Фандом: Ориджиналы. Нет больше надежды, — говорит Кирилл. Да есть она, есть… Сломанная, нами уничтоженная. Мы воскресим её, создадим, слепим из пластилина. Она живет в нас, надежда эта, и умирает, как говорят, последней. Я уже дышать не буду, а буду надеяться, что задышу…
— Дай мне день, и я узнаю всё, совершенно всё, что происходит в твоей жизни, в жизни Кирилла. Даже можешь не рассказывать, — он кладет мою руку на стол и, накрыв своей большой ладонью, продолжает. — Поэтому убедительно советую согласиться на моё предложение, как только я его озвучу.
— Даже не мечтай! — отдергиваю руку и, допивая остатки алкоголя, поднимаюсь из-за стола. — Пошел в задницу! Я не продаюсь!
— У каждого своя цена. Просто назови свою, и я…
— Пошел в пизду!
Далеко уйти не успеваю: за углом ресторана меня поджидает Марк. Стоит у машины, руки на груди сложил и улыбается насмешливо. Меняю курс на противоположный — там Костя из ресторана выходит. Руки в карманы пиджака сунул и идет ко мне неспешно так, словно прогуливается. Типа я не денусь никуда.
Бегу к дороге и быстро пересекаю шоссе по пешеходному переходу. Ускоряя шаг, иду в сторону дворов. До борделя отсюда минут тридцать пешком, но я не дойду — мне попросту не дадут. Вызвать такси? Позвонить Кире?
— Артём! — орет он в трубку. — Где ты?
— Заберешь меня?
— Адрес говори!
До приезда Кирилла прячусь в подъезде, проскочив в него вместе с одним из жильцов, а когда вижу знакомую машину, сразу выхожу. Кирилл бледный, потерянный, хлопает дверью и буквально подхватывает меня на руки.
— Ну где ты был? Я чуть со страху не умер, блядь, Тём! Это пиздец какой-то! — прижимает к себе, целует в висок. — С тобой всё нормально?
— Всё хорошо.
Рассказать о том, что виделся с Бесом, и о предложении, которое мне поступило, не решаюсь. Наверно, Киря так же не решился рассказать о том, что денег на операцию моей матери не хватит.
— Пахнет алкоголем, — говорит тихо. — Ты пил?
— А ты нюхал?
— Ну перестань, — он улыбается виновато. — Больше не буду, ладно? Не буду. Ничего больше этого не будет, всё лишь как ты захочешь.
Наврал Кире с три короба, сказав, что гулял в парке, а потом зашел в бар выпить. Только ни к чему всё это было — раскусил он меня быстро, причем совершенно случайно — когда полез обниматься…
Оба понимаем, что надо поговорить, обсудить сложившуюся ситуацию, но эмоции берут верх. Киря в своей неутомимости набрасывается на меня, как голодный зверь, а я пытаюсь отбиваться: кусаю в ответ до боли, до крови. Во взгляде Кири мелькает удивление, но это не останавливает ни его, ни меня. На кровать садится и, притягивая меня к себе, хватает за ягодицы. Живот целует, задрав футболку, языком ласкает влажную кожу. За джинсы цепляется и пытается стащить их с ног, не расстегивая, чуть не отрывая задние карманы.
И тут раздается тихий шелест. Он едва слышен, но в тишине комнаты звучит, как пушечный залп. Аккуратно просовывая руку в карман, достает блестящую, сиреневую визитку. Я даже Кирину руку схватить не успеваю, а он уже читает:
— Бес Константин Владимирович, специалист по устранению… ёбаных проблем. Ну, и как прогулялись в парке? — голос сразу повышает, а через секунду уже вовсю орёт. — Трахался с ним? Сколько он предложил тебе? Отвечай!
Визитка летит на пол, и Киря хватает меня за футболку, тут же раздирая тонкую ткань.
— Давай, отвечай! — хватая рваные концы, тянет меня к кровати и заставляет лечь. — Давай, Артём. Говори, что ты заткнулся?! Зареви, блядь, еще!
— Я не трахался с ним! Я убежал от него!
— Убежал от него! — передразнивает Киря, звучит до жути обидно.
— Да! Я съебался от него! Что ты еще хочешь узнать? Что он предложил мне?! Денег предложил! Сказал, что выяснит всю ситуацию, а потом купит меня! Ведь у каждого своя цена, правда, Кирь?!
— Сука, — шепчет он, не веря своим ушам, и наваливается на меня, вдавливая в кровать. — Ну ты и сука…
— Сам сука! Сам ты… сука! Ненавижу тебя! Всех вас ненавижу!
— Да что ты? — говорит еще тише, вытягивая мои руки над головой.
— Отпусти меня немедленно! Я не позволю изнасиловать себя в очередной раз!
— А я тебя насиловать и не буду, просто трахну так, как тебе, кажется, хочется! — он проводит языком по щеке и спускается к шее. — Ты же скучал по такому траху, правда? По дикой, бесконечной ебле, Тём. Скучал? Ну вот и доскучался!
— Сволочь! — выдыхаю еле-еле, Кирилл своим телом перекрывает мне кислород. Но это не так, как с Бесом. Возбуждающе — да, но не страшно.
— Хочешь Беса, получишь Беса в своей постели! — приподнимается и, хватая меня за горло, другой рукой расстёгивает ширинку на джинсах — на своих и моих. Копается пару минут и в итоге сдергивает с меня штаны. — Так тебя выебу сейчас, блядину такую…