Голод

Это место едва ли можно было назвать домашним очагом…

Внезапно какая-то тень мелькнула за оконными занавесками. Мелькнула и пропала, чтобы спустя мгновение появиться перед дверью, четко выделяясь на белом ситце, закрывавшем стекло. Послышался шепот, но Сара была слишком перепугана, чтобы ответить. Когда же зашевелилась ручка, голос вернулся к ней и она закричала.

Мириам в мгновение ока оказалась рядом.

— Заперто! — крикнула она. — Заперто и поставлено на охрану!

Тень исчезла.

Саре захотелось как можно скорее выбраться отсюда. Но не могла же она просто так бросить эту женщину!

— Вызовите полицию, — сказала она. Язык у нее заплетался, хотя, несмотря на очевидную опасность, чувствовала она себя до странности спокойно.

— Нет! — Мириам схватила ее за плечи и встряхнула так, что зубы у Сары клацнули.

Помни, она не человек. Не человек! Что бы здесь ни происходило, это может быть совсем не тем, чем кажется на первый взгляд. Нельзя забывать об этом. И — о Господи! — нельзя засыпать! Что с ней такое происходит? — Мне… я сожалею, — сказала Мириам. Она отыскала в ящике стола бумажные носовые платки и высморкалась. — Пойдемте отсюда. Он не будет нас больше беспокоить.

Она провела Сару в библиотеку, где было немного темнее, чем в других комнатах.

— История, — произнесла Мириам, махнув рукой на бесчисленные полки с книгами. — Что думаете вы об истории?

Сара не в состоянии была отвечать на сложные вопросы. Она так устала, что любой звук воспринимался ею с удивительной отчетливостью. Она услышала далекий гудок автомобиля. Глаза скользили по комнате — древние тома, шкафчики с застекленными дверцами, за которыми виднелись сваленные в кучу свитки… Как темно здесь! Эта комната не вызывала приятных ассоциаций. Более того, она казалась просто ужасной — из-за запаха плесени, из-за этих черных старых книг. Сара тряхнула головой. Надо выбираться отсюда.

— Нам бы хотелось, чтобы вы вернулись в клинику.

Мириам смотрела на нее чуть ли не смущенно.

— Почему я должна возвращаться? Чтоб меня показывали как диковинку? — Чтобы мы смогли облегчить ваши страдания. Мириам, подойдя к ней, взяла ее за руки. Вблизи эта женщина казалась еще выше. Саре отчаянно хотелось вырваться, отступить, но она и шага не могла сделать — она слишком устала.

Речь Мириам была размеренной, глаза внимательно смотрели на Сару.

— Сара, нам с вами предстоит еще многому научиться, но я сейчас слишком взбудоражена и мне нужно некоторое время, чтобы прийти в себя. Простите меня — вероятно, мое поведение кажется вам странным.

— Я все же не понимаю, почему вы не вызовете полицию. Они обеспечили бы вам защиту…

— На некоторое время. А что будет, когда они уйдут? А ведь они уйдут, рано или поздно.

— Ладно, это не мое дело. Хотя на вашем месте я все же обратилась бы в полицию. Вам угрожает опасность. Кто бы это ни был, он может появиться здесь в любой момент.

Эти слова заставили Мириам бросить взгляд в сторону коридора, ведущего в заднюю часть дома.

— Если он войдет, зазвучит сигнал тревоги. У меня прекрасная сигнализация.

— А если он сделает что-нибудь другое? Подожжет дом, например, пока вы спите, — ведь никогда нельзя сказать заранее, что может вытворить такой человек.

— Он не станет, это несомненно. — Мириам затравленно огляделась, вдруг почувствовав себя запертой в четырех стенах, словно в клетке. — Нет — Она, по-видимому, была очень напугана.

Сара постаралась воспользоваться своим преимуществом: — Извините, что я все время возвращаюсь к этой теме, но полагаю, это было бы весьма кстати.

— Я не буду возвращаться сейчас в Риверсайд, Сара. Нам с вами нужно многое обсудить, и мы можем сделать это прямо здесь.

— И оборудование, и специалисты — в Риверсайде, и сейчас еще слишком рано что-либо обсуждать. Этим можно будет заняться позже, когда начнется курс лечения.

— А кто же будет меня лечить? Вы? — Мириам шагнула к Саре, и на сей раз угроза ощущалась не снаружи. — Нам очень многое надо обсудить.

— Пожалуйста, Мириам… — Да что же это такое! Она как будто молит ее о пощаде. Соберись, возьми себя в руки! Она закрыла глаза, затем удивленно открыла их. Она умудрилась на мгновение заснуть — стоя.

Мириам схватила ее за запястье.

— Вы, несомненно, уделите мне немного своего времени.

Этого уже Сара не могла вынести — все ее тщательно оберегаемые эмоции вдруг хлынули потоком, побуждаемые силой этой стальной хватки.

— Отпустите меня, — взмолилась она, слабо пытаясь вывернуться, ощущая в запястье острую боль.

Мириам рассмеялась ломким, звонким смехом. И на мгновение истина мелькнула в ее глазах. Сара увидела в них непреодолимый, душераздирающий ужас, малодушный страх загнанного в угол животного.

Мириам, обхватив Сару своими сильными руками, прижала ее к себе. Надо отбиваться, мелькнуло в голове, кричать в панике, но она так устала… Она едва сознавала, что происходит. Мириам подняла ее с пола.

Последнее, что она почувствовала, — это приятное покачивание, когда Мириам, выйдя из комнаты, быстро понесла ее вверх по лестнице.