Вечером собиралась заехать за вещами Ольга, и Курин не хотел, чтобы бывшая жена долго задерживалась в квартире.
125 мин, 54 сек 1936
— Конечно лучше. Знал я дуру одну, она тоже газет начиталась, где новый шельмец хвастал, что вместо обычной еды может потреблять всякий сор — пакеты полиэтиленовые, пружины, битые блюдца… Попробовала. Ей не удалось переварить даже пивную пробку!
— Пробку вытащили из нее?
— Вряд ли. Думаю, в морге посмотрели на железяку, да так в кишках и оставили. Кому нужна пробка?
— М-да…
— А раз по-старинке… Тогда вернусь. Потрачусь и непременно вернусь!
— А вы ничего не путаете?— уточнил у старушки участковый.
— Не-ет, товарищ милиционер, никак не путаю. Несколько раз к нему, ну, соседу моему, то есть, точно заходил. А теперь вот — в кустах нашли.
— Подозреваете соседа, значит?
— Его, его, миленький. А тот раз, — вроде бы вы и приходили, -как Витьку Баранова у него мертвого нашли, помните?
— Не помню.
— И еще раз видела его из окна — с большущим пакетом за спиной шел куда-то. Сумерки были, думал, небось, никто не заметит. Подозреваю, и там у него мог быть труп.
— Эй, эй, постойте. Хватит уже ваших ужасов. Вот назначат следователя, ему и расскажете.
— И вообще какой-то нелюдимый он. Раз соли зашла спросить. А он мне — нет соли. Да разве ж такое быть может, чтобы дома ни ложки соли не нашлось? Я понимаю там, картошки нет, или гречи…
— А что, разве соль может только у вас закончиться?
— Нет, ну чтобы у нас обоих в один день вдруг… Ведь знаете, это ж продукт такой, что всегда у всех должен быть. И все стараются купить новую пачку соли, прежде чем старая кончится…
Через несколько часов, когда ужасный бродяжий запах выветрился, Курин позвонил Светлане и пригласил к себе. Для верности брызнул в комнате освежителем воздуха и стал приводить себя в порядок.
— Классный-то какой! — воскликнула девушка, увидев цветок, — Он будто бы еще похорошел за тот день, что меня не было!
— Так и есть, — таинственно ответил Алексей.
— Что ты с ним сделал? Чем таким подкормил?
— Э-э! Так я и выложил свои секреты.
— Что, тебе жалко, да?— сложила губки бантиком Света.
— Конечно, жалко!— Курин обнял подругу и поцеловал, — Вот расскажу тебе все тайны — и перестану быть самым великим цветоводом.
— А что, тебе жалко для меня своей славы?
— Я расскажу позже. Хотя вряд ли тебе понравится, что услышишь…
— Вот как?
— Да-а, -произнес Курин пугающе-шутливым голосом, — Ты и представить себе не можешь, что это за цветок! Это страшное растение!
— Наверное, это цветок-убийца?— подыграла ему девушка.
— Вот именно! -прошептал Алексей.
— С ним и в самом деле очень непросто, — добавил он уже обычным голосом, — к нему особый подход нужен. Не то, — Курин провел большим пальцем по горлу, — конец. Думаю, после выставки от него избавлюсь.
— Ты что, отдай его лучше мне!
— Не могу. Если б ты была мне безразлична, отдал бы. Поверь, тебе не нужен он.
— Да почему же? В чем дело?
— Просто верь мне. Может, и вправду, расскажу об этом позже. Впрочем, хватит о цветке. Посмотри, какая замечательная погода, почему бы нам не прогуляться, и, скажем, не посетить какое-нибудь кафе?
— Еще стоит подумать, идти ли куда с таким гадким парнишкой!
— Думай, но только поскорее. Как только я найду расческу, чтобы причесаться перед выходом свет, ты уже должна дать мне единственно правильный ответ.
Алексей вышел из комнаты, а Света отломила веточку гибискуса и спрятала ее под платьем. Курин скоро вернулся и ждал ответа. Девушка будто нехотя согласилась. Перед самым выходом Света, собранная, зашла в ванную, обернула ветку во влажные салфетки и спрятала растение в сумочке.
Прогулкой и походом в кафе молодые люди, впрочем, не ограничились. Были еще: поход в неожиданно нагрянувший в город цирк-шапито, катание на лодках, и под конец дня дискотека с модными приезжими ди-джеями.
Уставшие, но счастливые, вечером пришли они к Свете домой.
Перекусив бутербродами с чаем, и посидев минут десять в полной тишине, Курин поблагодарил подругу за еду, и стал прощаться.
— А разве ты не останешься?— удивилась девушка.
— А что, можно? То есть, у тебя есть здесь место для меня?
— У меня кровать большая, — подмигнула Светлана.
— А… ты одна живешь?
— Нет, конечно. С одним парнем.
— Ну правда.
— Не беспокойся, родителей еще несколько дней не будет дома. Дачный сезон, видишь ли.
— Я только одного боюсь, Светочка, — Курин провел рукой по голове приникшей к его груди девушки.
— Чего, дорогой?
— Лжи. Обещай, что никогда меня не обманешь.
— О чем ты говоришь…
— Ну обо всем, — перебил Курин, — Если вдруг что-то не нравится — во мне или вообще в наших отношениях, — не терпи, скажи, любую проблему можно решить, прежде чем она разрастется и сделает нас врагами. Даже если вдруг разлюбишь, не лги, не прячься, просто скажи мне об этом — поверь, обоим будет проще…
— Милый, ну что ты…
— Дослушай, пожалуйста, дорогая. И вообще никогда не обманывай, прошу тебя. Даже в мелочах, хорошо? Не делай ничего у меня за спиной. Ложь убьет нас обоих. Понимаешь?
