Эта сенсация произошла в 1996 году в самой глубинке матушки России. Ну кто бы мог подумать, что в Челябинской области в поселке Каолиновый произойдет нечто, сравнимое по своей значимости разве что с инцидентом, имевшим место в окрестностях американского города Розуэлл.
6 мин, 9 сек 7657
День тринадцатое августа 1996 года для пенсионерки Тамары Васильевны Просвириной начинался абсолютно банально. С утра было жарко, парило перед дождем. Тем не менее Тамара Васильевна решила не сидеть дома, а прогуляться, пока не грянул ливень, до ближайшего кладбища. К несчастью, Просвирина страдала тяжелым психическим недугом. И хотя женщина не проявляла никаких признаков буйства и агрессии, ее восприятие мира было весьма неадекватным. По возвращении домой Тамара Васильевна попыталась украсить свое скромное жилище при помощи подобранных на кладбище букетов.
За украшением комнатушки время шло незаметно. Раскат грома довершил картину обычной летней грозы. Вскоре Тамара Васильевна задремала под равномерный перестук дождевых капель. И вдруг, находясь на грани сна и яви, она услышала незнакомый голос. Его невидимый обладатель настойчиво потребовал, чтобы Просвирина снова пошла на кладбище. Зачем и для чего — не объяснялось.
Пожилая женщина была не в силах сопротивляться телепатическому приказу. Она оделась и, вооружившись фонарем, вышла на улицу.
Из-за ближайшего кладбищенского холмика на Тамару Васильевну уставились чьи-то огромные неморгающие глаза. Пенсионерка, ничуть не испугавшись, подошла к могиле поближе, чтобы получше разглядеть обладателя диковинного взгляда. Им оказалось странное низкорослое (около двадцати пяти сантиметров!) существо. Это был явно не человек.
Крохотная головка-луковка была как бы сложена из пяти лепестков. Ушей у «неведомой зверушки» не было, большую часть лица занимали огромные овальные раскосые кошачьи глаза, такие, с какими обычно рисуют в бульварной литературе космических пришельцев. Говорить существо не могло, однако, чтобы как-то обратить на себя внимание Тамары Просвириной, инопланетянин негромко, сипло засвистел. Видимо, именно в свисте и заключалась речь на его далекой родной планете. Но Тамара Васильевна сразу поняла, что ей пытается объяснить маленький пришелец. Даже не по свисту, а по жалобному, измученному взгляду.
Пенсионерка подобрала загадочное существо и, завернув его в платок, отправилась в обратный путь. Придя домой, она захотела рассмотреть маленького гостя с другой планеты получше. Тельце Алешеньки (так про себя назвала инопланетянина Тамара Васильевна!) было пухлым и колыхалось, как холодец. Серая кожа на теле и более темная, коричневатая, на голове напоминала какой-то странный загар. Волос на маленьком инопланетянине не было. Вместо ушек по бокам головы были расположены маленькие дырочки. Нос, очень маленький и плоский, позволял ему тем не менее дышать в земной атмосфере.
Глаза были темно-серого цвета. Век не было. Вертикальный зрачок, словно у кошки, постоянно то сужался, то расширялся.
Длинные пальчики, по пяти на руках и на ногах, оканчивались остренькими коготками. То, что Алешенька не человек, можно было заключить из того, что никаких половых признаков у существа не было, как, впрочем, и пупочка, который есть у всех млекопитающих.
Тут пришелец вытянул трубочкой свой маленький ротик и попытался свистнуть, но из-за каких-то неизвестных травм, а может, из-за усталости свиста не получилось, из уст пришельца вырвалось лишь жалобное шипение.
«Да ты, наверное, есть хочешь?» — подумала Тамара Просвирина. Только вот как кормить инопланетянина, было непонятно. Рот его был маленький, как дырочка, губ как таковых не было, однако он мог сильно растягиваться. У пришельца во рту имелся полный набор зубов. Два клыка на нижней челюсти сильно выдавались вперед и были гораздо больше остальных зубов.
Тамара Васильевна не мудрствуя лукаво сунула в рот Алешеньки карамельку: раз жевать не получается, может, хоть сосать сможет? И, правда, маленький инопланетянин быстро освоился и начал посасывать «барбариску» Поила Тамара Просвирина своего питомца с чайной ложечки кипяченой водой или молоком.
После приема пищи на тельце инопланетянина появлялась влажная испарина. При этом от Алешеньки начинал исходить сладкий, быстро въедавшийся в мебель и одежду запах, чем-то напоминавший одеколон. Тамара Васильевна вытирала его тряпочкой. Существо лежало и почти не двигалось. Иногда только начинало вытягивать свои худенькие ножки, как бы пытаясь поразмять конечности.
На следующий день о пришельце знал весь поселок. Донес на Тамару Васильевну кто-то из соседей, хотя и не в милицию. В один дождливый сентябрьский день в Каолиновый приехала карета «скорой помощи» и увезла пытавшуюся объяснить им о каком-то ребенке в доме старую женщину в психбольницу. Увещевания Тамары об Алешеньке не помогли ей. Вполне естественно, что в психбольнице слова Просвириной врачи не восприняли всерьез.«Бредит, при ее болезни это абсолютно нормально» — решили медики.
