Честно говоря, сам не знаю, зачем я это сделал. Наверное, просто хотел помочь лучшему другу. Или, может быть, эта вещица действительно вызвала мой интерес своей необычностью…
27 мин, 13 сек 11643
С этими словами тот ухватился свободной рукой за плечо Кима и… Выдернул ему руку. Раздался громкий хруст костей, и конечность Кима свалилась на асфальт, поливаемая брызгами густой, липкой крови. Приятель перестал сопротивлятся. Он завороженно смотрел в глаза страшного антиквара, а тот неестественно широко улыбался. Посмотрев на лицо несчастного приятеля, я ужаснулся: губы его искривились, изобразив жуткую, безобразную улыбку, идентичную улыбке старьевщика. Кровь хлестала из ужасной раны жертвы, образуя на ровном асфальте тёмно-красную вязкую лужу. Внезапно лицо Гаррисона стало абсолютно чёрным. Он весь стал тёмным: одежда, тело, обувь… Я стоял неподвижно, словно какая-то неведомая сила держала меня на месте. Это было похоже на ночной кошмар. Тем временем чёрный человек медленно, не спеша начал выкручивать вторую руку Кима. До моих ушей снова донёсся протяжный сухой скрежет, издаваемый сокрушаемыми костями умирающего приятеля, дрожащего в железной хватке антиквара. Агония страшно исказила лицо Кима, но безумная улыбка не сходила с его бледного лица. Я истошно закричал, и, собрав всю свою волю, пустился наутёк…
Я даже не думал, что человек может бегать так быстро. Ноги сами несли меня прочь от того ужасного места. Я убежал, но в мыслях моих по-прежнему звучал голос страшного антиквара: «Я найду тебя, найду, дружок!» Он пронизывал всю мою сущность замогильным холодом…
В полицейском участке мне сообщили, что никакого мистера Гаррисона, соответствующего моим описаниям, не существует. Его попросту не было в архиве, как и лавки «Антикварная Крепость»! «Вероятно, вы были пьяны, мистер Джек, или же находились под действием психотропных препаратов», — усмехнулся командир Патруля Полиции, выслушав мой сбивчивый рассказ.
— Но убийство… Оно произошло час назад! — воскликнул я, подогреваемый пережитым ужасом — Клянусь, я ничего не употреблял, вы можете проверить меня хоть сейчас!
Пожав плечами и снова усмехнувшись в усы, полицейский взял мою кровь на анализ. По его лицу было отчётливо видно, что он не доверял мне… Взглянув, однако, на экран наркодетектора, он с удивлением убедился в моей кристальной трезвости.
— Вы видите! — вскричал я — Всё, сказанное мной, является истиной! Я своими глазами видел, как этот старьёвщик разорвал моего приятеля! Я знаю, это звучит невероятно, но это правда! Прошу вас, просмотрите ваш архив ещё раз… Этот антиквар… Он убил Кима и угрожал мне, его нужно упрятать в тюрьму и поскорее!
С жаром произнеся сию речь, я полными надежды глазами посмотрел на полицейского. Он должен помочь, обязан выслать отряд и поймать этого мерзавца, кем бы он не был! Встретив мой взгляд, командир Патруля открыл было рот… И промолчал. Затем, устало вздохнув, он промолвил:
— Вы больны, мистер Джек. Думаю, вам было бы лучше обратиться к психиатру. Извините.
Эти слова повергли меня в леденящее оцепенение.
— Но я видел… Своими глазами… — растерянно бормотал я, чувствуя, как покидает меня мой воспалённый рассудок.
— Понимаю, я всё понимаю, — тихо сказал полицейский, — Прошу вас, успокойтесь… Это была всего лишь галлюцинация, не более. Это лечится, притом весьма успешно.
Однако я настоял на своем и всё же смог убедить полицию попытаться отыскать тело моего погибшего приятеля. Не мог же антиквар взять его с места преступления и пройтись с ним по улице незамеченным! Это было бы полным абсурдом, учитывая то, что улица Карвена, на которой произошла трагедия, не могла долго оставаться безлюдной. Успокоенный этой мыслью (на сколько это было возможно в моем положении), я отправился домой. Ближе к вечеру я сам стал относиться к увиденному скептически. Мой разум просто отказывался воспринимать то, что произошло на злополучной улице. Мои мысли мешались… И всё же случившееся со мной было реальностью. Хотя подобное может происходить разве что на страницах какой-нибудь книги ужасов, мои глаза видели то, что видели.