Светлана на секунду задумалась. Нет, ничего страшного она не сделала.
— Пробку вытащили из нее?
— Вряд ли. Думаю, в морге посмотрели на железяку, да так в кишках и оставили. Кому нужна пробка?
— М-да…
— А раз по-старинке… Тогда вернусь. Потрачусь и непременно вернусь!
— А вы ничего не путаете?— уточнил у старушки участковый.
— Не-ет, товарищ милиционер, никак не путаю. Несколько раз к нему, ну, соседу моему, то есть, точно заходил. А теперь вот — в кустах нашли.
— Подозреваете соседа, значит?
— Его, его, миленький. А тот раз, — вроде бы вы и приходили, -как Витьку Баранова у него мертвого нашли, помните?
— Не помню.
— И еще раз видела его из окна — с большущим пакетом за спиной шел куда-то. Сумерки были, думал, небось, никто не заметит. Подозреваю, и там у него мог быть труп.
— Эй, эй, постойте. Хватит уже ваших ужасов. Вот назначат следователя, ему и расскажете.
— И вообще какой-то нелюдимый он. Раз соли зашла спросить. А он мне — нет соли. Да разве ж такое быть может, чтобы дома ни ложки соли не нашлось? Я понимаю там, картошки нет, или гречи…
— А что, разве соль может только у вас закончиться?
— Нет, ну чтобы у нас обоих в один день вдруг… Ведь знаете, это ж продукт такой, что всегда у всех должен быть. И все стараются купить новую пачку соли, прежде чем старая кончится…
Через несколько часов, когда ужасный бродяжий запах выветрился, Курин позвонил Светлане и пригласил к себе. Для верности брызнул в комнате освежителем воздуха и стал приводить себя в порядок.
— Классный-то какой! — воскликнула девушка, увидев цветок, — Он будто бы еще похорошел за тот день, что меня не было!
— Так и есть, — таинственно ответил Алексей.
— Что ты с ним сделал? Чем таким подкормил?
— Э-э! Так я и выложил свои секреты.
— Что, тебе жалко, да?— сложила губки бантиком Света.
— Конечно, жалко!— Курин обнял подругу и поцеловал, — Вот расскажу тебе все тайны — и перестану быть самым великим цветоводом.
— А что, тебе жалко для меня своей славы?
— Я расскажу позже. Хотя вряд ли тебе понравится, что услышишь…
— Вот как?
— Да-а, -произнес Курин пугающе-шутливым голосом, — Ты и представить себе не можешь, что это за цветок! Это страшное растение!
— Наверное, это цветок-убийца?— подыграла ему девушка.
— Вот именно! -прошептал Алексей.
— С ним и в самом деле очень непросто, — добавил он уже обычным голосом, — к нему особый подход нужен. Не то, — Курин провел большим пальцем по горлу, — конец. Думаю, после выставки от него избавлюсь.
— Ты что, отдай его лучше мне!
— Не могу. Если б ты была мне безразлична, отдал бы. Поверь, тебе не нужен он.
— Да почему же? В чем дело?
— Просто верь мне. Может, и вправду, расскажу об этом позже. Впрочем, хватит о цветке. Посмотри, какая замечательная погода, почему бы нам не прогуляться, и, скажем, не посетить какое-нибудь кафе?
— Еще стоит подумать, идти ли куда с таким гадким парнишкой!
— Думай, но только поскорее. Как только я найду расческу, чтобы причесаться перед выходом свет, ты уже должна дать мне единственно правильный ответ.
Алексей вышел из комнаты, а Света отломила веточку гибискуса и спрятала ее под платьем. Курин скоро вернулся и ждал ответа. Девушка будто нехотя согласилась. Перед самым выходом Света, собранная, зашла в ванную, обернула ветку во влажные салфетки и спрятала растение в сумочке.
Прогулкой и походом в кафе молодые люди, впрочем, не ограничились. Были еще: поход в неожиданно нагрянувший в город цирк-шапито, катание на лодках, и под конец дня дискотека с модными приезжими ди-джеями.
Уставшие, но счастливые, вечером пришли они к Свете домой.
Перекусив бутербродами с чаем, и посидев минут десять в полной тишине, Курин поблагодарил подругу за еду, и стал прощаться.
— А разве ты не останешься?— удивилась девушка.
— А что, можно? То есть, у тебя есть здесь место для меня?
— У меня кровать большая, — подмигнула Светлана.
— А… ты одна живешь?
— Нет, конечно. С одним парнем.
— Ну правда.
— Не беспокойся, родителей еще несколько дней не будет дома. Дачный сезон, видишь ли.
— Я только одного боюсь, Светочка, — Курин провел рукой по голове приникшей к его груди девушки.
— Чего, дорогой?
— Лжи. Обещай, что никогда меня не обманешь.
— О чем ты говоришь…
— Ну обо всем, — перебил Курин, — Если вдруг что-то не нравится — во мне или вообще в наших отношениях, — не терпи, скажи, любую проблему можно решить, прежде чем она разрастется и сделает нас врагами. Даже если вдруг разлюбишь, не лги, не прячься, просто скажи мне об этом — поверь, обоим будет проще…
— Милый, ну что ты…
— Дослушай, пожалуйста, дорогая. И вообще никогда не обманывай, прошу тебя. Даже в мелочах, хорошо? Не делай ничего у меня за спиной. Ложь убьет нас обоих. Понимаешь?
Светлана на секунду задумалась. Нет, ничего страшного она не сделала.
Страница 33 из 34
