Фандом: Гарри Поттер. С Тайной Комнатой и Философским Камнем разобрались? Отлично. На очереди — Узник Азкабана! Но почему он должен быть одиноким и печальным, бедняжка? Пусть будут два Узника… три Узника… лучше бы, конечно, пять Узников!
134 мин, 14 сек 19163
— Их бы казнили еще ночью, но не могли без подписи мистера Крауча, а его всё еще нет, и Дамблдор бился за них всю ночь… В общем, их казнят.
— Казнят, — повторил Гарри.
— Ты не рад?
— Я не знаю.
«Я обязан жизнью профессору Поттеру. Как и мой отец. Он спас жизнь мне и моему отцу, а теперь его казнят.»
— Блэка мне не жаль. Блэк свое заслужил, — сказал Гарри вслух. — Но Поттер спас мне жизнь.
— Гарри, я не собираюсь защищать Сириуса Блэка, но он не хотел тебе ничего плохого. Он не заслужил смерти! — возразила Гермиона.
— Он еще летом пытался убить меня!
— Наоборот! Это было ужасное недоразумение… Его об этом спрашивали. На самом деле он хотел тебя спасти! Он узнал от Поттера, как над тобой издеваются Дурсли, и решил прийти и напугать их, проучить их! А ты его так встретил…
— Защитить меня, надо же…
— Гарри, пока ты спал, мы всю ночь тем и занимались, что допрашивали Мародеров. Обо всем. И поговорили с ними по душам… Жаль, что мы не сделали этого раньше. Я, конечно, осуждаю их за всё, что они сделали, но они не так уж виноваты! Они приводят хорошие оправдания. Они на самом деле не преступники, и вовсе не плохие люди… Тот же Блэк, он настоящий друг! Он так защищал своих друзей… Они рассказали, например, что когда они сбежали из тюрьмы, то Люпин надеялся укрыть их у оборотней. И оборотни согласились, но с тайной целью: они ночью напали на Поттера и попытались съесть. Помнишь наш разговор про анимагическую форму? Мы догадались, что форма профессора Поттера — олень. И волкам это показалось живым деликатесом. Люпин и Блэк еле отбили друга — они вдвоем против двадцати оборотней!
— Как трогательно.
— Их дружба, их преданность друг другу действительно трогательна! — воскликнула Гермиона.
— Зачем они поперлись в Хогвартс?
Гермиона вздохнула:
— Они могли этого не делать. Дамблдор предлагал им сидеть в защищенном особняке Блэка — помнишь, мы о нем говорили? Там бы их никто не достал. Но они воспротивились: как это, три взрослых активных человека должны сидеть взаперти! Они хотели работать. Не хотели сидеть бездельниками и нахлебниками на чужой шее… И тогда Дамблдор предложил им работать в Хогвартсе.
Он считал, что сможет защитить их от дементоров…
— И Блэка тоже?
Гермиона запнулась:
— С Блэком сложнее. Дамблдор был против, чтобы он появлялся в Хогвартсе, он настаивал, чтобы Блэк сидел в своем особняке на Гриммо. Взаперти. Но Блэку стало там просто скучно!
— Скучно, — тупо повторил Гарри.
— Да, скучно. Особенно когда его друзья уехали в Хогвартс и он остался в доме совершенно один. Он не выдержал и сбежал. При первой возможности он побежал навестить друзей, как только услышал, что дементоры убрались из Хогвартса.
— И он даже не подумал, что благодаря ему они вернутся?
— Я считаю, он вообще не думал об этом, Гарри. Просто радовался встрече с друзьями, свободе…
«Оборотень треснул по голове меня, а не Блэка. А по рассказу Гермионы кажется, что наоборот,» — подумал Гарри. — «Хотя, если Блэк с детства знал оборотня и получал от него по башке каждое полнолуние, то его поведение неудивительно.»
— Зачем вообще Мародерам работать? Разве Блэк не миллионер?
