Голод

Бедная Сара! Превыше всего ценила она свой профессионализм. Если они с Мириам развлекались в постели, то это значило, что Сара нарушила все свои принципы, да еще в самом начале обследования. А ведь какой потрясающий клинический случай!

Ничего удивительного, что она в таком смятении. У нее на то была веская причина.

Вернувшись в свой кабинет, он увидел, что она лежит, совершенно расслабившись, с закрытыми глазами, положив руку на лоб.

— Я принес валиум.

— Нет.

— Почему? — Я не люблю слабость, ты это знаешь. — Сара резко поднялась. — Том, она очень красива. Это просто чудо. Волшебная красота. — Она улыбнулась. — Ты можешь в это поверить? — Слезы, пролитые несколько минут назад, все еще блестели на ее лице, но она уже весело улыбалась.

— Нет. Но у меня нет выбора. У меня есть данные. — Том едва верил глазам — столь велика была происшедшая в ней перемена. Несколько минут назад — слезы, сейчас — смех, но реальны ли были те противоречивые эмоции, что она выказывала? Не поэтому ли наступали у нее нервные срывы — оттого, что она мечется от одной крайности к другой? — Ну и неделька выдалась, — с энтузиазмом заметила она. — Сначала Мафусаил, потом это. Меня преследует мысль, что здесь должна быть какая-то связь.

Он и сам об этом думал, но отбросил эту мысль как совершенно бездоказательную.

— Нет, Сара. Тебе не следует так думать.

— Вероятно, в том, что произошло с Мафусаилом, было что-то такое, что… привлекло ее.

— Как мотылька к огню. И каков же был способ привлечения? Запах? — Способ, о котором мы ничего не знаем. Мы же ничего о ней не знаем, совершенно ничего!

Она выражалась слишком загадочно. Том уже устал, ему все время казалось, что он с нею препирается.

— Значит, телепатия. Но почему? Мафусаил ей что — родственник? — Сарказм. Заслужила ли она его? Возможно.

— Брось, будь посерьезнее. Помоги мне.

— Ты не примешь моей помощи. — Он протянул ей валиум. Она была в состоянии сильного стресса. Недавняя перемена настроения лишь подтверждала это, а может, ему только хотелось так думать.

— Мне не нравятся полумеры. Я лучше встану лицом к лицу со своими проблемами.

— Весьма благородно. Только не принимай душ где попало. Положительно это на твоей репутации не скажется. Не говоря уже о том, что ты будто надушилась в подвалах Клейнса.

— О Клейнсе и речи нет.

— Именно это я и имею в виду. Она схватила его за руки и напряженно, с затаенным страхом спросила: — Мне угрожает опасность?

Том поморщился. Ему даже и думать не хотелось, что могло скрываться за этими словами, но вопрос словно висел в воздухе, требуя ответа.

— Конечно нет, — сказал он и мгновенно обругал себя за эту ложь. Откуда у него могла взяться такая уверенность? Как это ни парадоксально, он был сердит на нее. Она привела его в замешательство, расстроила. Ему хотелось снова увидеть жесткого профессионала, а не это вялое, мечтательное существо, принимающее ванны в домах своих пациентов и неспособное служить жизненно важным интересам Риверсайда. Особенно когда Сэм Раш интересуется их работой.

— Я чувствую себя так, будто я в опасности. Я ощущаю угрозу. Этот инцидент в доме Мириам очень странен, Том. Я тебе еще и половины не рассказала.

— Я весь внимание.

И она рассказала ему обо всем, что произошло, — ровным, невыразительным голосом, словно зритель, а не участник.

— Думаю, твое предположение верно, — заметил Том, когда она закончила. — Мы имеем дело с неведомым. И абсолютно непонятно, с каких позиций надо расценивать поведение Мириам Блейлок.

— Но все, что она делает, имеет отношение ко мне.

— Откуда ты знаешь!

Зачем ему нужно было ее разубеждать? Чтобы успокоить или… чтобы обманом заставить ее с этим смириться? Да, именно так. Сара нужна ему для того, чтобы поддерживать связь с Мириам, она — их единственное связующее звено. Значит, вот почему он солгал… Он просто грубое, грязное животное! Но изменить что-либо он был уже не в силах.

Она молчала. С минуту он ждал ее ответа, но она просто сидела, понурая и задумчивая. Ему хотелось выжать из нее побольше информации, но он колебался. Устраивая Саре допрос, он наверняка ничего не добьется — он давно в этом убедился.

— Поверь, — сказала она наконец, — я знаю. Мириам Блейлок интересуется именно мной.

— Да, — ответил он в надежде вытянуть из нее еще что-нибудь и смолк. Его вдруг бросило в пот. Что-то непонятное творилось в комнате, воздух наэлектризовался — как перед грозой. Мысленным взором он увидел плотные зеленые облака, пробитые молнией. Брови защекотало от пота, и он нетерпеливо их вытер. Сара наклонилась вперед, обняв руками колени.

— Как странно! Ко мне словно прикоснулось какое-то щупальце. Об этом даже и говорить-то смешно. Том, но… но я и правда это почувствовала.

— Мириам Блейлок к тебе враждебно настроена?

Ее глаза широко раскрылись от удивления.