Ей никто не верил. Да и для родных отъезд Просвириной был полной неожиданностью, поэтому никто не приехал ухаживать за гуманоидом. От голода и жажды Алешенька вскоре погиб. После смерти его пухленькое тельце стало усыхать и мумифицироваться само собой.
За украшением комнатушки время шло незаметно. Раскат грома довершил картину обычной летней грозы. Вскоре Тамара Васильевна задремала под равномерный перестук дождевых капель. И вдруг, находясь на грани сна и яви, она услышала незнакомый голос. Его невидимый обладатель настойчиво потребовал, чтобы Просвирина снова пошла на кладбище. Зачем и для чего — не объяснялось.
Пожилая женщина была не в силах сопротивляться телепатическому приказу. Она оделась и, вооружившись фонарем, вышла на улицу.
Из-за ближайшего кладбищенского холмика на Тамару Васильевну уставились чьи-то огромные неморгающие глаза. Пенсионерка, ничуть не испугавшись, подошла к могиле поближе, чтобы получше разглядеть обладателя диковинного взгляда. Им оказалось странное низкорослое (около двадцати пяти сантиметров!) существо. Это был явно не человек.
Крохотная головка-луковка была как бы сложена из пяти лепестков. Ушей у «неведомой зверушки» не было, большую часть лица занимали огромные овальные раскосые кошачьи глаза, такие, с какими обычно рисуют в бульварной литературе космических пришельцев. Говорить существо не могло, однако, чтобы как-то обратить на себя внимание Тамары Просвириной, инопланетянин негромко, сипло засвистел. Видимо, именно в свисте и заключалась речь на его далекой родной планете. Но Тамара Васильевна сразу поняла, что ей пытается объяснить маленький пришелец. Даже не по свисту, а по жалобному, измученному взгляду.
Пенсионерка подобрала загадочное существо и, завернув его в платок, отправилась в обратный путь. Придя домой, она захотела рассмотреть маленького гостя с другой планеты получше. Тельце Алешеньки (так про себя назвала инопланетянина Тамара Васильевна!) было пухлым и колыхалось, как холодец. Серая кожа на теле и более темная, коричневатая, на голове напоминала какой-то странный загар. Волос на маленьком инопланетянине не было. Вместо ушек по бокам головы были расположены маленькие дырочки. Нос, очень маленький и плоский, позволял ему тем не менее дышать в земной атмосфере.
Глаза были темно-серого цвета. Век не было. Вертикальный зрачок, словно у кошки, постоянно то сужался, то расширялся.
Длинные пальчики, по пяти на руках и на ногах, оканчивались остренькими коготками. То, что Алешенька не человек, можно было заключить из того, что никаких половых признаков у существа не было, как, впрочем, и пупочка, который есть у всех млекопитающих.
Тут пришелец вытянул трубочкой свой маленький ротик и попытался свистнуть, но из-за каких-то неизвестных травм, а может, из-за усталости свиста не получилось, из уст пришельца вырвалось лишь жалобное шипение.
«Да ты, наверное, есть хочешь?» — подумала Тамара Просвирина. Только вот как кормить инопланетянина, было непонятно. Рот его был маленький, как дырочка, губ как таковых не было, однако он мог сильно растягиваться. У пришельца во рту имелся полный набор зубов. Два клыка на нижней челюсти сильно выдавались вперед и были гораздо больше остальных зубов.
Тамара Васильевна не мудрствуя лукаво сунула в рот Алешеньки карамельку: раз жевать не получается, может, хоть сосать сможет? И, правда, маленький инопланетянин быстро освоился и начал посасывать «барбариску» Поила Тамара Просвирина своего питомца с чайной ложечки кипяченой водой или молоком.
После приема пищи на тельце инопланетянина появлялась влажная испарина. При этом от Алешеньки начинал исходить сладкий, быстро въедавшийся в мебель и одежду запах, чем-то напоминавший одеколон. Тамара Васильевна вытирала его тряпочкой. Существо лежало и почти не двигалось. Иногда только начинало вытягивать свои худенькие ножки, как бы пытаясь поразмять конечности.
На следующий день о пришельце знал весь поселок. Донес на Тамару Васильевну кто-то из соседей, хотя и не в милицию. В один дождливый сентябрьский день в Каолиновый приехала карета «скорой помощи» и увезла пытавшуюся объяснить им о каком-то ребенке в доме старую женщину в психбольницу. Увещевания Тамары об Алешеньке не помогли ей. Вполне естественно, что в психбольнице слова Просвириной врачи не восприняли всерьез.«Бредит, при ее болезни это абсолютно нормально» — решили медики.
Ей никто не верил. Да и для родных отъезд Просвириной был полной неожиданностью, поэтому никто не приехал ухаживать за гуманоидом. От голода и жажды Алешенька вскоре погиб. После смерти его пухленькое тельце стало усыхать и мумифицироваться само собой.
Страница 1 из 2
