Фандом: Сверхъестественное. Габриэль и Сэм. Ангел, которому давно чужды небеса и демон, который вполне доволен своей жизнью. Когда Сэм решил соблазнить ангела во что бы то ни стало, он и не подозревал, во что это в итоге выльется.
169 мин, 24 сек 23044
— Так, потом будешь сюсюкать с ним, — не дал Габриэль завести Касу посторонние разговоры. — Слушай внимательно. Дин и Сэм знают, что они сосуды архангелов. Но они не хотят помогать Люциферу. Так что только сделай шаг в сторону Сэма — и я убью тебя на месте, поверь. Вместо осуществления своих кровожадных планов лучше помоги мне придумать, как нам выпутаться из апокалипсиса. На нашей стороне теперь два влиятельных демона, может, что-нибудь да получится.
Он замолчал. Габриэль не видел лица Каса, но почувствовал, как тот напрягся в его руках. Гейб добавил уже мягче, инстинктивно, как много лет назад, на секунду прижимаясь губами к волосам брата:
— Кас, ты не прав. Еще не поздно мне все исправить. Пожалуйста, поверь.
Кастиэль подал голос:
— Отпусти меня.
— Не улетишь, не сдашь нас, не попытаешься навредить этим двоим?
— Да, я обещаю, Гейб.
— Отлично, — Гейб перестал удерживать Каса, и тот плавно встал с кровати, одергивая изрядно помятый плащ. Его взгляд не отрывался от Дина.
— Мы можем поговорить?
— Даже не подходи ко мне близко, — отрезал Дин. — Мне плевать на связь… и на все, что ты там мне наговорил. В одной лодке? Ладно, если у нас одна цель. Не больше, пернатый.
— Как скажешь, Дин.
— А теперь мы не могли бы вернуться к апокалипсису? — прервал их Сэм. — Есть идеи? Я думал просто сбежать от Азазеля и остальных. Но, во-первых, они будут нас искать.
— И во-вторых, на вас свет клином не сошелся, — подхватил Габриэль. — Люцифер может найти другой сосуд. Даже если я попробую уничтожить тело Адама, апокалипсис это не остановит.
— Идеально было бы вообще не выпускать Люцифера из клетки, — вставил Дин. — По-моему, проблему надо душить в зародыше.
Сэм покачал головой.
— Почти все печати сорваны. При мне вчера сорвали пятьдесят девятую.
— Значит, у нас есть еще около трех с половиной недель, — быстро подсчитал Габриэль.
— Откуда такая точность? — поднял брови Сэм.
— Ангелы сдают вам в среднем по две печати в неделю, — выдал довольно секретную информацию Габриэль. — Вы же не думали, что оно само у вас получается так удачно и по расписанию?
Сэм оскорбленно нахохлился, но, прикинув даты своих побед…
— Ничего себе. Как я этого не замечал?
— Когда приказывают, незачем думать, — указал ему Гейб.
— Я подозревал это, — Кас подал голос. — Хотя ты, Гейб, и не говорил этого прямо.
— Уж извини. Я только недавно решил окончательно положить на все наши правила, знаешь ли.
— Понимаю. И какие тогда будут предложения?
Кас посмотрел на Дина, Дин на Сэма, Сэм на Габриэля, а Габриэль развел руками.
— Могу попробовать разговорить братьев… Возможно, какая-то неизвестная информация про апокалипсис и всплывет. Я… не очень вникал во все, когда Люцифера сбросили на Землю.
— Ты просто был слишком занят, оплакивая его.
Габриэль просверлил Каса взглядом. Но тот, как всегда, был невозмутим. Порой Гейбу казалось, что он понимает человеческие разговоры лучше, чем демонстрирует.
— Неважно, чем я был занят, — надавил он, — но это все, что я могу предложить. А вы?
— Руби, — сказал Сэм.
— Да ла-а-адно, — протянул Дин, — ты от нее бегаешь, как от чумы.
Сэм закатил глаза.
— Демоница, — пояснил он для ангелов. — Странная. Имеет слишком много свободного времени для низшего демона, но явно этого не демонстрирует. Следит за мной, кажется. На мой взгляд, может что-то знать. Я попробую расколоть ее. Не получится — тогда попробуем мы с Дином, но уже по-другому. Согласен? — развернулся он к Дину.
— Надо будет быть осторожными. Никто не должен узнать, что это мы ее запытали, — заметил Дин. — Но да, я согласен.
Габриэль на секунду прикрыл глаза, отгоняя ревность. Это глупо.
— Хорошо, значит, пока так. Кас?
— Мне пока что нечего предложить, — сказал Кас.
— Тогда у меня просьба к тебе. Кто-то предал ангелов. Захария или Уриэль. Кто-то из них. Или оба. Они прилетели за Сэмом и Дином, они сказали, что видели их прах. Я надеюсь, ты разберешься. Не нужно сразу раскрывать предателя, оставь это мне. Возможно, я смогу использовать эту информацию в наших интересах.
— Я узнаю, Гейб, — Кас нахмурился. — Я давно мечтал узнать, на чьей совести смерть Винчестеров.
— Вот и отлично.
Надо бы поговорить с Кастиэлем наедине, подумал Гейб. Ему наверняка тяжело. Но сейчас он не мог. Ему до чертиков хотелось остаться наконец с Сэмом, закрыв серьезные разговоры. Габриэль просто-напросто устал.
— Тогда предлагаю закончить. Когда будут идеи, соберемся еще раз. Черт, выглядит как какое-то партизанское движение.
— Это оно и есть, — педантично отметил Кас. — Причем дважды. В случае чего мы окажемся между двух сторон, каждая из которых будет на нас зла.
— Между молотом и наковальней.
