Гляжусь в тебя, как в зеркало…

— Всё в порядке, Рей, — вернула ему улыбку девушка, взглядом обещая, что припомнит тому слежку. — Мы со старостой просто дискутировали и несколько забыли о времени.

— Другие могли бы сказать, что и о приличиях, но я не они, к тому же я служил дуэньей, — ярость в его глазах при взгляде на Люпина совсем не вязалась с весёлым тоном, которым была произнесена эта фраза. — Так что пора заканчивать беседу, ребята хотят есть, а у твоего брата так бурчит желудок, что малышня боится проходить мимо нашей спальни.

Больше ни слова не говоря, Северина надменно кивнула, напомнив этим Люпину кого-то знакомого, и развернувшись, гордо пошла по коридору, даже не посмотрев на Мальсибера, который, как верный паж, с корзинкой наперевес поспешил за ней, демонстративно не убрав палочку и нагло хмыкнув в лицо оборотню.

Глава 25

Альбус, задумчиво облизывая ложечку с малиновым вареньем, прихлёбывал сладкий чай, совсем не радуясь тишине, воцарившейся в Хогвартсе.

Он никогда не любил летние каникулы. Школьники разъехались по домам и никто не устраивает каверзы в коридорах, не милуется на Астрономической башне, не слышно весёлого смеха на квиддичном поле, а возле горгульи не маячит провинившийся ученик и Филч не ворчит, натирая каменные плиты пола при входе.

Хогвартс словно уснул, и даже портреты переругиваются вполголоса. Скоро разъедутся и профессора, и Хогвартс окончательно затихнет до осени.

В этом году Альбус проводил во взрослую жизнь свой самый любимый курс Гриффиндора. Четвёрка весёлых парней, радующих его своими шуточками — такие непосредственные и открытые.

Он, конечно, старался не дать повода говорить, что директор им потворствует, но у него редко появлялось желание наложить на них взыскание, и надо признать, парни без возражений ходили на отработки, не пытаясь избегать наказания за свои шалости. Настоящие гриффиндорцы!

Альбус порадовался, что эти ребята прониклись его идеями и в ближайшем будущем он уже сможет пожать им руки как своим соратникам по «Ордену Феникса».

Созданный для борьбы с набирающими силу «Пожирателями», «Орден» был его любимым детищем, хотя удивляло то, как мало людей желает бороться с темными силами, доверяя эту миссию непосредственно аврорам, которые не спешили карать зло.

Хотя стоило признать, что Крауч, протащив через Визенгамот закон, разрешающий использовать непростительные, тоже несколько погорячился.

Всем нужен второй шанс и любой пойдёт на что угодно, чтобы избежать Азкабана, а вот после авады договариваться, увы, уже поздно.

Подумав о соратниках Тома, Альбус тотчас же вспомнил и нынешний выпускной курс Слизерина, который весь, как и предыдущий, несомненно, отправится прямиком в Пожиратели… ну, может, с некоторыми исключениями.

— Неужели они не могут понять, что пришло время объединяться с маглами, а не цепляться за устаревшие традиции?! — голос Дамблдора гулко разнёсся по кабинету, потревожив спящих на картинах магов.

Альбус вздохнул и вернулся к раздумьям.

Пока сторонники Тома были заняты исключительно маглами и маглорождёнными, остальные сквозь пальцы смотрели на набирающего силу политика-консерватора, взгляды и действия которого были несколько резковаты.

И только после того, как уродливая метка стала появляться над домами полукровок и даже вполне чистокровных магов, обыватели зашевелились… и побежали в аврорат.

А Альбус снова остался директором Хогвартса и почти забытым победителем Гриндевальда.

Дамблдор снова хлебнул чая, запив им конфету. Он любил сладости и искренне не понимал тех, кто отказывался от предложенного лакомства.

За конфетами ассоциативно появились мысли о мисс Снейп — эта девушка-загадка ни разу не взяла у него из рук ни одной конфеты и не отпила ни одного глотка чая. Будто не доверяя.

А ведь Альбус не собирался ей ничего подливать… Только не девушке из семьи потомственных зельеваров. Да, зельевары… Жаль, что её брат не оправдал его надежд.

Дамблдор с интересом за ним следил после той истории с оборотнем — любовь к тёмным искусствам обязательно привела бы его к Тому, а трогательное чувство к гриффиндорке, которое не исчезло даже после той шутки на озере, вполне могло качнуть его в противоположную сторону.

Вот тут бы Альбус и помог ему осознать ошибки, а мальчик бы согласился делиться некоторыми сведениями о действиях его друзей — соратников Того-Кого-Нельзя-Называть.

Дамблдор усмехнулся — Том всегда любил театральность, впрочем, как и он сам, но вот чего у него нельзя было отнять — это умение находить нужных людей и заставлять служить своим интересам.

Вот и теперь, кажется, у Риддла всё же появится отличный зельевар, которого, благодаря стараниям мисс Снейп, уже не сможет заполучить Альбус и это очень прискорбно, хотя…

Пусть мальчик получит мастерство, а там он посмотрит. С меткой на руке ему в любой момент светит Азкабан, а Альбус всегда любил давать второй шанс.