Гоша

Король пристроился на краешке старого бревна, покрытого мхом почти полностью, и страдал. Его Величество походил на многократно жеваный помидор, потел на солнышке, вытирал обильно струящийся по багровому лицу пот, но не уходил. Владыка Королевства спрятался и надеялся, что сможет пересидеть неприятности еще хотя бы часик-другой. Но его мечтам не довелось сбыться.

Кусты зашуршали и на крохотную полянку рядом со стеной выбрались Семеныч с Гошей. Уткнувшись в замершего короля гоблин хрюкнул и от неожиданности выдал:

— Вот же!… Пропали посиделки, сливай балласт. И зачем только бражку тащили?!

— Тихо ты, — отвесил животворящий подзатыльник подчиненному сантехник и участливо поинтересовался у монарха: — Что, замордовали в связи с праздником?

Король лишь вздохнул.

— Понимаю… У меня как такое случается, так хоть вой. Не поверишь, Наше Величество, пару раз даже сбегал. Потому что каждая зараза норовит в гости заглянуть, отметиться, о себе напомнить. Чтобы потом скидочку просить или еще чем мозги нагружать. И ведь любого гостя: встреть, налей, здравницу выслушай, потом проводи… А жена с тещей в рюмку только воду льют, чтобы к вечеру как стеклышко. Ведь еще и семейный ужин. И если лыка не вяжешь — то ты свой день рождения им беспардонно испортил!

— Вот! Именно! — зашевелился венценосец. — День вроде как мой, а настроение порчу якобы им… Вот как такое может быть?

Быстро сориентировавшийся в новых обстоятельствах Гоша уже расстелил рядом с бревнышком кусок парусины, выложил из безразмерного рюкзака сало, копчености и хрустящие огурчики, разлил по первой и поднял свою кружку:

— За ваше здоровье, Наше все того самое! В самом деле, завтра у вас тяжелый день, но подготовиться надо как следует.

— По жаре? Да меня развезет через пять минут, — загрустил король, но Семеныч лишь фыркнул:

— Мы что, совсем по темечку ударенные? Сейчас тенек будет и прохлада. Зря мы, что ли, еще одну баклажку ребятам забросили наверх?

Подойдя к стене, сантехник несколько раз хорошенько пнул кладку. Сверху свесилась довольная солдатская рожа, откозыряла и исчезла за зубцами. Через минуту на край взгромоздился сонный дракон, покрутил головой, потоптался и распахнул крылья. Пристроившись в позе гадящего орла, рептилия снова задремала, но крылья оставила как солнечный зонтик. И на полянке сразу стало куда как лучше.

— Похоже, у вас тут уже давно все отработано, — позавидовал король.

— Увы, проблема со стационарными точками, — пробурчал Гоша, закончив разливать по второй. — Как место выберешь, так через неделю-другую родственнички босса все равно находят. Я уже к себе в подвалы и не зову, они там почти как у себя дома. Где-то закрутки пристроили, где-то с гномами сторговались и бородатые им склад смастерили. Ну и только чуть накапаешь — как с нравоучениями за спиной возникнут. Типа, это я старшего спаиваю, ага… А всего лишь перенимаю опыт. Во!

— За опыт! — согласился монарх, постепенно меняя цвет лица с ярко-красного на более жизненный. — И чтобы знания поколений не потерялись в процессе!

— Вздрогнем! — согласился Семеныч.

Через час беседа вообще стала задушевной. Иногда вся троица вещала одновременно, не обращая внимание на то, внимают ли выступающему с очередной речью.

— И ведь с самого утра в очередь встают, заразы! И не пошлешь никого! Сразу посчитают, что в опалу попали. А я всего лишь поспать хочу, отдохнуть от дел государственных!… И кабачки не знаю, куда уж девать. А жена перемудрила с оплатой, вот орки и шарашат второй месяц без перерыва. Копают, боронят, кустики обихаживают. И так фей запугали, что те над каждым ростком трясутся, вот и растет не переставая… И ведь вроде в стык все собрал, все как положено! А оно ка-а-а-ак рванет! Господин Инквизитор даже на вопли прибежал, думал, я опять специально его гвардейцев смыл…

Убедившись, что в бутылке ничего уже не осталось, Семеныч засобирался:

— Ладно, пора уже. А то ведь в самом деле домашние нагрянут. Всю Крепость перетряхнут, но не успокоятся…

— Вы тогда идите, а я еще посижу, — помахал потной ладошкой король. — Пусть пока без меня попрыгают сановники. Достали.

— Слушай, Величество, а ты завтра пошли их все. В самом деле — это же твой день. Вот и возьми отгул. Настоящий.

— Не поймут, — закручинился повелитель судеб. — Не принято это. Исторически сложилось…

— Объяви как новинку. Подарки пусть тащат, хором поют долгие лета и прочее под присмотром церемонимейстера. Вечером он пусть список предоставит и галки расставит, кто не старался. А сам — отдыхать. На денек. В узком кругу. Совсем узком.

Король задумался.

— А если…

— Главное, инквизиторшейство с собой взять, вот он точно не поймет такую засаду. Но с ним — можно не бояться, что кто-то вякнет против. Корзинку с провизией, сапоги болотные. И на плес, там клевало отлично. Или к братьям-колдунам, те буквально на днях обещали мясо замариновать. Ты им еще индульгенцию подписал за то, что всякую нечисть в северных пещерах приструнили. Думаю, они рады будут посидеть теплой компанией.