Головкин Сергей Александрович родился в 1959 году в Москве. Детство Сережи было скучным и заурядным. Обычное, не самое счастливое детство, среднестатистические, обычные — не самые плохие, но и не самые любящие и заботливые родители… Мать — молчунья, необщительная, замкнутая постоянно пребывала в домашних заботах, предпочитая семейное время тратить на чтение или рукоделие. Отличалась тенденцией к доминированию, была высокомерна и обычно замечала лишь тех, кто был ей нужен.
46 мин, 13 сек 5368
Чем дольше шли эти поиски, тем больше появлялось описаний Фишера, которые порой противоречили друг другу, Фишер стал многолик и обрел статус легенды, мифа. Стоило какому-то мужчине подойти к мальчикам, и появлялись подозрения — а не Фишер ли это. О Фишере ходили многочисленные слухи. Во всех пионерских лагерях страшилки о Фишере были гвоздем программы. Дети пугали друг друга, родители предостерегали своих детей от общения с незнакомцами и сами боялись за них. Имя Фишера стало нарицательным — его писали на стенах домов, вырезали на скамейках, о Фишере слагали песни — «Фишер бродит по лесным дорожкам»(на мотив известной туристической песни — «вечер бродит по лесным дорожкам»). Имя Фишера гремело по всей стране, как чуть позже будет греметь имя Чикатило. Естественно, сам Головкин имел к этому весьма косвенное отношение, но не преминул воспользоваться «магией» этого страшного имени и с удовольствием использовал его впоследствии. Перед тем как убить свои жертвы сообщал им, что именно он и есть тот легендарный Фишер и наслаждался ужасом, который отражался на лицах детей, которые не могли поверить и осознать, что их дурацкие детские страшилки в этот момент вдруг стали реальностью, причем гораздо более ужасной, чем они даже могли себе представить.
Одновременно с поисками самых разнообразных Фишеров через следственное «решето» просеивался потенциальный поставщик всевозможных преступников — огромный контингент заключенных, ранее судимых насильников и убийц, а также гомосексуалистов, людей склонных к вспышкам сексуальной агрессии. И опять — неудача, хотя пустой тратой времени это крупномасштабное мероприятие не назовешь. Ведь для сыщиков заметно сузилось поле их деятельного поиска.
По периоду совершения преступлений одинцовский убийца совпадал с ростовским маньяком. Методы — убийства, расчленения, глумления над трупом — тоже во многом совпадали, правда, направленность была разной. Если ростовский (Чикатило) нападал и на женщин, и на мальчиков, и на девочек, то здесь избирательность была очевидной. По имеющимся данным, Удав выбирал только мальчиков определенного возраста. Сотрудники милиции, пытаясь разобраться, связаны ли как-то между собой эти серии убийств, обратились с запросом к ученым.
Руководитель Всесоюзного научно-методического центра по вопросам сексопатологии профессор Г. Васильченко, изучив материалы, дал им следующие рекомендации:
«Сексуальные действия преступника можно расценивать как некросадизм (садизм по отношению к трупам), избирательно направленный на подростков. Дело перекликается с убийствами в Ростовской области. Общее: жестокость, нанесение колото-резаных ран, большая и наиболее травмирующая часть повреждений наносится в аномальном или посмертном состоянии жертвы. Во всех случаях повреждены или иссечены половые органы. Некоторое изменение» ритуала«в повышении возраста привлекающих убийцу мальчика возможно, так как в Ростовской области менялись и» ритуал«и возраст жертв. Следует выявить всех больных, обращавшихся к врачам по поводу сексуальных затруднений. Это возможно лишь при тотальной проверке сексологических историй болезни. Нужно обращать внимание на лиц, контактирующих с подростками (учителя, воспитатели, тренеры, руководители кружков), и особенно на тех, кто ушел или был уволен с этой работы. Круг поиска может быть сужен после определения группы крови и последующим обследовании на фаллографе».
Рекомендации специалиста легли в основу работы оперативников. Только в 1988 году было выявлено 5799 психически больных, склонных к половым преступлениям. Позднее «примерялся» к одинцовской серии и сам ростовский потрошитель — Чикатило. Однако сотрудники московского уголовного розыска, откомандированные в Ростовскую область, убедились, что почерк ростовских убийств несколько отличается от того, что они видели в Подмосковье. Ни ростовский маньяк, ни другие убийцы, подвергнувшиеся тщательной проверке, не подходили на роль«Удава».