— Они не хотели, чтобы он их содержал! И потом, Люпин всю жизнь мечтал работать в школе. Знаешь, это мечта всей его жизни. И неосуществимая, ведь оборотням запрещено работать в детских учреждениях. А Люпин всегда хотел быть учителем. И когда Дамблдор ему это предложил… Никто не в силах был его удержать…
— Но в школе он ходил в обносках.
— Гарри, у Люпина никогда не было денег. Он же оборотень.
— А почему Блэк ему не дал?
Гермиона задумалась.
— Знаешь, я понимаю Блэка. Всё-таки Люпин и Поттер позволили посадить его, невиновного, в Азкабан, и не верили, когда он доказывал свою невиновность. И не навещали его в Азкабане. Я думаю, он обиделся. Но он имел право, признай, Гарри!
— И это называется «трогательная дружба»?
— Какая теперь разница… В любом случае, их скоро казнят.
— Когда?
— В девять. Через полчаса.
Гарри чувствовал себя ужасно. Но сейчас он рассердился на Гермиону по-настоящему:
— Через полчаса! И мы тратим время на разговоры?!
— А что ты можешь сделать?
— Мы должны требовать помилования! Тащи Министра сюда, я поговорю с ним.
— Это бесполезно, Гарри. Дамблдор уговаривал его всю ночь.
— Надо что-то сделать, — угрюмо сказал Гарри.
— Ты уверен? Ты действительно хочешь их спасти?
Гарри поморщился:
— Абсолютно не хочу, но Поттер спас мне жизнь! Его не должны казнить из-за меня. Я ему должен, тролль подери, я должен его спасти!
— Это хорошо, — кивнула Гермиона. — Знаешь, у меня была целая ночь, чтобы поговорить с ними, познакомиться поближе… Знаешь, они совсем не плохие люди, по сути. Если присмотреться к ним. Я очень рада, что ты хочешь их спасти, потому что я тоже этого хочу!
— Тогда о чем мы болтаем? Тратим время, когда его и так не осталось…
Гермиона таинственно улыбнулась.
— Доверься мне, Гарри. Как раз со временем проблем не будет — времени у нас сколько хочешь, хоть вся эта ночь!
— Не понимаю.
— Казнят, — повторил Гарри.
— Ты не рад?
— Я не знаю.
«Я обязан жизнью профессору Поттеру. Как и мой отец. Он спас жизнь мне и моему отцу, а теперь его казнят.»
— Блэка мне не жаль. Блэк свое заслужил, — сказал Гарри вслух. — Но Поттер спас мне жизнь.
— Гарри, я не собираюсь защищать Сириуса Блэка, но он не хотел тебе ничего плохого. Он не заслужил смерти! — возразила Гермиона.
— Он еще летом пытался убить меня!
— Наоборот! Это было ужасное недоразумение… Его об этом спрашивали. На самом деле он хотел тебя спасти! Он узнал от Поттера, как над тобой издеваются Дурсли, и решил прийти и напугать их, проучить их! А ты его так встретил…
— Защитить меня, надо же…
— Гарри, пока ты спал, мы всю ночь тем и занимались, что допрашивали Мародеров. Обо всем. И поговорили с ними по душам… Жаль, что мы не сделали этого раньше. Я, конечно, осуждаю их за всё, что они сделали, но они не так уж виноваты! Они приводят хорошие оправдания. Они на самом деле не преступники, и вовсе не плохие люди… Тот же Блэк, он настоящий друг! Он так защищал своих друзей… Они рассказали, например, что когда они сбежали из тюрьмы, то Люпин надеялся укрыть их у оборотней. И оборотни согласились, но с тайной целью: они ночью напали на Поттера и попытались съесть. Помнишь наш разговор про анимагическую форму? Мы догадались, что форма профессора Поттера — олень. И волкам это показалось живым деликатесом. Люпин и Блэк еле отбили друга — они вдвоем против двадцати оборотней!
— Как трогательно.
