Голоса

Я вышла из комнаты — в коротком коридоре никого не было. Тишина. Я прошла в кухню. Тоже никого. Тишина. И тут в моей голове снова зазвучал этот голос. Снова. Этот тихий, назойливый голосок, который говорил, что он мой друг. Да, думаю, что сейчас мне как раз нужна его помощь. Я в панике обежала весь дом, но везде была только тишина и пустота. Никого из семьи не было дома. Голос начал говорить…

— Ты в опасности…

— Что? Где все мои родные?

— Они погибнут, если ты не найдешь это…

— Что «это»?

— Ты должна найти то, что они попросят…

— Кто они? И как они у меня попросят что-либо найти? Что происходит?

Но голос затих. Кажется, он считает, что уже помог мне. Но тут опять происходит что-то странное. Стены и пол начинают кружиться и я снова теряю сознание.

Передо мной снова проплывают картины. Снова я вижу ту комнату, ту девочку, того человека. Он снова на нее кричит, она плачет. Я не пытаюсь что-то изменить, потому что знаю, что это бесполезно. Это лишь забирает мои силы. Но тут я увидела в руке девочки куклу Вуду. Она была связана из шерстяной пряжи светло коричневого цвета, с глазами — пуговицами, один черный, другой белый. Раньше я не замечала эту куклу в руках у девочки. И тут я снова услышала голос. Он шептал очень тихо, но я смогла расслышать слова: «Ты должна найти ее… Кукла приведет тебя к дому»… Я очнулась и видение исчезло.

Я лежала на полу и смотрела в потолок. Мне не хотелось вставать, да и сил было очень мало. Я медленно приподняла голову и взглянула на дверь. В проеме стояла мама.

— А ты чего здесь лежишь? Пойдем завтракать.

Я медленно встала с пола и поплелась на кухню.

В школе Катя на каждой перемене спрашивала, хорошо ли я себя чувствовала. Я кивала головой. Это означало: «Нечего беспокоиться, все нормально». После занятий я решила зайти в школьный архив. Там обычно хранились старые адреса, телефоны учеников, адреса детских садов и поликлиник, где раньше были зарегистрированы эти дети. Я подумала, что на моем пути встанут две серьезные проблемы: первая, меня просто так, без уважительной причины туда не пустят; вторая, в видениях я была очень мала, может даже еще не ходила в школу. Но попытка не пытка. Я подошла к старенькой бабе Маше, попросив заглянуть в архивы. Она с подозрением взглянула на меня и проворчала что-то похожее на: «И чего тебе там понадобилось?». Я соврала, сказав что меня попросила мама, узнать старый телефон. Я говорила уверенно, но тихо. Старушка была строгой, но согласилась мне отрыть, с условием, что она будет присутствовать рядом. Я радостно замахала головой в знак согласия.

Как я и подозревала, ни адреса, ни телефона в архиве не оказалось. К тому времени, как я пошла в школу мы переехали. Но тут был адрес поликлиники, в которой я наблюдалась На счастье, тогда неопытные медсестры что-то перепутали и еще год нам пришлось ездить через весь город в эту поликлинику. Я была так рада. Я тут же достала телефон и сфотографировала странницу из журнала и поблагодарив за помощь старушку, быстренько удалилась.

Вечером голос снова посетил меня. Он говорил:

— Ты уже близко…

— К чему?

— К игрушке…

— Но зачем она им? И кто такие «они»?

— Они могущественный клан… Их никто не победит… В игрушке заключена сила… Ты должна её найти…

— Затем голос умолк, оставив еще больше пробелов в этой истории. На душе было тяжело и неспокойно. В окно барабанил дождь.

Утром я отправилась в эту поликлинику. Я надеялась узнать там адрес моего старого дома. В поликлинике сначала не хотели мне ничего говорить, но потом согласились. Я пулей понеслась на остановку. Я знала как туда доехать, но я сомневалась, что найду среди низеньких построек свой старый дом. Говорили, что этот район сгорел почти полностью. Жильцы, которые сумели спастись уехали оттуда. Пожар начался сам по себе, пожарные до сих пор не могут определить причину столь ужасающего бедствия. Огонь охватил сначала дом №47, а через час с небольшим горела вся улица. Пока приехала пожарная машина сгорел небольшой парк, больница, ресторан, части соседних трех улиц. Никто не понимал, как огонь смог за такое короткое время поглотить столько зданий. В том пожаре сгорели заживо 53 человека, а умерло от удушения и ожогов еще 26. Мама рассказывала мне, что в том пожаре сгорел мой отец. Мама и я получили малочисленные ожоги. У меня на руке до сих пор остался шрам в виде круга. Он был ровный, будто его специально выжгли. Больше у меня ожогов не было, а мамы были маленькие пятна по всему телу от расплавившейся одежды. На мне одежда тоже расплавилась, но ожогов не было.

Я вышла из автобуса. Оглядываясь по сторонам, я стала замечать такое странное чувство, когда возвращаешься туда, где раньше был, но не посещал эти места много лет. Я смотрела на сгоревшие остатки домов и зданий и вспоминала по кусочкам детство. Хотя нет, не вспоминала, я видела. Видения, хоть и короткие, были очень содержательны.