Все повернули к Дину голову, и тот, слегка растерявшись, повторил:
— Говорят — оказаться между молотом и наковальней. Метафора, пернатый.
— Габриэль, мы окажемся между молотом и наковальней, если у нас получится оставить апокалипсис, — послушно повторил свою мысль Кастиэль.
— Боже, я тебя понял с первого раза, — Габриэль встал. — Поговорим завтра, ладно?
Он замолчал. Габриэль не видел лица Каса, но почувствовал, как тот напрягся в его руках. Гейб добавил уже мягче, инстинктивно, как много лет назад, на секунду прижимаясь губами к волосам брата:
— Кас, ты не прав. Еще не поздно мне все исправить. Пожалуйста, поверь.
Кастиэль подал голос:
— Отпусти меня.
— Не улетишь, не сдашь нас, не попытаешься навредить этим двоим?
— Да, я обещаю, Гейб.
— Отлично, — Гейб перестал удерживать Каса, и тот плавно встал с кровати, одергивая изрядно помятый плащ. Его взгляд не отрывался от Дина.
— Мы можем поговорить?
— Даже не подходи ко мне близко, — отрезал Дин. — Мне плевать на связь… и на все, что ты там мне наговорил. В одной лодке? Ладно, если у нас одна цель. Не больше, пернатый.
— Как скажешь, Дин.
— А теперь мы не могли бы вернуться к апокалипсису? — прервал их Сэм. — Есть идеи? Я думал просто сбежать от Азазеля и остальных. Но, во-первых, они будут нас искать.
— И во-вторых, на вас свет клином не сошелся, — подхватил Габриэль. — Люцифер может найти другой сосуд. Даже если я попробую уничтожить тело Адама, апокалипсис это не остановит.
— Идеально было бы вообще не выпускать Люцифера из клетки, — вставил Дин. — По-моему, проблему надо душить в зародыше.
Сэм покачал головой.
— Почти все печати сорваны. При мне вчера сорвали пятьдесят девятую.
— Значит, у нас есть еще около трех с половиной недель, — быстро подсчитал Габриэль.
— Откуда такая точность? — поднял брови Сэм.
— Ангелы сдают вам в среднем по две печати в неделю, — выдал довольно секретную информацию Габриэль. — Вы же не думали, что оно само у вас получается так удачно и по расписанию?
Сэм оскорбленно нахохлился, но, прикинув даты своих побед…
— Ничего себе. Как я этого не замечал?
— Когда приказывают, незачем думать, — указал ему Гейб.
— Я подозревал это, — Кас подал голос. — Хотя ты, Гейб, и не говорил этого прямо.
— Уж извини. Я только недавно решил окончательно положить на все наши правила, знаешь ли.
— Понимаю. И какие тогда будут предложения?
Кас посмотрел на Дина, Дин на Сэма, Сэм на Габриэля, а Габриэль развел руками.
— Могу попробовать разговорить братьев… Возможно, какая-то неизвестная информация про апокалипсис и всплывет. Я… не очень вникал во все, когда Люцифера сбросили на Землю.
— Ты просто был слишком занят, оплакивая его.
Габриэль просверлил Каса взглядом. Но тот, как всегда, был невозмутим. Порой Гейбу казалось, что он понимает человеческие разговоры лучше, чем демонстрирует.
— Неважно, чем я был занят, — надавил он, — но это все, что я могу предложить. А вы?
— Руби, — сказал Сэм.
— Да ла-а-адно, — протянул Дин, — ты от нее бегаешь, как от чумы.
Сэм закатил глаза.
— Демоница, — пояснил он для ангелов. — Странная. Имеет слишком много свободного времени для низшего демона, но явно этого не демонстрирует. Следит за мной, кажется. На мой взгляд, может что-то знать. Я попробую расколоть ее. Не получится — тогда попробуем мы с Дином, но уже по-другому. Согласен? — развернулся он к Дину.
— Надо будет быть осторожными. Никто не должен узнать, что это мы ее запытали, — заметил Дин. — Но да, я согласен.
Габриэль на секунду прикрыл глаза, отгоняя ревность. Это глупо.
— Хорошо, значит, пока так. Кас?
— Мне пока что нечего предложить, — сказал Кас.
— Тогда у меня просьба к тебе. Кто-то предал ангелов. Захария или Уриэль. Кто-то из них. Или оба. Они прилетели за Сэмом и Дином, они сказали, что видели их прах. Я надеюсь, ты разберешься. Не нужно сразу раскрывать предателя, оставь это мне. Возможно, я смогу использовать эту информацию в наших интересах.
— Я узнаю, Гейб, — Кас нахмурился. — Я давно мечтал узнать, на чьей совести смерть Винчестеров.
— Вот и отлично.
Надо бы поговорить с Кастиэлем наедине, подумал Гейб. Ему наверняка тяжело. Но сейчас он не мог. Ему до чертиков хотелось остаться наконец с Сэмом, закрыв серьезные разговоры. Габриэль просто-напросто устал.
— Тогда предлагаю закончить. Когда будут идеи, соберемся еще раз. Черт, выглядит как какое-то партизанское движение.
— Это оно и есть, — педантично отметил Кас. — Причем дважды. В случае чего мы окажемся между двух сторон, каждая из которых будет на нас зла.
— Между молотом и наковальней.
Все повернули к Дину голову, и тот, слегка растерявшись, повторил:
— Говорят — оказаться между молотом и наковальней. Метафора, пернатый.
— Габриэль, мы окажемся между молотом и наковальней, если у нас получится оставить апокалипсис, — послушно повторил свою мысль Кастиэль.
— Боже, я тебя понял с первого раза, — Габриэль встал. — Поговорим завтра, ладно?
Страница 25 из 45