Очень скоро, однако, я начал сомневаться в здравости своего рассудка, ибо тело Кима так и не обнаружили. В последующие несколько дней я был погружен в депрессию, меня постоянно преследовали кошмары, в которых чёрный человек стоял надо мной и улыбался. Образ смеющегося старьёвщика преследовал меня буквально повсюду: в проходящих мимо незнакомцах, в голографических изображениях, в лице моего начальника и даже в собственном отражении. В конце концов, я решил навсегда выкинуть из головы мистера Гаррисона, а также всё, что с ним было связано… Но судьба распорядилась иначе.
Я даже не думал, что человек может бегать так быстро. Ноги сами несли меня прочь от того ужасного места. Я убежал, но в мыслях моих по-прежнему звучал голос страшного антиквара: «Я найду тебя, найду, дружок!» Он пронизывал всю мою сущность замогильным холодом…
В полицейском участке мне сообщили, что никакого мистера Гаррисона, соответствующего моим описаниям, не существует. Его попросту не было в архиве, как и лавки «Антикварная Крепость»! «Вероятно, вы были пьяны, мистер Джек, или же находились под действием психотропных препаратов», — усмехнулся командир Патруля Полиции, выслушав мой сбивчивый рассказ.
— Но убийство… Оно произошло час назад! — воскликнул я, подогреваемый пережитым ужасом — Клянусь, я ничего не употреблял, вы можете проверить меня хоть сейчас!
Пожав плечами и снова усмехнувшись в усы, полицейский взял мою кровь на анализ. По его лицу было отчётливо видно, что он не доверял мне… Взглянув, однако, на экран наркодетектора, он с удивлением убедился в моей кристальной трезвости.
— Вы видите! — вскричал я — Всё, сказанное мной, является истиной! Я своими глазами видел, как этот старьёвщик разорвал моего приятеля! Я знаю, это звучит невероятно, но это правда! Прошу вас, просмотрите ваш архив ещё раз… Этот антиквар… Он убил Кима и угрожал мне, его нужно упрятать в тюрьму и поскорее!
С жаром произнеся сию речь, я полными надежды глазами посмотрел на полицейского. Он должен помочь, обязан выслать отряд и поймать этого мерзавца, кем бы он не был! Встретив мой взгляд, командир Патруля открыл было рот… И промолчал. Затем, устало вздохнув, он промолвил:
— Вы больны, мистер Джек. Думаю, вам было бы лучше обратиться к психиатру. Извините.
Эти слова повергли меня в леденящее оцепенение.
— Но я видел… Своими глазами… — растерянно бормотал я, чувствуя, как покидает меня мой воспалённый рассудок.
— Понимаю, я всё понимаю, — тихо сказал полицейский, — Прошу вас, успокойтесь… Это была всего лишь галлюцинация, не более. Это лечится, притом весьма успешно.
Однако я настоял на своем и всё же смог убедить полицию попытаться отыскать тело моего погибшего приятеля. Не мог же антиквар взять его с места преступления и пройтись с ним по улице незамеченным! Это было бы полным абсурдом, учитывая то, что улица Карвена, на которой произошла трагедия, не могла долго оставаться безлюдной. Успокоенный этой мыслью (на сколько это было возможно в моем положении), я отправился домой. Ближе к вечеру я сам стал относиться к увиденному скептически. Мой разум просто отказывался воспринимать то, что произошло на злополучной улице. Мои мысли мешались… И всё же случившееся со мной было реальностью. Хотя подобное может происходить разве что на страницах какой-нибудь книги ужасов, мои глаза видели то, что видели.
Очень скоро, однако, я начал сомневаться в здравости своего рассудка, ибо тело Кима так и не обнаружили. В последующие несколько дней я был погружен в депрессию, меня постоянно преследовали кошмары, в которых чёрный человек стоял надо мной и улыбался. Образ смеющегося старьёвщика преследовал меня буквально повсюду: в проходящих мимо незнакомцах, в голографических изображениях, в лице моего начальника и даже в собственном отражении. В конце концов, я решил навсегда выкинуть из головы мистера Гаррисона, а также всё, что с ним было связано… Но судьба распорядилась иначе.
Страница 6 из 9
