Фандом: Ориджиналы. Меня пугает это название — Город надежды. Что это за город такой? Я чувствую, рай или ад — одно из двух. Третьего не дано…
198 мин, 43 сек 5110
Лежу на полу в душевой. В лицо хлещет вода, и её тепло напоминает о том, что я жив. Вода смывает с меня грязь; чувствую, как освобождаюсь. Избитый, оттраханный по полной программе. Меня остаётся только убить: выстрелить в голову или повесить — и никакие игры не нужны будут. Один из охранников обмолвился о том, что я буду участвовать. А ещё сказал, что вместе со мной будет отец Артёма.
Перед смертью мы должны будем устроить им незабываемое представление: либо он меня, либо я его, а потом — БАБАХ, и всё. Смешно.
Не понимаю почему, но слышу собственный смех. Лежу на холодной грязной плитке, где недавно топтались здоровенными ботинками три пидораса. Открываю рот, чувствую привкус хлорки и крови. Заебись сочетание.
Выплёвываю эту гадость. Приподнимаю голову и с усилиями поднимаюсь. Комбинезон разорван так, что надевать его нет смысла. Придётся в камеру возвращаться голым. Да и насрать. Я не стеснительный.
Иду по коридору. Свет выключен, но слышу чьи-то шаги. Они повсюду, эти кретины. Хотят добить, уверен. Продолжаю идти, держусь за стену. В животе ужасная боль, но терплю. Аспирин не поможет, так что к Рыжему идти нет смысла, да и камеры, наверно, уже закрыты.
Пихаю дверь ногой, и меня встречает яркий свет с поста охранников. Придурок светит мне в лицо фонарём.
— Ну как ты, Кирюш? — спрашивает мужик.
Прохожу мимо и отвешиваю поклон.
— Член у тебя маленький, а так всё отлично, мудак ты ёбаный, — отвечаю с улыбкой на лице.
«Откуда в тебе столько цинизма?» — спросил бы Тёмка. И что бы я ему ответил? Сейчас уже не знаю. Натуру не скрыть никак, характер уже не переделать. Меня скорее убьют, чем я начну ныть и плакаться в подушку. Но если этот гондон обидит друга, если Бес сделает что-то Тёме… Я убью его. Убью…
POV Артем
До посёлка добрались быстро. Проехали по внутренней дороге вдоль леса к самому последнему дому и остановились. У ворот нас уже встречал какой-то мужик. Ощущение было такое, будто я его где-то уже видел. Бес вышел из машины, выволок меня за собой. Я, спотыкаясь, подошёл вместе с ним к хозяину дома.
— Ну, привет, — недовольно проворчал мужик. — Не думал, что ты ко мне домой когда-нибудь одну из своих девок притащишь.
— Я не девка, — осторожно пропищал в ответ. Никогда не думал, что мой голос может быть таким противным и жалким.
— Это парень, — поправил мужика Бес. — И ему нужна медицинская помощь. Или ты откажешь брату?
… …
Хозяин дома оказался тем самым врачом, про которого говорил Бес. Он же был и братом Кости, хоть их отношения трудно было назвать братскими. Мало того — они даже не были друзьями. Это я понял по взглядам, которые кидал Костя на брата, по выражению лица того мужчины, когда Костя рассказывал, в чём заключается суть нашего приезда.
Один охранник остался в машине, а меня, Костю и Марка провели в дом. Прихожей не было — только узкий коридор, который вел в разные комнаты, и лестница вдоль стены на второй этаж. Изнутри дом был отделан деревом, кое-где висели небольшие картинки, нарисованные ребенком.
Мы поднялись на второй этаж и прошли в одну из комнат, которую для нас выделил хозяин.
— Две кровати, спите, как хотите, — сказал мужик. Его имени я так и не услышал. — Ванна там, полотенца здесь.
Он перевел взгляд на меня, сочувствующе оглядел с ног до головы. Затем вышел из комнаты, но через пару мгновений вернулся с тюбиком какой-то мази или крема.
— Держи, — он протянул тюбик мне. — Мазаться три раза на ночь через каждые полчаса. К утру всё будет в порядке.
— Ты уверен? — спросил Костя. — Он там…
— Всё будет в порядке, — прошипел на Беса брат. — Аккуратнее надо быть с людьми!
… …
Уж не знаю, что это за волшебное средство такое, но как только я намазался, весь зад будто воспламенился. Я даже заорал, и на мои крики в уборную ворвался Костя. Взгляд у него был такой обеспокоенный, я даже мысленно поблагодарил его за это.
— Что такое? — спросил он и подошел ко мне.
— Горит всё, это пиздец! — зашипел я.
Лучше бы я не мазался ничем! Лучше уж терпеть привычную боль, чем такую! Но Костя был настроен решительно. Он сказал, что его брат — специалист, и что нужно следовать всем указаниям. Поэтому через полчаса и еще через час меня ожидали страшные пытки.
… …
Прошло полтора часа. Боль прошла, анус не щиплет, что даже непривычно. Лежу в кровати, один, и понимаю, что совсем не хочу спать. Костя, видимо, внизу, пьёт вместе с братом. Я слышу их громкие голоса и веселый смех.
Марк сидит напротив меня в кресле, ковыряется в телефоне, иногда на его лице проскальзывает слабая улыбка. Оставили его со мной, чтобы я, очевидно, не убежал. На окнах решеток нет, двери на ключ не запираются — делай, что хочешь. Но Марк не даст.
