Фандом: Гарри Поттер. Вы говорили, что мои родители погибли в автокатастрофе! — крикнул Гарри. Автокатастрофа?! — прогремел Хагрид, и Дурсли попятились. — Да как могла автокатастрофа сгубить Лили и Северуса Снейпов?!
119 мин, 54 сек 17201
— Нотт, если ты не в курсе, Гарри рассказал, что Квиррелл разговаривал на два голоса. У него явное раздвоение личности. Может, ты видел зомби с раздвоением личности, я — нет! — сказала Гермиона. — Сумасшедших зомби не бывает.
— Ну да, все зомби нормальные, — не сдержался Гарри.
— Зомби как минимум разумные, а Квиррелл ведет себя просто неадекватно! И глупо. Он все приказы своего Лорда проваливает. Вот зачем он пил кровь единорога, может кто-нибудь объяснить?
— Кровь единорога придает необычайные силы и здоровье, исцеляет любую болезнь. Даже возвращает с одра смерти, — процитировал Гарри лекцию по зельеварению.
— И то, что Сами-Знаете-Кому очень не помешало бы такое средство, тоже понятно. Он 10 лет мечтает поправиться и вернуть себе тело, — сказал Малфой. — А еще кровь единорога может в больших дозах дать бессмертие, а Темный лорд всегда мечтал быть бессмертным. Он проводил великие научные опыты в области бессмертия, перепробовал все способы… Он работал над проблемой бессмертия с самого детства!
К тому, что говорил Малфой, стоило прислушаться. Отец Малфоя был ближайшим сторонником Волдеморта и знал многие его тайны. Его информации про Волдеморта следовало верить.
— Я всё это знаю, и я не удивилась бы, если бы Квиррелл собрал эту кровь и отнес своему Лорду, — нетерпеливо отмахнулась Гермиона. — Но зачем он пил кровь сам? И с лордом не поделился.
— Много ты знаешь. Может, и поделился, а остаток взял себе, — сказал Крэбб.
— Но зачем ему кровь?!
— Я же говорил, что он зомби, — пожал плечами Нотт.
— За убийство единорога следует вечное проклятие. Нужно ли ему бессмертие такой ценой?
— А Темный лорд и его слуги цену не выбирают, — мрачно добавил Рон.
— Разве обязательно убивать? Почему просто не попросить единорога дать ему немного крови…
— А может, он и просил. Только единорог не согласился иметь с ним дело, — сказал Нотт. — Единороги не любят преступников.
— Какой ужас…
— И кстати, Грейнджер, если твой Квиррелл убил единорога, вопрос с его спасением снимается сам собой. Он вечно проклят, и ничто в мире не сможет теперь его спасти.
— А мы попробуем, — заявила упрямая Гермиона.
Правда, ее собеседники надеялись, что тема спасения Квиррелла на этом будет исчерпана, и перевели беседу в другое русло.
— Значит, Сами-Знаете-Кто хочет вернуть себе тело и ищет бессмертия, — подытожил Рон. — Интересно, что же он забыл на третьем этаже, или это совсем по другому делу?
— А мне интересно, как он вообще смог выжить 10 лет назад, — проворчал Гарри.
— Да что тут интересного, Снейп? Я же говорил, что он всю жизнь работал над своим бессмертием. Ты бы не смог его убить, — сказал Малфой. — Мой папа, он с самого начала верил, что Лорд возродится. Лорд вернет себе тело и снова возьмет власть, это только вопрос времени. Он бессмертен, его убить невозможно.
— Это как? — спросил Гарри.
Малфой развел руками.
Заговорил Нотт, тщательно выбирая слова:
— Ходили слухи, что Лорд разделил себя на много кусков. Поместил каждый кусок в другое тело, спрятал в безопасном месте. Так что когда ты сокрушил его, Снейп, ты победил только один кусок, тот, что остался в его теле. А остальные куски продолжали жить припеваючи, в целости и сохранности. Ты при всем желании не смог справиться с Лордом целиком.
— Интересное кино, — сказала Гермиона.
— В другие тела… Значит, сейчас по свету бродят сотни Сами-Знаете-Кого и творят тролль знает что?!
— Но не в Англии. Мы бы о таком услышали, — возразил Малфой. — У меня папа в Министерстве работает, он бы знал.
— А может, такой кусок и спрятан на третьем этаже, и Квиррелл его ищет! — вдохновенно сказал Крэбб.
Все содрогнулись.
— Заодно о поиске. Я правильно понял, Снейп, что ты легилимент? — спросил Малфой.
— Я пытаюсь читать мысли Квиррелла, а он мои, — осторожно ответил Гарри.
— Ты крутой. Ты легилимент, и наш Лорд легилимент. Ты змееуст, и наш Лорд змееуст. Ты здоровский маг, и Темного лорда победил, а он тоже здоровский маг. Ты круче Сам-Знаешь-Кого, Снейп, — заявил Гойл.
Гарри поежился и некстати вспомнил, что в некоторых статьях, где объяснялась его давняя победа над Темным лордом, проскальзывала именно такая теория. Что он — новый Темный лорд, еще сильнее прежнего. И что в среде бывших Пожирателей смерти эта теория была очень популярна. Кажется, родители Гойла разделяли ее…
— А откуда вы все знаете про легилиментов? — удивилась Гермиона.
Крэбб и Гойл заржали.
— Поживи под прицелом аврората лет 10, Грейнджер, и сама всё узнаешь, — буркнул Малфой.
— Я еще помню, как моя бабушка говорила: увидишь аврора, сразу думай о пьяном гиппогрифе. Он смотрит, а ты себе думай. Как он ржет, как летит и на столб натыкается, как у него крылья заплетаются, — сказал Крэбб.
— Пьяный гиппогриф? Чушь какая.
