Граница между демоном и…

— Их тут нет, но я понял, почему они не звонили, — Сэм одной фразой развеял одни опасения Габриэля и вызвал другие. — Сингер гуглил про ту ночь в Сент-Луисе.

— О, черт. Мы забыли предупредить старика, и он рассказал о происшествии Дину, — обреченно выдавил Гейб.

— Точно.

— Ну ладно, — Гейб старался быть оптимистом, — он должен понять, что ты за себя тогда не отвечал.

— Я понятия не имею, что творится в голове у человека, Гейб.

— Но он твой брат. Может, стоит сначала поговорить с ним, прежде чем делать такие далеко идущие выводы?

— То, что Михаил и Рафаэль — твои братья, как-то улучшило твое с ними взаимопонимание?

— Это другое, — нахмурился Гейб. Он ненавидел вспоминать про них. — Они самодовольные, самоуверенные болваны. У вас с Дином не так.

— Не думай, что знаешь о нас всё.

Габриэль на пару секунд задержал дыхание. Не первый и не последний раз Сэм обижал его невольной фразой. Сэм по-прежнему мало что рассказывал о своей жизни до того, как встретил Гейба, о чем втайне тот сожалел. Сэм, не обращая на его реакцию внимания, продолжил:

— То, что я точно знал до недавнего времени о Дине — это то, что он никогда не заставлял меня себя искать. Я всегда мог оказаться с ним рядом в любой момент. А теперь, о чем я должен думать?

Выдохнув, Гейб положил руку на плечо Сэму и успокаивающим голосом предложил:

— Я поищу их, ладно? Подожди здесь.

Как всегда, всё осложнилось тем, что применять сильные заклинания по-прежнему не рекомендовалось, а Гейб, в отличие от Сэма, пока что не терял осторожности. Так что он предпочел просто пошарить в мозгах людей ближайшего города. Он понял, что совершил ошибку, оставив Сэма одного, только через полчаса, выяснив, что старая развалюха Бобби выехала из города уже как час назад. Что значило, что Дин с Сэмом уже встретились.

И тут, подтверждая его опасения, при абсолютно ясном небе грянул гром.

Глава 4

Когда Габриэль снова оказался у дома Бобби, он понял, что опоздал. Причем опоздал настолько качественно, что если бы он так же быстро в свое время донёс весть до милейшей девушки Марии о ее беременности, то застал бы уже воскресение Иисуса.

Сэм был… мокрый. Вода стекала с его волос и лица на футболку, заставляя её липнуть к спине. Очевидно, это не очень охлаждало его ярость, посылаемую всем его телом по направлению к брату, стоящему чуть поодаль. Дин был болезненно напряжен и задирал подбородок кверху, стараясь придать уверенности своему поведению, а дрожащей — совсем чуть-чуть, совсем немного — рукой держал перед собой пульверизатор с водой.

Со святой водой.

Бобби стоял около машины далеко позади Дина, надвинув кепку себе чуть ли не на нос, и, не выпуская из рук верный дробовик, исподлобья наблюдал за разворачивающейся сценой. Габриэль первым делом кинул на него возмущённый взгляд, но Бобби просто молча покачал головой. Он пас.

— Сэм? — решил тогда Гейб подать голос. Сэм, то ли просто не заметив, то ли специально проигнорировав, вместо того, чтобы ответить ему, сделал рывок к Дину, но тот — как, видимо, и делал до этого — остановил его струей обжигающей жидкости. Рыкнув, Сэм тут же отступил назад и без остановки снова рванул вперед, заходя сбоку, не обращая внимания на пар, идущий от лица и рук, которыми он прикрывался. Но Дин не жалел запасов Бобби. Одновременно он крикнул:

— Сэм, прекрати! — и снова быстро сжал челюсти, чтобы слезы, собравшиеся у уголков глаз, не пролились наружу.

— Ты не имеешь права мне указывать, — голос Сэма были непривычно низким, с идеально поставленной и выверенной интонацией. Так он разговаривал с Габриэлем, когда соблазнял его, так он разговаривал со своими жертвами, когда готовился их убить. Так же он сейчас разговаривал со своим братом. — То, кем ты стал, не даёт тебе права судить нас.

«Нас?» — удивился Гейб. Он-то тут причем? Выйдя из ступора, он кинулся наперерез Сэму, не давая тому снова броситься на Дина, который, кажется, с каждым разом все больше уверялся, что поступает правильно и все тверже сжимал в руках своё оружие.

— Сэм-Сэм-Сэм, давай не пороть горячку, — было, кажется, поздно что-либо выяснять. По тучам в небе, таким же черным, как глаза демона, было ясно, что всё настолько плохо, что дальше некуда. Так что… что бы там ни сделал Дин, сейчас он Гейба больше не интересовал. Только Сэм. Под руками Габриэля его сердце отбивало идеально ровный и четкий ритм. Ритм демона, вошедшего в боевой режим. — Пошли отсюда, а?

Он думал, что Сэма придется долго уговаривать, упрашивать, может, придется снова с ним подраться или силой утаскивать отсюда; он ожидал чего угодно, но не того, что Сэм, переведя на него взгляд и вытерев капли воды с лица, бесцветным голосом скажет:

— Пошли. Здесь меня больше ничего не держит. Дин успешно освоил свою новую человеческую роль.