Все больше и больше члены следственно-оперативной группы начали склоняться к мысли, что особенное внимание нужно уделить «прокачке» еще одной версии — предположения о том, что однотипные убийства совершены кем-то из здешних жителей. Приезжие садисты, как правило, на повторную«мокруху» в одном месте не идут. В Одинцовском районе, как и в Дмитровском, пошла самая что ни на есть рутинная работа: сыщики изо дня в день занимались зауряднейшим делом — поочередно в каждом населенном пункте совершали подворные и поквартальные обходы…
Сам же Головкин, согласно более поздней версии следствия, в этот период (с 1986 по 1989 год) затаился и убийств не совершал. Хотя, справедливости ради необходимо отметить, что дети продолжали пропадать без вести и в указанный период, но их исчезновение сотрудниками правоохранительных органов не связывалось с маньяком Фишером.
Одновременно с поисками самых разнообразных Фишеров через следственное «решето» просеивался потенциальный поставщик всевозможных преступников — огромный контингент заключенных, ранее судимых насильников и убийц, а также гомосексуалистов, людей склонных к вспышкам сексуальной агрессии. И опять — неудача, хотя пустой тратой времени это крупномасштабное мероприятие не назовешь. Ведь для сыщиков заметно сузилось поле их деятельного поиска.
По периоду совершения преступлений одинцовский убийца совпадал с ростовским маньяком. Методы — убийства, расчленения, глумления над трупом — тоже во многом совпадали, правда, направленность была разной. Если ростовский (Чикатило) нападал и на женщин, и на мальчиков, и на девочек, то здесь избирательность была очевидной. По имеющимся данным, Удав выбирал только мальчиков определенного возраста. Сотрудники милиции, пытаясь разобраться, связаны ли как-то между собой эти серии убийств, обратились с запросом к ученым.
Руководитель Всесоюзного научно-методического центра по вопросам сексопатологии профессор Г. Васильченко, изучив материалы, дал им следующие рекомендации:
«Сексуальные действия преступника можно расценивать как некросадизм (садизм по отношению к трупам), избирательно направленный на подростков. Дело перекликается с убийствами в Ростовской области. Общее: жестокость, нанесение колото-резаных ран, большая и наиболее травмирующая часть повреждений наносится в аномальном или посмертном состоянии жертвы. Во всех случаях повреждены или иссечены половые органы. Некоторое изменение» ритуала«в повышении возраста привлекающих убийцу мальчика возможно, так как в Ростовской области менялись и» ритуал«и возраст жертв. Следует выявить всех больных, обращавшихся к врачам по поводу сексуальных затруднений. Это возможно лишь при тотальной проверке сексологических историй болезни. Нужно обращать внимание на лиц, контактирующих с подростками (учителя, воспитатели, тренеры, руководители кружков), и особенно на тех, кто ушел или был уволен с этой работы. Круг поиска может быть сужен после определения группы крови и последующим обследовании на фаллографе».
Рекомендации специалиста легли в основу работы оперативников. Только в 1988 году было выявлено 5799 психически больных, склонных к половым преступлениям. Позднее «примерялся» к одинцовской серии и сам ростовский потрошитель — Чикатило. Однако сотрудники московского уголовного розыска, откомандированные в Ростовскую область, убедились, что почерк ростовских убийств несколько отличается от того, что они видели в Подмосковье. Ни ростовский маньяк, ни другие убийцы, подвергнувшиеся тщательной проверке, не подходили на роль«Удава».
Все больше и больше члены следственно-оперативной группы начали склоняться к мысли, что особенное внимание нужно уделить «прокачке» еще одной версии — предположения о том, что однотипные убийства совершены кем-то из здешних жителей. Приезжие садисты, как правило, на повторную«мокруху» в одном месте не идут. В Одинцовском районе, как и в Дмитровском, пошла самая что ни на есть рутинная работа: сыщики изо дня в день занимались зауряднейшим делом — поочередно в каждом населенном пункте совершали подворные и поквартальные обходы…
Сам же Головкин, согласно более поздней версии следствия, в этот период (с 1986 по 1989 год) затаился и убийств не совершал. Хотя, справедливости ради необходимо отметить, что дети продолжали пропадать без вести и в указанный период, но их исчезновение сотрудниками правоохранительных органов не связывалось с маньяком Фишером.
Страница 6 из 14
