Граница между ангелом и…

Кастиэль кивнул.

— До завтра. Пока, Дин, — и исчез.

— А меня он за человека не считает? — фыркнул Сэм.

— Ему надо привыкнуть… к вам. И вообще, — Габриэль махнул рукой, — это Кас. Просто ничему не удивляйтесь. Он странноват даже для ангела.

— Я заметил, — буркнул Дин. Потом перевел взгляд с Сэма на Габриэля и обратно, не понимая, что они на него так уставились. — Оу, так вы… Ах вы похотливые животные!

— Исчезни прямо сейчас, — нажал голосом Сэм.

— Окей… — Дин встал, но снова заговорил, — а что, я тогда тоже…

Габриэль закатил глаза и щелкнул пальцами. Дин исчез.

— Наконец-то, — выдохнул Сэм, мгновенно оказываясь рядом, и Гейб с готовностью ответил на поцелуй, теряясь в объятиях знакомых горячих рук.

Глава 8

Жар мгновенно окутал Габриэля, отправляя его мысли в невесомость. Сэм довольно быстро опустился ниже, к шее, мягко целуя там, где часом ранее вгрызался в плоть, и крылья Габриэля затрепетали за спиной, посылая мягкое шуршание в материальный мир. Сэм остановился, прислушиваясь.

— Моя… благодать, — пришлось пояснить Габриэлю. Сэм еще раз прихватил губами кожу, и звук повторился вновь. Гейб почувствовал, как жар приливает к щекам уже не из-за возбуждения.

— Это хорошо или плохо? — раздался голос под ухом.

— Хорошо, — признался Габриэль волосам Сэма.

— Тогда пой дальше, ангел, — Сэм запустил руки ему под рубашку, мягко оглаживая бока и сжимая их крепче на пояснице. Габриэлю не хотелось долго выпутываться из одежды, и он заставил ее пропасть. — Мой любимый ангел, — Сэм, воспользовавшись пропажей одежды, опустил руки ниже, настойчиво прижимая Габриэля теснее к себе.

— Ты опять? — цыкнул Габриэль. — А называл меня лгуном.

— Я говорю искренне, — Сэм оторвался от его кожи и в насмешке поднял брови. — Думаешь, демоны не могут любить?

— Ты не знаешь, что такое любовь.

— А кто знает? — усмехнулся Сэм. — Слушай, — он толкнул Гейба на узкую кровать и навис над ним, — я знаю, какие могу испытывать чувства. Не такой уж богатый спектр, понимаешь. Но то, что я чувствую к тебе, когда я рядом с тобой, когда… — он поморщился, как от противной ноющей боли, но продолжил, — ты смотришь на меня, это выше. Я не могу дать этому названия.

— Желание? Страсть? Привязанность? — перечислил Гейб, облизнув губы. Сэм словил их в коротком мокром поцелуе и ответил:

— И да, и нет. Их я могу опознать. А это — не могу. Так что мне очевидно. Я люблю тебя, — он залез к Габриэлю на колени и обхватил рукой его член, и Габриэль сел, притягивая его к себе ближе, удерживая, упиваясь этой близостью.

— Не говори этого, — прошептал он.

— Ты не запретишь мне, — отрезал Сэм и впился пальцами в чужие плечи, когда лишь немного смазанные пальцы Гейба скользнули в его анус. — Ты говорил… — он опять запнулся, втягивая сквозь зубы воздух, прогибаясь в спине, чтобы обеспечить себе более удобный угол. — Ты говорил, что не собираешься исправлять меня. Я больше ничего не прошу. Просто прими меня с этим.

— Я вообще не знаю, кто ты, — Габриэль добавил смазки на свои пальцы, и к мягким звукам, все еще издаваемыми его крыльями, добавилось абсолютно несовместимое с этим пошлое влажное хлюпанье. — Ты говорил, что ты демон. Но демоны не признаются ангелам в любви.

— Я Сэм Винчестер, — глаза Сэма на секунду снова налились чернотой, и он укусил губу Габриэля, когда тот снова прижался к его рту. — И я люблю тебя.

— Боже, — Габриэль приподнял Сэма, заставляя привстать на коленях, и направил свой член в него. — Зачем надо это повторять?

Сэм запрокинул голову со всхлипом, насаживаясь до конца.

— Не знаю, — простонал он, когда мышцы привыкли и натяжение смягчилось. — А почему твои крылья поют?

Гейб вытер все еще влажную руку о грудь Сэма, сильно сжимая сосок — так, как, он знал, тому нравилось.

— Не знаю.

Сэм начал двигаться, не вставая с Гейба, просто легонько раскачиваясь взад и вперед, прикрыв глаза. Гейб сплел их пальцы, позволяя партнеру опереться на его руки. Удовольствие стремительно уносило его вверх, слишком давно он не был с Сэмом, чтобы тянуть теперь. Но он услышал пробивающиеся сквозь общее тяжелое дыхание слова:

— Ты врешь, вот что я знаю.

— Ой, заткнись наконец, — Габриэль потянулся к Сэму, который ухмыльнулся ему прямо в лицо, и они погрузились в рваный поцелуй, постоянно прерываемый их все более резкими движениями навстречу друг другу. Но каждый раз они снова яростно сцеплялись языками и губами, неловко клацая зубами, ставя точку в своем разговоре и полностью отдаваясь желаниям своих тел.

Позже они утомленно вытянулись на неудобной кровати, и Сэм с удовлетворенным вздохом уткнулся нос в затылок Габриэля, больше не прикрытый волосами. Крылья Габриэля наконец успокоились, чему ангел был очень рад, потому что смог наконец расслабиться и спокойно обдумать все.

Конечно, он соврал Сэму. Конечно, он отлично знал, почему крылья так себя вели. Но он уже и не помнил, когда в последний раз такое случалось.