— Их дружба, их преданность друг другу действительно трогательна! — воскликнула Гермиона.
— Зачем они поперлись в Хогвартс?
Гермиона вздохнула:
— Они могли этого не делать. Дамблдор предлагал им сидеть в защищенном особняке Блэка — помнишь, мы о нем говорили? Там бы их никто не достал. Но они воспротивились: как это, три взрослых активных человека должны сидеть взаперти! Они хотели работать. Не хотели сидеть бездельниками и нахлебниками на чужой шее… И тогда Дамблдор предложил им работать в Хогвартсе.
Он считал, что сможет защитить их от дементоров…
— И Блэка тоже?
Гермиона запнулась:
— С Блэком сложнее. Дамблдор был против, чтобы он появлялся в Хогвартсе, он настаивал, чтобы Блэк сидел в своем особняке на Гриммо. Взаперти. Но Блэку стало там просто скучно!
— Скучно, — тупо повторил Гарри.
— Да, скучно. Особенно когда его друзья уехали в Хогвартс и он остался в доме совершенно один. Он не выдержал и сбежал. При первой возможности он побежал навестить друзей, как только услышал, что дементоры убрались из Хогвартса.
— И он даже не подумал, что благодаря ему они вернутся?
— Я считаю, он вообще не думал об этом, Гарри. Просто радовался встрече с друзьями, свободе…
«Оборотень треснул по голове меня, а не Блэка. А по рассказу Гермионы кажется, что наоборот,» — подумал Гарри. — «Хотя, если Блэк с детства знал оборотня и получал от него по башке каждое полнолуние, то его поведение неудивительно.»
— Зачем вообще Мародерам работать? Разве Блэк не миллионер?
— Они не хотели, чтобы он их содержал! И потом, Люпин всю жизнь мечтал работать в школе. Знаешь, это мечта всей его жизни. И неосуществимая, ведь оборотням запрещено работать в детских учреждениях. А Люпин всегда хотел быть учителем. И когда Дамблдор ему это предложил… Никто не в силах был его удержать…
— Но в школе он ходил в обносках.
— Гарри, у Люпина никогда не было денег. Он же оборотень.
— А почему Блэк ему не дал?
Гермиона задумалась.
— Знаешь, я понимаю Блэка. Всё-таки Люпин и Поттер позволили посадить его, невиновного, в Азкабан, и не верили, когда он доказывал свою невиновность. И не навещали его в Азкабане. Я думаю, он обиделся. Но он имел право, признай, Гарри!
— И это называется «трогательная дружба»?
— Какая теперь разница… В любом случае, их скоро казнят.
— Когда?
— В девять. Через полчаса.
Гарри чувствовал себя ужасно. Но сейчас он рассердился на Гермиону по-настоящему:
— Через полчаса! И мы тратим время на разговоры?!
— А что ты можешь сделать?
— Мы должны требовать помилования! Тащи Министра сюда, я поговорю с ним.
— Это бесполезно, Гарри. Дамблдор уговаривал его всю ночь.
— Надо что-то сделать, — угрюмо сказал Гарри.
— Ты уверен? Ты действительно хочешь их спасти?
Гарри поморщился:
— Абсолютно не хочу, но Поттер спас мне жизнь! Его не должны казнить из-за меня. Я ему должен, тролль подери, я должен его спасти!
— Это хорошо, — кивнула Гермиона. — Знаешь, у меня была целая ночь, чтобы поговорить с ними, познакомиться поближе… Знаешь, они совсем не плохие люди, по сути. Если присмотреться к ним. Я очень рада, что ты хочешь их спасти, потому что я тоже этого хочу!
— Тогда о чем мы болтаем? Тратим время, когда его и так не осталось…
Гермиона таинственно улыбнулась.
— Доверься мне, Гарри. Как раз со временем проблем не будет — времени у нас сколько хочешь, хоть вся эта ночь!
— Не понимаю.
Страница 34 из 37
