Голод

Том не знал, что и сказать. Он перебрал в уме симптомы. Подумал, не сходить ли ей в амбулаторию, но сразу же отбросил эту идею. Симптомы были слишком незначительными. Тысячи людей проходят через пищевое отравление и укусы насекомых — в легкой форме — ив больницы не обращаются. Тем не менее, Том беспокоился. Он посмотрел на ее лицо. Цвет довольно бледный, а его непривычная округлость говорила о легкой отечности. Кожа была холодной и сухой на ощупь.

— Голодна или не голодна, — сказал он наконец, — я думаю, что прежде всего тебе следует поспать. А утром мы плотно позавтракаем.

Она не стала спорить, но в глазах ее появилась тоска. Раздевшись, они устроились в постели. Полистав в течение пяти минут «Тайм» Том выключил свет. Он лежал, слушая, как она ворочается — а ворочалась она довольно долго, — и расслабился только тогда, когда ее дыхание стало глубоким и размеренным. Прикоснувшись к ней, он убедился, что лихорадки у нее нет. Наконец, сон охватил и его.

Раскатисто загремел гром, и голубая молния осветила потолок. Сара уставилась в темноту, последовавшую за вспышкой. Ей померещилось или на самом деле чей-то силуэт мелькнул в коридоре? Послышался шум дождя. Ветер завывал, огибая здание. Она лежала совершенно тихо, едва дыша, и ждала следующей молнии.

Когда молния блеснула, Сара убедилась — в коридоре пусто. Сердце стало стучать спокойнее. Хорошо, что она не стала будить Тома. Она закрыла рукой глаза. По коже у нее бегали мурашки, все тело ныло, ей было холодно. Она вдруг увидела как наяву: гамбургер «Виг-Мак» бутерброды с жареным мясом и огромный бокал холодной кока-колы. Она всегда с отвращением относилась к таким вещам. Однако видение не исчезало. Глаза ее обратились к часам на шкафчике. С кровати трудно было определить время, но ей показалось, что часы показывают примерно полтретьего.

Неподходящее время для прогулок по Нью-Йорку. Она мысленно представила себе закусочную «Макдональдс» на Восемьдесят шестой улице: несколько посетителей склонились над кофе — наверное, пара полицейских, устроивших себе перерыв. Она даже ощутила запах этого заведения, райский запах.

Медленно и очень осторожно Сара выскользнула из постели. Одно неловкое движение, Том проснется — и она может распроститься с мыслью о еде. «Макдональдс» недалеко; с ней, вероятно, все будет в порядке. Она натянула джинсы и свитер, завязала шнурки туфель. Выходя из квартиры, она заметила, что Том — как обычно — забыл запереть дверь. Она задержалась, закрывая своими ключами оба замка, и пошла к лифту. Для якобы безжалостного карьериста Том был на удивление рассеян.

Двери лифта открылись в пустой холл. Раздавался громоподобный храп — Херб спал на посту. Двери на улицу были заперты, так что Саре придется стучаться, когда она вернется.

Воздух после грозы был свежим, пахло влагой и зеленью. Лишь шелест ветра слышался в ночи. Сара пошла вперед с ощущением, что, решившись выйти на улицу в такой час, она обрела какую-то тайную силу. Пройдя два дома, она свернула на Восемьдесят шестую. Как она и ожидала, «Макдональдс» был открыт, но вопреки ожиданиям — переполнен. Ей пришлось минут пять простоять в очереди, нетерпеливо переступая с ноги на ногу от голода.

Сара заказала два «Биг-Мака» бутерброды с жареным мясом, сладкий пирожок и кока-колу. Схватив еду, она нашла место напротив неуклюжего? молодого человека, который не пожелал даже взглянуть на нее. Оскорбление щелкнув пару раз языком, он встал и скользнул к другому столику. Сара внимательно посмотрела по сторонам — и чуть не рассмеялась: кроме нее, здесь все были«голубыми» — трансвеститы, уткнувшиеся носом в молочные коктейли, мальчики в коже, пожирающие бутерброды с говядиной, мужчины в откровенных платьях до полу, медленно танцующие между столиками.

Сару оставили в покое, чему она была рада. «Биг-Маки» показались ей необычайно хорошими — ароматными и идеально приготовленными. Они даже лучше, чем обычно, гораздо лучше. А кока-кола и бутерброды просто превосходны. Ничего себе заведение — пища для гурманов после захода луны.

Единственное, что помешало ей взять еще пару «Биг-Маков» — это воспоминание о том, что произошло раньше. Она не чувствовала сытости, но здравый смысл советовал ей не переедать. По крайней мере, Том пообещал обильный завтрак. Она представила себе яйца и горячие, с приправами, сосиски, и гору намазанных маслом тостов, и, может быть, оладьи. У нее просто слюнки потекли. На больших часах над прилавком было три часа. Оставалось по меньшей мере четыре часа до того, как она сможет попробовать этот завтрак. Она заставила себя встать и уйти из ресторанчика. Она проведет эти часы, прогуливаясь; ей не хотелось возвращаться в спальню.