Холодные сердца: украденное счастье

Внезапно раздался громкий стук в дверь. Я тут же очнулась от размышлений и поспешила к выходу, а Темный Лорд вскочил с кресла. Не успела я опомниться, как в кабинет влетел Долохов, тяжело дыша и нервно озираясь по сторонам. Его мантия была порвана, волосы взмокли, лицо и руки были испачканы в крови.

— Милорд! У нас проблемы! — выпалил он с ходу, едва переступив порог.

— Что случилось? — голос Лорда звучал ровно и спокойно. Он смерил Пожирателя равнодушным взглядом и снова вернулся в кресло.

— Мы были на рейде, и тут… Авроры… Теренс и Стоун мертвы, Уилкис в Азкабане… — принялся тараторить Антонин. — Они застали нас врасплох, никто ничего не мог сделать, Милорд…

— Ты можешь рассказать нормально? — резко перебил его Темный Лорд. — Что произошло?

— Мы только что были на рейде в какой-то маггловской деревне, как вдруг появились авроры. Их было раза в три больше, чем нас, вот они и принялись кидать в нас заклинаниями, в итоге двое погибли — Теренс и Стоун, они защищались, но… Уилкиса забрали в Азкабан, хотят его допросить… Майкнер, Эйвери и Лестрейндж ранены, я не знаю, выжили ли они. Возможно, есть еще жертвы, я не видел… Я сразу к вам, Милорд…

От его слов мне стало не по себе, на несколько мгновений показалось, что время остановилось, а я нахожусь где-то далеко отсюда.

— Что ты сказал? — воскликнула я. — Лестрейндж ранен? Какой из них?

Антонин замолчал и посмотрел на меня. В его взгляде читались усталость, вина и капля испуга. Я замерла, боясь услышать самое ужасное, и не напрасно.

— Рудольфус, — выдохнул Долохов. — Я видел, как в него попало какое-то заклятие, и больше он не двигался. Рабастану удалось вместе с ним бежать, но я не знаю, что с ними… Они должны были вызвать Снейпа…

От этих слов я замерла, расширенными глазами глядя на Долохова. В тот миг мне было плевать на все, что происходило вокруг — на Антонина, на Темного Лорда, на стычку с аврорами, теперь в моих мыслях остался только Руди. Мерлинова борода, какой же он идиот! А ведь я всегда считала, что хорошо его знаю, и совершенно забыла об этом глупом героизме, отчаянном желании показать себя. Ведь нужно было учесть, что Рудольфусу ничего не стоит полезть на рожон, дабы что-то кому-то доказать, а сейчас я была почти уверена, что Рудольфус специально подставил себя под заклятье. Ведь, если учитывать его поведение в последние недели, то он был способен на все, и его ни капли не волновала его собственная жизнь. Какая же я глупая, во всем виновата лишь я. Не уйди я от него, ничего бы не случилось…

Через несколько минут я поняла, что сижу на диване, сжавшись, а Темный Лорд не сводит с меня пристального взгляда. Долохов же продолжал топтаться около дверей, напряженно наблюдая за Лордом. Я поспешила встать и направилась к выходу. Нужно было поскорее найти Рабастана, узнать, как Руди, увидеть его, возможно, чем-то помочь…

Выйдя из кабинета, я снова обернулась и увидела, что Темный Лорд провожает меня взглядом, и на миг мне показалось, что в его глазах промелькнуло разочарование. Хотя, скорее всего, мне показалось, и это был лишь отблеск пламени камина. Потом он, кажется, вздохнул и повернулся к Долохову, чтобы выяснить все подробности происшествия, а я, опустив голову, пошла в сторону лестницы.

Глава 14. Разоблачение

Но зато я так стремительно падаю вверх,

Как будто притяжения нет,

И нет ни законов, ни правил.

Я ничего не знаю о них,

Как будто в детстве не было книг,

И учиться никто не заставил.

(Флер «Искупление»)

Ветер дул мне в лицо, безжалостно трепал волосы, а на глаза тут же наворачивались слезы. Я вытирала их тыльной стороной ладони и глубоко вдыхала свежий воздух. Нет, я не плакала, просто у меня были очень чувствительные глаза, а мне нравилось подставлять лицо резким порывам ветра. Вдали постепенно темнел горизонт, и в какие-то моменты мне начинало казаться, что вскоре эта тьма заполонит собой все небо. Тучи сгущались все плотнее и плотнее, готовясь обрушиться на землю очередным дождем, а, возможно, и первым снегом. В этом году ноябрь выдался на удивление теплым, что было необычно для здешнего климата.