Граница между ангелом и…

— Не знаю, — наконец сдался он и поморщился, понимая, что эти слова снова не являются чистой правдой. Он торопливо добавил: — Слушай, у нас совсем не то, что у тебя с Дином, мы всего лишь спим вместе.

— Ты доверяешь ему, ты защищал его брата, и ты с ним решил предотвратить конец света. Он и вправду особенный ребенок, если смог так тебя зацепить, будучи демоном.

— Он не ребенок, — буркнул Габриэль. Потом медленно продолжил, раздумывая вслух, — если бы он излечился, вряд ли бы он стал младенцем. Всё, что случилось с ним, останется с ним. Всё, что он делал. Это его неотъемлемая часть. Так же и с Дином, я думаю. Есть ли смысл тогда в лечении?

— Кто знает. А может, им был бы дан еще один шанс. Новая жизнь, понимаешь? С чистого листа, — Кас повернул к брату голову. — Разве это не было бы здорово? Они могли бы заслужить рай.

Габриэль провел рукой по волосам, явно затягивая с ответом, хотя сейчас Кас нетерпеливо ждал его.

— В любом случае, эта твоя идея мне нравится больше, чем убийство. Давай так, если я что узнаю — обязательно дам знать, — наконец определился Гейб, уходя от прямого ответа на поставленный вопрос.

— Спасибо, — Касу было этого достаточно. Хорошо, что они уложились с разговором так быстро. Он перенесся в один из заброшенных домов и позвал братьев, с которыми сегодня должен был охранять очередную печать.

Габриэль махнул рукой в пустоту:

— Не за что, Кас! Спасибо, хоть не на середине фразы…

Гейб, правда, сомневался, что у Каса выйдет что-то путное из идеи вылечить Дина. Но это лучше, чем медленно угасать от чувства вины, так что кто такой Габриэль, чтобы ему мешать. Черт, он даже не успел спросить у Каса, выяснил ли он что-либо, касающееся Уриэля и Захарии. Впрочем, Кастиэль никогда ни о чем не забывал, так что, если он промолчал — значит, сообщить ему было нечего.

Как бы Гейб хотел ошибиться. Узнать, что никто не предавал Майкла. Даже Захария, надутый индюк, был преданным воином, что уж говорить от Уриэле. Тяжело было даже про себя сомневаться в них. Дело было даже не в самом факте перехода на сторону Люцифера, а в том, что для этого было сделано. Может быть, Габриэля теперь и самого можно было бы назвать предателем — хоть он и не был бы согласен с таким определением — но он никогда, никогда бы не смог отправить чистые и невинные души в Ад. Но кто-то смог, и это пугало.

А Кас, казалось, был спокоен. Вообще странно, как по-другому Кастиэль смотрел на происходящее. Для него самым важным был сейчас Дин. А все остальное — ангелы, демоны, приказы — занимали сугубо задний план.

Впрочем, как будто для Габриэля сейчас самым важным не был Сэм. Глупо это было отрицать, когда мысли вновь и вновь возвращались к этому демону. К его вчерашним словам. К своим вчерашним словам. К утру, когда Сэм вполне по-человечески купил ему мобильный телефон и сам туда вбил свой номер.

Но Гейбу больше не казалось, как было ранее, что он утопал в этих отношениях, сбегая от своих проблем. Наоборот, благодаря Сэму он нашел силы развернуться к ним лицом. Он надеялся, что у Каса тоже рано или поздно получится найти самого себя среди пчел, вины и работы.

В голову постучался голос Анны, прерывая его размышления. Он торопливо поднялся с пледа, изменил свой одежду в пользу традиционного официального костюма, который был негласно принят среди ангелов и на который Габриэль довольно давно уже наплевал, и перенесся к ней. По смутному плану, еще не до конца сформировавшемуся в его голове, ему нужно было побыть пай-мальчиком. Кто знает, возможно, это сыграет ему потом на руку.

Дверь надсадно скрипнула, выдавая Сэма с головой. Он поморщился. Все эти старые заброшенные дома с плохим прошлым, которые демоны использовали в качестве убежищ или мест для коллективных встреч, наводили на него тоску. Казалось бы, демонам ничего не стоило навести здесь лоск хотя бы для виду, но большинство из них тяготело к мрачному антуражу. Сэм не очень понимал это желание таскать за собой кусочки Ада. На его взгляд, на мягком и ярком ковре пятна крови смотрелись ничуть не хуже, чем на старых деревянных половицах. В любом случае, он тут только для дела, и не собирался задерживаться больше, чем нужно.

— Руби? — позвал он, уже не скрываясь.

Со стороны лестницы послышались шаги, и вскоре он увидел ту, кого искал. Как обычно, женское тело и тяжелый, пристальный взгляд. Ей не раз советовали взять мужской вессель, но все демоны — рабы привычек. Как Сэм привык много есть без особой надобности, так и Руби питала слабость к маленьким хрупким телам. Впрочем, это не особо мешало ей. Сэм знал, что она отстояла свою независимость кровью и потом, когда выбралась на Землю. Она была одним из немногих демонов, не имеющих покровительства со стороны сильных демонов. Даже Сэм не мог похвастаться этим. Впрочем, он был с Азазелем не из-за силы, а из-за слов и обещаний, которых тот щедро ему отсыпал. У него не было причин бояться ее.