— А я знаю, это ментальный прием, — встряла Гермиона. — У нас, то есть у маглов, то же самое. Только мы думаем об обезьяне. Надо зациклиться на одной мысли и не пускать исследователя больше никуда, пусть он натыкается только на одну мысль.
— Ну да, все зомби нормальные, — не сдержался Гарри.
— Зомби как минимум разумные, а Квиррелл ведет себя просто неадекватно! И глупо. Он все приказы своего Лорда проваливает. Вот зачем он пил кровь единорога, может кто-нибудь объяснить?
— Кровь единорога придает необычайные силы и здоровье, исцеляет любую болезнь. Даже возвращает с одра смерти, — процитировал Гарри лекцию по зельеварению.
— И то, что Сами-Знаете-Кому очень не помешало бы такое средство, тоже понятно. Он 10 лет мечтает поправиться и вернуть себе тело, — сказал Малфой. — А еще кровь единорога может в больших дозах дать бессмертие, а Темный лорд всегда мечтал быть бессмертным. Он проводил великие научные опыты в области бессмертия, перепробовал все способы… Он работал над проблемой бессмертия с самого детства!
К тому, что говорил Малфой, стоило прислушаться. Отец Малфоя был ближайшим сторонником Волдеморта и знал многие его тайны. Его информации про Волдеморта следовало верить.
— Я всё это знаю, и я не удивилась бы, если бы Квиррелл собрал эту кровь и отнес своему Лорду, — нетерпеливо отмахнулась Гермиона. — Но зачем он пил кровь сам? И с лордом не поделился.
— Много ты знаешь. Может, и поделился, а остаток взял себе, — сказал Крэбб.
— Но зачем ему кровь?!
— Я же говорил, что он зомби, — пожал плечами Нотт.
— За убийство единорога следует вечное проклятие. Нужно ли ему бессмертие такой ценой?
— А Темный лорд и его слуги цену не выбирают, — мрачно добавил Рон.
— Разве обязательно убивать? Почему просто не попросить единорога дать ему немного крови…
— А может, он и просил. Только единорог не согласился иметь с ним дело, — сказал Нотт. — Единороги не любят преступников.
— Какой ужас…
— И кстати, Грейнджер, если твой Квиррелл убил единорога, вопрос с его спасением снимается сам собой. Он вечно проклят, и ничто в мире не сможет теперь его спасти.
— А мы попробуем, — заявила упрямая Гермиона.
Правда, ее собеседники надеялись, что тема спасения Квиррелла на этом будет исчерпана, и перевели беседу в другое русло.
— Значит, Сами-Знаете-Кто хочет вернуть себе тело и ищет бессмертия, — подытожил Рон. — Интересно, что же он забыл на третьем этаже, или это совсем по другому делу?
— А мне интересно, как он вообще смог выжить 10 лет назад, — проворчал Гарри.
— Да что тут интересного, Снейп? Я же говорил, что он всю жизнь работал над своим бессмертием. Ты бы не смог его убить, — сказал Малфой. — Мой папа, он с самого начала верил, что Лорд возродится. Лорд вернет себе тело и снова возьмет власть, это только вопрос времени. Он бессмертен, его убить невозможно.
— Это как? — спросил Гарри.
Малфой развел руками.
Заговорил Нотт, тщательно выбирая слова:
— Ходили слухи, что Лорд разделил себя на много кусков. Поместил каждый кусок в другое тело, спрятал в безопасном месте. Так что когда ты сокрушил его, Снейп, ты победил только один кусок, тот, что остался в его теле. А остальные куски продолжали жить припеваючи, в целости и сохранности. Ты при всем желании не смог справиться с Лордом целиком.
— Интересное кино, — сказала Гермиона.
— В другие тела… Значит, сейчас по свету бродят сотни Сами-Знаете-Кого и творят тролль знает что?!
— Но не в Англии. Мы бы о таком услышали, — возразил Малфой. — У меня папа в Министерстве работает, он бы знал.
— А может, такой кусок и спрятан на третьем этаже, и Квиррелл его ищет! — вдохновенно сказал Крэбб.
Все содрогнулись.
— Заодно о поиске. Я правильно понял, Снейп, что ты легилимент? — спросил Малфой.
— Я пытаюсь читать мысли Квиррелла, а он мои, — осторожно ответил Гарри.
— Ты крутой. Ты легилимент, и наш Лорд легилимент. Ты змееуст, и наш Лорд змееуст. Ты здоровский маг, и Темного лорда победил, а он тоже здоровский маг. Ты круче Сам-Знаешь-Кого, Снейп, — заявил Гойл.
Гарри поежился и некстати вспомнил, что в некоторых статьях, где объяснялась его давняя победа над Темным лордом, проскальзывала именно такая теория. Что он — новый Темный лорд, еще сильнее прежнего. И что в среде бывших Пожирателей смерти эта теория была очень популярна. Кажется, родители Гойла разделяли ее…
— А откуда вы все знаете про легилиментов? — удивилась Гермиона.
Крэбб и Гойл заржали.
— Поживи под прицелом аврората лет 10, Грейнджер, и сама всё узнаешь, — буркнул Малфой.
— Я еще помню, как моя бабушка говорила: увидишь аврора, сразу думай о пьяном гиппогрифе. Он смотрит, а ты себе думай. Как он ржет, как летит и на столб натыкается, как у него крылья заплетаются, — сказал Крэбб.
— Пьяный гиппогриф? Чушь какая.
— А я знаю, это ментальный прием, — встряла Гермиона. — У нас, то есть у маглов, то же самое. Только мы думаем об обезьяне. Надо зациклиться на одной мысли и не пускать исследователя больше никуда, пусть он натыкается только на одну мысль.
Страница 20 из 33
