Город Теней

Я задавал вопросы, наводящие и открытые, а Тёма отвечал на них, возможно, чувствуя себя, как на допросе. Но я не мог остановиться, сердце колотилось, язык ворочался сам по себе. Даже будучи пьяным, я имел совершенно трезвую голову и понимал, что хочу знать. Я слушал, слушал его, а потом, вспомнив причину, по которой явился сюда, поднялся с травы…

Две недели хожу пешком: за руль садиться пьяным не рискую. Означает ли это, что в моей голове осталась хоть капля мозгов?

До своего района добираюсь быстро, приветствую хмурым взглядом серые дома и бюджетный универмаг. У меня два дня, и за это время я должен постараться не сдохнуть хотя бы от голода. Дверь открываю, она скрипит, и через секунду оказываюсь в душном помещении магазина. Иду вдоль прилавков, холодильников, полок и понимаю: не хочу даже думать о том, что происходит. Может, поэтому мне так легко? Потому и скандалов Артёму я не устраиваю. А ведь мог бы, да. Мог бы сцену закатить, обвинить в предательстве, но смею ли?

Холодильник открываю, достаю две пачки пельменей и замороженных овощей, затем иду в алкогольный отдел. С полки снимаю две бутылки водки, четыре банки пива и бутыль кваса. Какой я предусмотрительный: буду жрать, а потом похмеляться.

Кассиры меня уже знают, я ведь каждый день захожу. Один из них улыбается приветливо и глаза опускает: мы трахались, кажется, пару дней назад. Пьяный секс без поцелуев — я не смогу забыть его, но я специально пошел на это. Дурак я, но, если так подумать: что может прекратить страдания? Другие страдания или их перебор. По собственной воле падаю в пропасть и надеюсь, что там, на дне, будет хотя бы не очень холодно. Ежусь, пока парень пробивает продукты, улыбаюсь ему, когда он говорит о том, что было бы неплохо повторить.

— Давай, чё нет-то?! — отвечаю. — Скоро я уже не смогу, — хмыкаю, потому что ответ мой звучит двусмысленно и унизительно для меня самого. Артёмка же вернется, и я, как верная сука, стараясь забыть всё, буду трахать только его. — Да, приходи сегодня часам к девяти, не позднее.

С самого прихода волосатого, как обезьяна, кассира всё идёт как-то не так. Память на имена у меня всё же никудышная, да и имя-то парня сразу так не выговоришь. Узкая задница — и на этом спасибо. Ширинку ему расстегиваю, а он жмется ко мне, мешает только, а потом говорит:

— Кирюш, а можно я тебя трахну сегодня?

Бью локтем ему в лицо, не раздумывая. Он падает на задницу: удар получился не сильным, но парень просто не ожидал. Я и сам не ожидал. Зачем я так сразу, можно же было просто сказать «нет».

— Ну какого хуя? — спрашивает он, а в глазах — ни обиды, ни злости. Он удивлен, наверно, как я сам.

Губа у него разбита, кровь идет. Иду в кухню за аптечкой. Дверцы шкафа открываю, достаю аптечку и натыкаюсь взглядом на дуло пистолета, спрятанного между пакетами с сахаром. Застрелиться?

— Чего так долго? Я тебе весь ковер перепачкаю, — слышу голос позади и, повернувшись, ставлю аптечку на стол.

— Сам ищи, что тебе нужно.

Сигареты со стола беру, зажигалку и через пару секунд уже курю. Сколько я курю, почему-то вспомнить не могу. Никотин бьёт в голову, и сознание заплывает мерзким налетом. Как обычно — под спиртным и сигаретами.

— Тебе лучше уйти, — говорю парню.

— Да я уже понял.

В голове всплывает лицо парня, бывшего соседа, который пытался прочистить мне мозги и устроиться рядом в роли жилетки. Надеюсь, этот не будет мне нотации читать.

— Извини, — говорю и смотрю на него. — Я не хотел, но! — повышаю голос. — Никому, сука, себя трахнуть не позволю, ты понял? Ни одному сраному гондону, и тебе в том числе.

Приходит в голову мысль: а что, если бы Тёма попросил? Сказал бы: «Киря, я так хочу тебя тра-а-ахнуть, прошу тебя…» Да это смешно… Начинаю ржать, как ненормальный. Пепел с сигареты летит на пол. Стою, на столешницу рукой уперся и смеюсь в голос. Кассир косится на меня странно, как обычно косится на жирных мужиков у кассы, пытающихся с ним познакомиться.

— Пойду я, — говорит он и сваливает с кухни. Через пару минут входная дверь закрывается с внешней стороны, а я сижу на табурете и думаю: что делать дальше?

Артём сказал, что он вернется, но вернется ли, и как на его возвращение отреагирую я? Блядь, я ведь даже подумать не успел, не смог еще осознать, что Тёмка там, в отеле, отдыхает, развлекается за счет Беса ради здоровья своей мамы. Стоило бы это назвать по-другому — отработка, например. Но звучать будет слишком больно для самого Артёма. С другой стороны — он вполне себе кайфует, раздвигая ноги перед Костей. Перед этой тварью. Что Тёмка нашел в нём? Бес — ни что иное, как психологическая травма, одна большая негативная мысль, которую необходимо выкинуть из головы. Просто избавиться от него, вычеркнув из жизни, но захочет ли этого Тёма? Вдруг, вернувшись ко мне, он будет думать о Косте, скучать и представлять его в постели вместо меня?