Фандом: Гарри Поттер. Заключительная часть серии про Грязного Гарри. Не пора ли возрождать Волдеморта?
204 мин, 52 сек 9464
— Значит, ты даже не удосужился почитать историю Турнира, прежде чем лезть в участники! Чемпион-недоучка. Тебе было лень даже почитать, во что ты ввязался! Я ничего не придумала. Возьми «Историю Хогвартса» и почитай сам. Хоть сейчас. Будет очень полезно!
— В первом туре Чемпионата 1792 года ловили василиска, — информировал Грязный Гарри. — Маклагген, помнишь еще, кто такой василиск?
По лицу Маклаггенов стало ясно, что они вспоминают.
— Ну и что, — заметил Кормак. — Никто ж не заставит меня силой лезть василиску в пасть. Не понравится задание — просто откажусь его выполнять, и всё.
— И умрешь, — добавила Гермиона. — Кормак, умоляю: прочти «Историю Хогвартса»! Ты не можешь отказаться выполнять задания Турнира. Чемпион заключает с Кубком нерушимый магический договор, который он обязан выполнять, потому что договор нерушимый. Понимаешь? Ты не можешь отказаться. Дамблдор тоже об этом говорил, помнишь?
— Не помню, — мрачно сказал Маклагген.
Было ясно, что эту часть речи Дамблдора он успешно пропустил мимо ушей.
— Дамблдор сказал, что для тех, кто бросил свое имя в Кубок, обратного хода нет. Теперь вы можете только повиноваться. Ты ничего не можешь сделать.
Маклагген-младший дернул старшего за рукав:
— Кормак, это, давай вытащим свои бумажки обратно?
Нахмуренное лицо Кормака разгладилось.
— Попробуй, — усмехнулась Гермиона. — А я посмотрю, что получится.
— Грейнджер, тут тоже какая-то подстава?
— Подставу ты сделал себе сам! Когда заключил контракт, не зная условий!
— Никакого контракта я не подписывал, — возмутился Маклагген.
Гермиона вздохнула:
— Этот контракт не надо подписывать. Достаточно бросить свое имя в Кубок. Считается, что таким образом ты его и подписал. Кормак, ты даже этого не знал? Дамблдор тоже об этом говорил.
— Я ничего не подписывал, и я хочу забрать свою бумагу обратно!
— Ты не можешь, Кормак, — повторила Гермиона. — Ты уже ничего не можешь отменить. Контракт нерушимый. С той минуты, как ты бросил имя в Кубок, от тебя уже не зависит ничего.
Маклагген уставился на брата с подлинным ужасом.
— Молитесь, чтобы Кубок не выбрал вас. Может, пронесет. Это всё, что вы можете сделать!
— Гермиона, ты напугала его до полусмерти, — усмехнулся Гарри.
— Зато в следующий раз он трижды подумает, прежде чем заключать контракт, не вникая в его условия… Если доживет до следующего раза, — заключила Гермиона.
— Между прочим, Диггори действительно бросил свою бумажку, — сказал Рон. — Гарри, ты как?
— Если Диггори в первом задании сожрет василиск, то так ему и надо, — добродушно ответил Гарри.
— А ты не хотел бы бросить?
— Не, я жить хочу.
— Гарри некогда заниматься школьным Турниром, у него взрослые проблемы с Сами-Знаете-Кем, — сказала Астория.
— Ну да, мне и без Турнира василисков подбрасывают.
— А если Диггори станет Чемпионом?
— Пусть становится, — разрешил Гарри. — Пусть трудится изо всех сил. Тогда у него наконец-то не будет времени отвлекаться на меня и на Чанг.
Малфой захихикал, и разговор прервался.
Тем же вечером сутки, данные Дамблдором на голосование, истекли, и все собрались вокруг Кубка узнать результаты «выборов».
Предсказуемо Чемпионом Дурмстранга стал Виктор Крам, Шармбатон представила единственная девушка среди Чемпионов Флёр Делакур, а Хогвартс достался Диггори. Фанаты Диггори заорали, Чжоу Чанг побледнела, Гарри почесал в носу.
И тогда Кубок Огня выкинул номер.
Он снова вспыхнул и выбросил из себя четвертое имя:
— Гарри Снейп!
— Гарри Снейп, — решительно повторил Дамблдор после паузы. — Гарри Снейп, встаньте и выйдите вперед.
Теперь Гарри должен был признать, что не ослышался.
Но в это не верилось, это было невозможно!
Гарри осмотрелся вокруг: никто не верил, как не верил он, даже сам Дамблдор. Лицо Дамблдора выдавало его. Преподаватели выглядели еще более огорошенными, они не прятали своих чувств. Совершенно ошеломленными казались ученики, они переглядывались и переспрашивали друг друга. Чжоу Чанг закричала: «Гарри! Гарри!»
«Гарри Снейп!»
Гарри вспомнил: «… для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Турнир до конца. Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним магический контракт, который нарушить нельзя.»
Нельзя нарушать — значит, надо встать и идти… Гарри встал и подошел к директору, хотя ноги его всё время норовили пойти не туда. В руке директор по-прежнему сжимал обгорелый кусок бумажки.
Гарри протянул руку, и директор машинально отдал его.
Гарри вгляделся: действительно, «Гарри Снейп»…
— Простите, сэр, но это не мой почерк, — сказал Гарри. — И тут даже школа не указана.
Дамблдор покачал головой и взял бумажку обратно. Он поправил очки и внимательно изучил ее.