— Ты чего не спишь ещё, а? — вдруг спрашивает он у меня. — Ну-ка быстро глаза закрыл и уснул, понял?
— Понял.
Перед смертью мы должны будем устроить им незабываемое представление: либо он меня, либо я его, а потом — БАБАХ, и всё. Смешно.
Не понимаю почему, но слышу собственный смех. Лежу на холодной грязной плитке, где недавно топтались здоровенными ботинками три пидораса. Открываю рот, чувствую привкус хлорки и крови. Заебись сочетание.
Выплёвываю эту гадость. Приподнимаю голову и с усилиями поднимаюсь. Комбинезон разорван так, что надевать его нет смысла. Придётся в камеру возвращаться голым. Да и насрать. Я не стеснительный.
Иду по коридору. Свет выключен, но слышу чьи-то шаги. Они повсюду, эти кретины. Хотят добить, уверен. Продолжаю идти, держусь за стену. В животе ужасная боль, но терплю. Аспирин не поможет, так что к Рыжему идти нет смысла, да и камеры, наверно, уже закрыты.
Пихаю дверь ногой, и меня встречает яркий свет с поста охранников. Придурок светит мне в лицо фонарём.
— Ну как ты, Кирюш? — спрашивает мужик.
Прохожу мимо и отвешиваю поклон.
— Член у тебя маленький, а так всё отлично, мудак ты ёбаный, — отвечаю с улыбкой на лице.
«Откуда в тебе столько цинизма?» — спросил бы Тёмка. И что бы я ему ответил? Сейчас уже не знаю. Натуру не скрыть никак, характер уже не переделать. Меня скорее убьют, чем я начну ныть и плакаться в подушку. Но если этот гондон обидит друга, если Бес сделает что-то Тёме… Я убью его. Убью…
POV Артем
До посёлка добрались быстро. Проехали по внутренней дороге вдоль леса к самому последнему дому и остановились. У ворот нас уже встречал какой-то мужик. Ощущение было такое, будто я его где-то уже видел. Бес вышел из машины, выволок меня за собой. Я, спотыкаясь, подошёл вместе с ним к хозяину дома.
— Ну, привет, — недовольно проворчал мужик. — Не думал, что ты ко мне домой когда-нибудь одну из своих девок притащишь.
— Я не девка, — осторожно пропищал в ответ. Никогда не думал, что мой голос может быть таким противным и жалким.
— Это парень, — поправил мужика Бес. — И ему нужна медицинская помощь. Или ты откажешь брату?
… …
Хозяин дома оказался тем самым врачом, про которого говорил Бес. Он же был и братом Кости, хоть их отношения трудно было назвать братскими. Мало того — они даже не были друзьями. Это я понял по взглядам, которые кидал Костя на брата, по выражению лица того мужчины, когда Костя рассказывал, в чём заключается суть нашего приезда.
Один охранник остался в машине, а меня, Костю и Марка провели в дом. Прихожей не было — только узкий коридор, который вел в разные комнаты, и лестница вдоль стены на второй этаж. Изнутри дом был отделан деревом, кое-где висели небольшие картинки, нарисованные ребенком.
Мы поднялись на второй этаж и прошли в одну из комнат, которую для нас выделил хозяин.
— Две кровати, спите, как хотите, — сказал мужик. Его имени я так и не услышал. — Ванна там, полотенца здесь.
Он перевел взгляд на меня, сочувствующе оглядел с ног до головы. Затем вышел из комнаты, но через пару мгновений вернулся с тюбиком какой-то мази или крема.
— Держи, — он протянул тюбик мне. — Мазаться три раза на ночь через каждые полчаса. К утру всё будет в порядке.
— Ты уверен? — спросил Костя. — Он там…
— Всё будет в порядке, — прошипел на Беса брат. — Аккуратнее надо быть с людьми!
… …
Уж не знаю, что это за волшебное средство такое, но как только я намазался, весь зад будто воспламенился. Я даже заорал, и на мои крики в уборную ворвался Костя. Взгляд у него был такой обеспокоенный, я даже мысленно поблагодарил его за это.
— Что такое? — спросил он и подошел ко мне.
— Горит всё, это пиздец! — зашипел я.
Лучше бы я не мазался ничем! Лучше уж терпеть привычную боль, чем такую! Но Костя был настроен решительно. Он сказал, что его брат — специалист, и что нужно следовать всем указаниям. Поэтому через полчаса и еще через час меня ожидали страшные пытки.
… …
Прошло полтора часа. Боль прошла, анус не щиплет, что даже непривычно. Лежу в кровати, один, и понимаю, что совсем не хочу спать. Костя, видимо, внизу, пьёт вместе с братом. Я слышу их громкие голоса и веселый смех.
Марк сидит напротив меня в кресле, ковыряется в телефоне, иногда на его лице проскальзывает слабая улыбка. Оставили его со мной, чтобы я, очевидно, не убежал. На окнах решеток нет, двери на ключ не запираются — делай, что хочешь. Но Марк не даст.
— Ты чего не спишь ещё, а? — вдруг спрашивает он у меня. — Ну-ка быстро глаза закрыл и уснул, понял?
— Понял.
Страница 32 из 51
