась бесполезной из-за грубейшей ошибки Рида, который врезался в него сзади на одном из поворотов. А второй из-за этого столкновения упустил прекрасную возможность потягаться с легендарным «Сайбер Пежо» вообще и вернувшимся в число фаворитов чемпионата Блэком в частности.
На фоне всех этих эффектных полетов довольно скромно смотрелись огненно-дымовые шлейфы «Ниссана» Моргана и«Опеля» Бергера, а также проблемы с шинами у«Инфинити» Родригеса.
Ринберг имел все шансы завершить гонку третьим, но за сто метров до финиша на его «Хонде» взорвался мотор. Это автоматически уничтожило все шансы не только на подиумное место, но и вообще на присутствие в итоговой таблице заезда.
И только Блэк каким-то невероятным способом ни разу за всю гонку не дал эмоциям выплеснуться наружу, хотя для него она была очень трудной и физически, и психологически. Апофеозом этого гран-при стала его поистине феноменальная победа — стартовав последним, он все-таки сумел выиграть.
На подъездах к Лондону творилось что-то странное. Машины еле-еле двигались, образовывая растянувшиеся на километры пробки. В город автомобили пропускали по одному, причем некоторые из них даже подвергались досмотру. К тому же поражало огромное количество полиции повсюду.
Страница 36 из 66
