Холодные сердца: украденное счастье

Прочитав половину статьи, я скомкала последний выпуск «Ежедневного Пророка» и бросила его в пылающий камин. Хотя сейчас на дворе царил июль, небо было затянуто тучами, по стеклам который день стучали капли дождя, а деревья терзали бешеные порывы ветра. Поэтому большую часть времени приходилось прятаться от непогоды в помещении, сидя у камина.

— Там что-то серьезное, Беллс? — послышался голос Тома.

В ответ я лишь скептически хмыкнула.

— Ничего особенного, за исключением того, что Министерство по-прежнему не хочет признавать очевидные факты, — сказала я.

Он сидел в кресле, расслабленно откинувшись на спинку. Я же устроилась на полу, на мягком ковре, положив голову ему на колени. Том запустил свои пальцы в мои волосы и медленно перебирал локоны. С моего лица не сходила легкая улыбка, и если бы я была кошкой, то, скорее всего, довольно замурлыкала бы. Наверное, я была единственным человеком, который мог чувствовать себя столь умиротворенно в присутствии Темного Лорда. И это несмотря на то, что его действия и поведение по-прежнему оставались непредсказуемыми даже для меня. Он мог быть спокойным и рассудительным, а потом внезапно так разгневаться, что не побрезговал бы применить несколько Непростительных, и наоборот — его злость могла моментально перерасти в нежность. Хотя, наверное, свидетелем последнего могла быть только я, так как на людях он оставался предельно сдержанным, холодным и непроницаемым. Очень многие боялись именно этого спокойствия, его тихого, порой даже мягкого голоса, который в любой момент мог превратиться в шипение, выражающее высшую степень гнева. Даже я не всегда могла различить, доволен он или нет, и лишь только тогда, когда в его глазах появлялись столь знакомые мне теплые искорки, у меня, наконец, получалось полностью расслабиться. Конечно, Темный Лорд знал о том, что я испытываю в его присутствии, но, казалось, не обращал на это особого внимания. Лишь только в те моменты, когда меня что-то особенно сильно терзало, он тут же начинал со мной разговор, тем самым давая понять, что ему небезразлично все, что со мной происходит. Впрочем, в последнее время у меня было немного поводов для беспокойства, за исключением, конечно, моих отношений с Рудольфусом и страха потерять Тома, который уже перерос в настоящую фобию. Разумеется, Темный Лорд не раз пытался уверить меня, что никуда не исчезнет, но мне почему-то все равно было страшно. Каждая ночь, которую я проводила не в Логове, была для меня мучением: я подолгу не могла заснуть и с нетерпением ждала наступления утра, чтобы снова увидеть Тома и пусть ненадолго, но наконец успокоиться.

— Белла, если ты будешь так жить и дальше, то доведешь себя до нервного срыва, — сказал как-то Том. — Скажи, когда ты в последний раз нормально спала?

Это была та знаменательная ночь после погрома в Джегсон-Тауне. Все Пожиратели Смерти вернулись в Логово в отличном расположении духа и остались в зале собраний праздновать успешно проведенный рейд. Я же тихонько поднялась на второй этаж, зашла к Тому. Он, к счастью, был один, и никто не мог помешать нам провести несколько часов вместе. Но как только Том поднял на меня взгляд, на его лице на долю секунды отразилось беспокойство, вскоре сменившееся возмущением, которое он, похоже, намеренно не скрывал.

Но вместо ответа я лишь пожала плечами и отвела взгляд. До того момента я все еще пыталась скрыть от Тома свою нервозность, хоть и понимала, что в этом нет никакого смысла. Но Темный Лорд не стал смотреть сквозь пальцы на мои терзания. Он долго разговаривал со мной, хотя я даже особо не прислушивалась к его словам. Рядом с ним, в его объятиях мне было настолько спокойно и хорошо, что даже не верилось, что еще ночью я мучилась от страха, что больше не увижу Тома.

— Беллс, ты должна пообещать мне, что будешь хоть немного заботиться о себе, — твердо сказал он, сжимая мою руку.

— Я постараюсь.