Гоша

— Вы слышали? Не только пристрой, а весь подвал переделать! По тройной ставке! Новую сокровищницу оформить, гранит, драгоценная отделка! Как сами посоветуете! И половина оплаты вперед!… Да, ванную с горячей водой и стульчак с подогревом эти обалдуи поставят вам в гостиницу уже сегодня к вечеру!…

Стульчак с подогревом поставили уже через два часа, в авральном порядке. А закончив ремонт команда гномов осталась на постоянное проживание. Народу все больше, строительство не прекращается ни на день. Работы — не переделать. А кроме того, раз их даже драконы сожрать не могут, то пусть здесь и живут, под рукой. Мало ли, вдруг опять за зубастыми вовремя не присмотрят.

А с бородатыми Семеныч все же помирился. Правда, кабак после этого пришлось отстраивать заново. Благо, мастера были уже на месте.

9. No woman

Семеныч стоял у покосившегося придорожного столба и размеренно бился в него головой приговаривая при этом:

— За что мне, за что мне все это?! Я же сан-тех-ник! Мое дело палкой в сортире ковыряться! Трубы стыковать! Дерьмо из точки А в точку Б переправлять! Ну почему как с тобой связался, так и…

Рядом на дороге стояла огромная телега, в которой тяжело стонала безразмерная орчиха, закутанная в грязные тряпки. Сидевший рядом Гоша осторожно поглаживал ее по руке и изредка крайне неодобрительно посматривал на руководство.

Дело в том, что бодрая сантехническая компания удачно решила несколько королевских проблем в Крепости и получила разрешение на шабашку. Которую и закончила в часе езды от любимого дома. По результатом которой один местный барон обзавелся отремонтированной канализацией, а бравые шабашники тяжелым мешком с золотом. На обратном пути их подхватил торговый караван, который не спеша тащился по старой разбитой дороге. И надо же было, чтобы посреди дороги дородной орчихе приспичило рожать.

Вы когда-нибудь видели женщину в ярости, с перекошенным от боли и страданий лицом? Которой весь этот сброд из купцов, охранников и прибивших попутчиков не может и не знает как помочь? А теперь представьте, что эта дама под две сотни кило весом, с клыками и желанием кого-нибудь прибить, лишь бы все быстрее закончилось. Через пять минут рядом с телегой остались лишь Семеныч, как самый тугодумный, да Гоша, как самый сострадательный.

— Еще идеи будут? — спросил гоблин, разглядывая застрявшего младенца. Попытка выковырять бедолагу фомкой не увенчалась успехом. Теперь на белый свет смотрела лишь удивленная крохотная голова и высунувшиеся наружу ручки, вцепившиеся в перекрученную в узел железку.

— Идеи? Какие еще идеи, бракодел ты ушастый! Это же ты предложил доктора не дожидаться! Помощь предложил оказать!

— Ну, лекарь по возвращению в запой ушел. Пока его еще растолкают. А так…

— Ты бы все же не сравнивал ваших степных троллей и орков. Да и сам говорил, что про этот метод тебе пьяный шаман рассказывал.

Гоша вздохнул:

— А какая разница? Шаман — пьяный. Лекарь — пьяный. И мы тут как два…

Семеныч перестал тиранить столб и со слабой надеждой спросил:

— Еще чего-нибудь из медицины знаешь?

— Разумеется! — Гоблин привстал на телеге и продекламировал: — No woman vagina non rubras legionas!

Посмотрев на выпученные глаза сантехника потупился и нехотя объяснил:

— Медикус у нас вождя лечил. Потом большой пир был, вот он и вещал. Я только это запомнил. Что-то про армию, но шибко пафосное… Все, больше про медицину не знаю.

— Армию?… — Семеныч неожиданно приложил ладонь ко лбу и прищурился. — А не любимая ли гвардия Инквизитора там пылит, кстати?

Через десять минут злой как черт начальник коммунально-спасательной службы уже отдавал приказы. Один конец крепкого каната был привязан к перекрученной железяке, которую так и не выпустил маленький орк. В другой конец вцепилась вся богатырская полусотня в уляпанных за время похода когда-то белоснежных плащах.

— На счет три! — проорал Гоша, не упустивший шанс возглавить главное действо. — Раз! Два!…

На следующее утро Семеныча подняли еще на рассвете. Молчаливая стража вывела сонного сантехника под белые руки и бодрой рысью приволокла на стену, где уже столпилось все руководство Крепости, начиная с короля и заканчивая Его Святейшеством.

— Чего там? — попытался продрать глаза засоня.

— Орда там, умник. Тысяч пять орков, если не больше. У нас драконы такую толпу разогнать не смогут.

— Орки? А чего хотят?

— Тебя хотят… Знаешь, мне проще без сантехника остаться, чем с ордой меряться, — грустно ответил король, вспоминая про недоделанный бассейн в новом пристрое и потекший вечером кран у супруги в ванной. — Мы твоего зеленого заслали, чтобы он узнал причину набега. Может, что и разнюхает.

Через полчаса к воротам на кривоногом ослике вернулся Гоша. Задрав голову, он посмотрел на мрачные лица, торчавшие над стеной, затем ухмыльнулся и проорал: