Многим хорошо известным из художественной литературы криминальным сюжетам присущи условность и явная завиральность. То же самое можно сказать и о художественом кинематографе — глядя иные киноподелки, признанные повсеместно шедевральными, понимаешь, что фантазии сценаристов нет прямо-таки никаких пределов.
117 мин, 35 сек 20888
Понимая, что имевшиеся в руках обвинения собственноручные записи окажутся мощным доказательством его злонамеренности и опасности для окружающих, Насо попытался упредить обращение прокуроров к этой улике. Обвиняемый заявил, что т. н. «дневник» — это вовсе не записи с изложением реальных событий, а лишь фиксация сновидений. Дескать, психоаналитик рекомендовал ему письменно излагать все травмирующие мысли, переживания и сновидения, а он лишь следовал однажды полученному совету…
В принципе, такое объяснение могло быть дать нужный эффект в том случае, если бы обвинение не решилось огласить описание этих самых «сновидений». Но обвинение решилось и обширные выдержки из этого «журнала изнасилований» были зачитаны в зале суда. Ввиду специфичности темы и крайнего цинизма присущего Насо литературного стиля, судья особо подчеркнул, что запрещает присутствующим вести какие-либо записи во время чтения. Оригинал текста«дневников» Насо не смогли получить ни криминальные репортёры, ни писатели, поэтому содержание сделанных им записей известно только в самом приблизительном пересказе. Но даже этого достаточно для того, чтобы составить общее представление о«творчестве» Насо — тот оставил далеко позади таких корифеев садизма, как маркиз де Сад и Карл Панцрам. Чтение произвело на присяжных самое удручающее впечатление, которое ещё более усилилось от сопуствующих комментариев обвинителей, скурпулёзно подчёркивавших каждое совпадение упоминаемых деталей с обстоятельствами реальных преступлений, инкриминируемых Насо (начиная от описания одежды и особых примет жертв, до деталей их травмирования и умерщвления). Совпадений таких оказалось множество и любому разумному человеку было ясно, что никакими сновидениями подобную осведомлнность объяснить невозможно.
Тягостное впечатление от чтения фрагментов «мемуаров» усилилось после того, как прокурор Розмари Слоат продемонстрировала присяжным большую подборку«фотопродукции» Насо. Сам обвиняемый позиционировал себя как«фотографа в стиле ню» или даже«гламура», но огромную часть его фотоколлекции занимали снимки с садо-мазо-атрибутиокой. На них модели были облачены в кожаные маски, корсеты, сапоги на шпильках и т. п.; и везде присутствовали всевозможные плети, хлысты и им подобные орудия порки. Тот, кто делал такие фотографии явно был одержим всей этой садистской мишурой. При просмотре фотографий, подобранных обвинением, сама собой напрашивалась параллель с тем, что все жертвы убийств, инкриминируемых Насо, подвергались перед смертью порке.
20 августа 2013 г., во вторник, присяжные заседатели удалились на совещание, которое продолжилось всего 4 часа. Это необычно короткий интервал, даже по гораздо более простым делам прения присяжных растягиваются на несколько суток. То, что на этот раз жюри так быстро определилось с вердиктом, свидетельствовало о царившем среди его членов единодушии. Присяжные признали Джозефа Насо виновным по всем пунктам обвинения и достойным смертной казни, другими словами, никаких смягчающих его вину обстоятельств они в материалах процесса не усмотрели. 6 сентября судья вынес смертный приговор.
Насколько известно, сейчас Насо жив и находится за решёткой. Вряд ли он действительно будет казнён, поскольку в Калифорнии ныне более семи сотен смертников дожидаются приведения приговоров в исполнение. Это связано с тем, что Департамент юстиции штата практически ввёл мораторий на исполнение смертных приговоров, которые хотя и продолжают выноситься судами, но фактически не влекут немедленного (или хотя бы, скорого) исполнения.
Насо не даёт интервью, что можно понять — он претерпел редкостное жизненное фиаско и ему есть отчего страдать. Вину свою он не признал и, по-видимому, уже и не признает. Поскольку такое признание равносильно тому, чтобы сказать вслух «меня осудили правильно!». Понятно, что человек с таким чудовищным самолюбием неспособен на подобное саморазоблечение.