— Ты прав, Гарри, — тихо сказал директор. — Но боюсь, что это не имеет значения. К сожалению… или к счастью. Тебе в ту дверь, Гарри… Желаю удачи в Турнире.
— В первом туре Чемпионата 1792 года ловили василиска, — информировал Грязный Гарри. — Маклагген, помнишь еще, кто такой василиск?
По лицу Маклаггенов стало ясно, что они вспоминают.
— Ну и что, — заметил Кормак. — Никто ж не заставит меня силой лезть василиску в пасть. Не понравится задание — просто откажусь его выполнять, и всё.
— И умрешь, — добавила Гермиона. — Кормак, умоляю: прочти «Историю Хогвартса»! Ты не можешь отказаться выполнять задания Турнира. Чемпион заключает с Кубком нерушимый магический договор, который он обязан выполнять, потому что договор нерушимый. Понимаешь? Ты не можешь отказаться. Дамблдор тоже об этом говорил, помнишь?
— Не помню, — мрачно сказал Маклагген.
Было ясно, что эту часть речи Дамблдора он успешно пропустил мимо ушей.
— Дамблдор сказал, что для тех, кто бросил свое имя в Кубок, обратного хода нет. Теперь вы можете только повиноваться. Ты ничего не можешь сделать.
Маклагген-младший дернул старшего за рукав:
— Кормак, это, давай вытащим свои бумажки обратно?
Нахмуренное лицо Кормака разгладилось.
— Попробуй, — усмехнулась Гермиона. — А я посмотрю, что получится.
— Грейнджер, тут тоже какая-то подстава?
— Подставу ты сделал себе сам! Когда заключил контракт, не зная условий!
— Никакого контракта я не подписывал, — возмутился Маклагген.
Гермиона вздохнула:
— Этот контракт не надо подписывать. Достаточно бросить свое имя в Кубок. Считается, что таким образом ты его и подписал. Кормак, ты даже этого не знал? Дамблдор тоже об этом говорил.
— Я ничего не подписывал, и я хочу забрать свою бумагу обратно!
— Ты не можешь, Кормак, — повторила Гермиона. — Ты уже ничего не можешь отменить. Контракт нерушимый. С той минуты, как ты бросил имя в Кубок, от тебя уже не зависит ничего.
Маклагген уставился на брата с подлинным ужасом.
— Молитесь, чтобы Кубок не выбрал вас. Может, пронесет. Это всё, что вы можете сделать!
— Гермиона, ты напугала его до полусмерти, — усмехнулся Гарри.
— Зато в следующий раз он трижды подумает, прежде чем заключать контракт, не вникая в его условия… Если доживет до следующего раза, — заключила Гермиона.
— Между прочим, Диггори действительно бросил свою бумажку, — сказал Рон. — Гарри, ты как?
— Если Диггори в первом задании сожрет василиск, то так ему и надо, — добродушно ответил Гарри.
— А ты не хотел бы бросить?
— Не, я жить хочу.
— Гарри некогда заниматься школьным Турниром, у него взрослые проблемы с Сами-Знаете-Кем, — сказала Астория.
— Ну да, мне и без Турнира василисков подбрасывают.
— А если Диггори станет Чемпионом?
— Пусть становится, — разрешил Гарри. — Пусть трудится изо всех сил. Тогда у него наконец-то не будет времени отвлекаться на меня и на Чанг.
Малфой захихикал, и разговор прервался.
Тем же вечером сутки, данные Дамблдором на голосование, истекли, и все собрались вокруг Кубка узнать результаты «выборов».
Предсказуемо Чемпионом Дурмстранга стал Виктор Крам, Шармбатон представила единственная девушка среди Чемпионов Флёр Делакур, а Хогвартс достался Диггори. Фанаты Диггори заорали, Чжоу Чанг побледнела, Гарри почесал в носу.
И тогда Кубок Огня выкинул номер.
Он снова вспыхнул и выбросил из себя четвертое имя:
— Гарри Снейп!
— Гарри Снейп, — решительно повторил Дамблдор после паузы. — Гарри Снейп, встаньте и выйдите вперед.
Теперь Гарри должен был признать, что не ослышался.
Но в это не верилось, это было невозможно!
Гарри осмотрелся вокруг: никто не верил, как не верил он, даже сам Дамблдор. Лицо Дамблдора выдавало его. Преподаватели выглядели еще более огорошенными, они не прятали своих чувств. Совершенно ошеломленными казались ученики, они переглядывались и переспрашивали друг друга. Чжоу Чанг закричала: «Гарри! Гарри!»
«Гарри Снейп!»
Гарри вспомнил: «… для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Турнир до конца. Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним магический контракт, который нарушить нельзя.»
Нельзя нарушать — значит, надо встать и идти… Гарри встал и подошел к директору, хотя ноги его всё время норовили пойти не туда. В руке директор по-прежнему сжимал обгорелый кусок бумажки.
Гарри протянул руку, и директор машинально отдал его.
Гарри вгляделся: действительно, «Гарри Снейп»…
— Простите, сэр, но это не мой почерк, — сказал Гарри. — И тут даже школа не указана.
Дамблдор покачал головой и взял бумажку обратно. Он поправил очки и внимательно изучил ее.
— Ты прав, Гарри, — тихо сказал директор. — Но боюсь, что это не имеет значения. К сожалению… или к счастью. Тебе в ту дверь, Гарри… Желаю удачи в Турнире.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 36 из 56
