Группа риска

Гермиона пошевелилась и застонала. Стон получился сиплым, а шевелилась она вообще зря — можно было подумать, что спать ей пришлось на куче булыжников. Булыжники! Она вспомнила! Не все, но хотя бы основное: они со Снейпом решили поскоблить русалку, тьфу, ундину и отправились в Германию на озеро эм-м-м… не важно, короче, как оно называется. Гермиона помнила, как она шла к прекрасным танцующим и поющим девам, а потом вечер воспоминаний как-то резко обрывался. Затем что-то случилось, причем случилось это «что-то» такое, что воспоминание о нем сейчас скребло ее изнутри, пробуя по очереди запустить все органы чувств, проверяя, какое из них откликнется на зов совести. Чувства молчали, забившись куда-то в недра организма, и на призыв не откликались.

Гермиона попыталась сесть и открыть глаза. И лучше бы этого не делала вовсе: она действительно лежала на гальке неподалеку от воды, на берегу озера. Рассвет занимался над кромкой черного леса. Идиллическую картину портило лишь то, что спала она обнаженная, стыдливо зарытая в ворох водорослей. Гермиона ощупала себя конкретнее. Да, совершенно голая, если не считать браслетика ручной работы, сплетенного из травы или чего-то похожего, что красовался у нее теперь на левом запястье, да ошейника Снейпа. Рядом мокрой кляксой валялся мужской сюртук. Судя по неповторимому фасону и цвету, сюртук принадлежал Снейпу. Сам владелец, одетый лишь в брюки, с волшебной палочкой в руках в это время рыскал по берегу, явно что-то высматривая. Гермиона осторожно выползла из водорослей и попробовала дотянуться до сюртука. Там же карман! А в кармане… Она услышала возглас и закрыла глаза снова, попытавшись представить себе, что ее здесь нет. Но опоздала — Снейп заметил перемещения в пространстве и решительно зашагал в ее сторону. Гермиона застонала. Стон отозвался в голове дикой болью. Она поморщилась и схватилась за виски.

Подошедший Снейп — бледный и шатающийся с какими-то грязными тряпками в руках — попытался высушить сюртук заклинанием, чертыхнулся, проклиная ундин, их магию, рассвет и мерлиновы подштанники, и со злостью отпихнул все еще мокрый сюртук в сторону. После этого соблаговолил обратить свое внимание на нее:

— Что, тяжко, Грейнджер? — насмешливо поинтересовался он.

Гермиона облизала пересохшие губы и кивнула. Кивать тоже не следовало, потому что ее еще и замутило для полного счастья.

— У меня такое ощущение, — просипела она, — что мы вчера пили. А потом что-то курили. А потом меня долго-долго били…

— Какой у вас богатый жизненный опыт, — она старалась не встречаться с ним взглядом. Этот странный взгляд ее почему-то пугал больше, чем все его предыдущие вспышки ярости вместе взятые. — Нам надо выбираться отсюда.

Он швырнул ей принесенные тряпки, в которых Гермиона опознала свою одежду, и отвернулся, усевшись на ближайший камень. Гермиона попыталась покраснеть, но попытка с треском провалилась. Кое-как одевшись, стараясь не обращать внимания на ломоту во всем теле, она с трудом поднялась на ноги.

— Я готова.

Он зашагал вперед, к валуну, который они облюбовали еще вчера. Гермиона захромала следом. Через несколько шагов Снейп устало опустился на камень. Она с готовностью проделала то же самое — слабость в теле была убийственной. Похоже, Снейпу сейчас приходилось не лучше. Он бессмысленно крутил на запястье такой же браслет, что украшал руку Гермионы. Потом порылся в кармане мокрого сюртука и достал несколько пузырьков. Выбрал нужные и, протянув один Гермионе, другой выпил сам.

— Я пока не в том состоянии, чтобы аппарировать, — буркнул он.

А она-то насколько не в состоянии! Гермиона выпила зелье и украдкой взглянула на Снейпа. В голове слегка прояснилось, но память возвращаться упорно не желала. Гермиона прокляла все на свете.

— Профессор, — тихо позвала она, — что здесь вчера произошло? Мы чешую так и не добыли?

Во время паузы, наступившей вслед за ее вопросом, Гермионе захотелось срочно куда-то спрятаться. Снейп медленно открыл глаза и уставился на нее этим своим новым, противным и каким-то жутковатым взглядом.

— Это вы, Грейнджер, манкируете своими прямыми обязанностями, а у меня всегда все под контролем. Мне вчера удалось слегка обтрепать хвост вашей подружки, пока вы там развлекались.

— Развлекалась?

— Для начала вы устроили стриптиз, — он с каким-то извращенным удовольствием смотрел, как краска наконец-то залила ее щеки. — Впечатляет. В вас, как я погляжу, вообще пропадает масса скрытых талантов, Грейнджер! Потом вы вступили на ниву борьбы за права женщин и решили утопиться, чтобы извести род мужской под корень, — Снейп пнул какой-то камешек.

Гермиона, сидела, уткнувшись лбом в колени, улавливая всплывающие образы: эйфория, свобода от всего, обжигающее пламя ненависти, тоска и… Она застонала.

— А потом…

— Не надо! — резко прервала она его.

— Ну почему же, — выплюнул он со злостью. — Дальше ведь случилось самое интересное!

— Просто не надо, — тихо попросила она.