Хэллоуин-вечеринка

Неожиданно что-то схватило и потянуло меня за юбку. Я пискляво и истерично вскрикнула, радуясь, что слушателей немного. Только в голливудских фильмах крики главных героинь звучат впечатляюще; в настоящей жизни человек, испугавшись, кричит менее гармонично.

Моим «нападающим» оказался сук деревца, за который зацепилась моя длинная юбка. Стало немного стыдно и очень смешно.

Когда я наклонилась, чтобы освободиться, две холодные руки закрыли мои глаза. Я вздрогнула, подпрыгнула, заверещала и выронила фонарик, который стукнулся обо что-то и сразу погас. Сердце забыло биться.

Увернувшись от легкого захвата и, обернувшись, увидела, естественно, Ленку, которая заливалась смехом.

— Дурацкая шутка, — сердито проворчала я, про себя решив обязательно отомстить, ещё этой ночью.

Я достала второй фонарик, который оказался ещё менее эффективным, так что в его свете оказалось совершенно нереальным найти уроненный первый. Лена же, схватив своей ледяной ладонью мою руку, уже увлекала меня дальше, в направлении к заброшенной игровой площадке.

Мелодичный звон колокольчиков, такой неуместный в этом ночном лесу, известил меня, что на телефон поступило сообщение.

«Где ты?» высветилось на мониторе. Эсэмэску отправили с телефона Елены. Я улыбнулась и покачала головой. Нет, на этот трюк я не попадусь. Быстро набрала на ходу ответ«В аду!» и добавила хихикающий смайлик бесёнка.

Вместе с подругой мы пробирались дальше через ночной лес, спотыкаясь о корни и ветки. Красные пары глаз наблюдали за нами из темноты — жуткое зрелище, но по опыту знала, что владельцы этих глаз на самом деле меньше, чем рисовала мне подпитанная адреналином фантазия. Зачастую это были ежи и разбуженные кролики, реже — пугливые олени. Все они боялись нас больше, чем мы их. Единственно опасными могли быть кабаны, но отец Лены, егерь, предупредил бы нас, если бы в последнее время заметил их вблизи.

Деревья расступились, открывая вид на игровую площадку. Здесь было светлей, чем в лесу, легко удалось рассмотреть невысокую облупленную карусель, обломанные останки песочницы с грибком (от песка не осталось и следа), выцветшие и щербатые от времени фигуры лошадок-пружинок и единственные качели, тоскливо поскрипывающие и криво висящие на только одной ржавой цепи.

Тусклый лунный свет охранял этот печальный уголок. Жертва пожара и ведьма, мы вполне органично вписывались в ландшафт.

Я почувствовала, что вечер достиг своего апогея. Что бы не должно было произойти, случится сейчас. Что запланировала подруга в этот раз? Выбегут ли из леса с криками другие участницы вечеринки? Или где-то здесь спрятана подсказка, как их искать? Я сконцентрировалась, обещая себе не пугаться, зная, что это бесполезно и нервно хихикая от напряжённого ожидания.

Лена повернулась ко мне и я с восторгом вскрикнула — её жёлтый глаз светился, кошачий зрачок хищно пульсировал. Подруга засмеялась, показывая отвратительный оскал во всей красе. Это было не милое девичье хихиканье, а наводящий дрожь хохот. С одной стороны, я понимала, что это часть представления, а с другой — мне стало по настоящему страшно.

— Красиво, не правда ли? — прошепелявила она с наигранным кокетством, показывая на изуродованную сторону лица.

— Раньше я была по настоящему красивой, но теперь думаю, что так даже лучше. Что скажешь?

Улыбка её застыла в зверином оскале, кошачий глаз гипнотизировал.

Наверное мне следовало в свою очередь разыграть роль ведьмы, но я сумела только кивнуть и, без намерения и цели, на шаг приблизиться к подруге.

— Нас немало таких, особенных. Не желаешь ли присоединиться? Много путей ведут к нам. Мне помогла опрокинувшаяся свеча, кому-то бешеный пёс, но мы все по-своему прекрасны. Готова ли ты заплатить цену?

— Какую цену? — прошептала я, не в состоянии оторвать взгляд от продолговатого пульсирующего зрачка и снова сделала маленький шаг вперёд.

Лена наклонилась ко мне, хищно облизнула губы и просипела:

— Боль. Адская боль.

Её дыхание пахло гарью.

Мелодичный звон телефона заставил вздрогнуть, но уже секунду спустя я выхватила мобильник из кармана, радуясь крупице нормальности. Звонили опять с телефона Лены. Я приняла звонок и крикнула в трубку:

— Буууу! — не оригинальная и весьма плоская шутка, но не всё же мне пугаться. На другом конце некоторое время царило молчание. Потом раздался раздражённый голос Елены:

— Дарья? Ты где? Мы все ждём.

Я растерянно посмотрела на свою ночную спутницу, как так? Она сделала запись своего голоса?

— Где вы меня ждёте? Выходите уже, хорош прятаться.

Снова последовало растерянное молчание.

— Мы, как всегда, на веранде. Ты скоро?

Я оглянулась, всё ещё ожидая, что из засады выскочат девчонки. Когда мой взгляд вернулся к месту, где стояла Лена, её уже не было.

Я несколько раз громко позвала её по имени, и, кажется, услышала тихое хихиканье из леса, но моё сердце колотилось так сильно, что грохот пульса в ушах перекрывал все звуки.