Убивал ли Насо девочек в Рочестере в 1971-1973 гг., другими словами, являлся ли он истинным «Алфавитным Убийцей»? Формально, его в этих преступлениях никогда не обвиняли, соответственно, и виновным в них его признать невозможно. Точных и однозначных улик связывающих Насо с тем давним «сериалом» отыскать, по-видимому, уже не удастся. Сам Джозеф Насо менее всего расположен к чистосердечному признанию, во всяком случае, сейчас. Возможно, если он проживёт в заключении достаточно долго, его настроение переменится и тогда Насо пожелает что-то сказать по существу подозрений в свой адрес.
В принципе, такое объяснение могло быть дать нужный эффект в том случае, если бы обвинение не решилось огласить описание этих самых «сновидений». Но обвинение решилось и обширные выдержки из этого «журнала изнасилований» были зачитаны в зале суда. Ввиду специфичности темы и крайнего цинизма присущего Насо литературного стиля, судья особо подчеркнул, что запрещает присутствующим вести какие-либо записи во время чтения. Оригинал текста«дневников» Насо не смогли получить ни криминальные репортёры, ни писатели, поэтому содержание сделанных им записей известно только в самом приблизительном пересказе. Но даже этого достаточно для того, чтобы составить общее представление о«творчестве» Насо — тот оставил далеко позади таких корифеев садизма, как маркиз де Сад и Карл Панцрам. Чтение произвело на присяжных самое удручающее впечатление, которое ещё более усилилось от сопуствующих комментариев обвинителей, скурпулёзно подчёркивавших каждое совпадение упоминаемых деталей с обстоятельствами реальных преступлений, инкриминируемых Насо (начиная от описания одежды и особых примет жертв, до деталей их травмирования и умерщвления). Совпадений таких оказалось множество и любому разумному человеку было ясно, что никакими сновидениями подобную осведомлнность объяснить невозможно.
Тягостное впечатление от чтения фрагментов «мемуаров» усилилось после того, как прокурор Розмари Слоат продемонстрировала присяжным большую подборку«фотопродукции» Насо. Сам обвиняемый позиционировал себя как«фотографа в стиле ню» или даже«гламура», но огромную часть его фотоколлекции занимали снимки с садо-мазо-атрибутиокой. На них модели были облачены в кожаные маски, корсеты, сапоги на шпильках и т. п.; и везде присутствовали всевозможные плети, хлысты и им подобные орудия порки. Тот, кто делал такие фотографии явно был одержим всей этой садистской мишурой. При просмотре фотографий, подобранных обвинением, сама собой напрашивалась параллель с тем, что все жертвы убийств, инкриминируемых Насо, подвергались перед смертью порке.
20 августа 2013 г., во вторник, присяжные заседатели удалились на совещание, которое продолжилось всего 4 часа. Это необычно короткий интервал, даже по гораздо более простым делам прения присяжных растягиваются на несколько суток. То, что на этот раз жюри так быстро определилось с вердиктом, свидетельствовало о царившем среди его членов единодушии. Присяжные признали Джозефа Насо виновным по всем пунктам обвинения и достойным смертной казни, другими словами, никаких смягчающих его вину обстоятельств они в материалах процесса не усмотрели. 6 сентября судья вынес смертный приговор.
Насколько известно, сейчас Насо жив и находится за решёткой. Вряд ли он действительно будет казнён, поскольку в Калифорнии ныне более семи сотен смертников дожидаются приведения приговоров в исполнение. Это связано с тем, что Департамент юстиции штата практически ввёл мораторий на исполнение смертных приговоров, которые хотя и продолжают выноситься судами, но фактически не влекут немедленного (или хотя бы, скорого) исполнения.
Насо не даёт интервью, что можно понять — он претерпел редкостное жизненное фиаско и ему есть отчего страдать. Вину свою он не признал и, по-видимому, уже и не признает. Поскольку такое признание равносильно тому, чтобы сказать вслух «меня осудили правильно!». Понятно, что человек с таким чудовищным самолюбием неспособен на подобное саморазоблечение.
Убивал ли Насо девочек в Рочестере в 1971-1973 гг., другими словами, являлся ли он истинным «Алфавитным Убийцей»? Формально, его в этих преступлениях никогда не обвиняли, соответственно, и виновным в них его признать невозможно. Точных и однозначных улик связывающих Насо с тем давним «сериалом» отыскать, по-видимому, уже не удастся. Сам Джозеф Насо менее всего расположен к чистосердечному признанию, во всяком случае, сейчас. Возможно, если он проживёт в заключении достаточно долго, его настроение переменится и тогда Насо пожелает что-то сказать по существу подозрений в свой адрес.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 35 из 36
