Далеко-далеко на Севере была некая страна, и называлась она Ётунхейм, а жили там великаны, которые звались хримтурсы — инеистые великаны. Бог Тор постоянно воевал с ними и истреблял их, убивая своим молотом; но один Великан все же остался в живых. Он укрылся в айсберге близ Северного полюса и жил там еще даже в прошлом году…
9 мин, 44 сек 12786
— Дурацкая болтовня! — заявил он. — Эту каменную громаду никому во всем мире не передвинуть.
— А вот и нет! — ответил Матте, — это сделаю я, я в школе научился. Сажусь на вершину горы и сижу здесь до утра. Гора вращается вместе с землей, делая круг в три тысячи миль за двадцать четыре часа, а завтра в это же время я вместе с горой — снова здесь!
— Могучий Великан, он обманывает тебя! — шептал Черный Альв.
— Ну нет, послушай-ка, Матте, — возразил Великан. — Все это — только выдумки ученых. Позволь мне выказать свою силу так, чтобы всем стало понятно!
— Изволь, — согласился Матте. — Вот наш сарай. Подойди к нему и просунь голову сквозь стену!
Великан согласился. Раз за разом бился он своей оледеневшей головой о стену, но пробить ее так и не смог. Запыхавшись, он заявил, что это — никому не под силу.
— А вот и нет! — ответил Матте. — Это сделаю я!
После чего вбежал в сарай, высунул голову в окошко и закричал:
— Добрый день, могучий Великан! А теперь я тебя съем!
Великан счел это столь очаровательной шуткой, что просто расхохотался. А не смеялся он, пожалуй, уже несколько тысяч лет с той поры, как Тор вместе со своей колесницей кувыркался в облаках. Великан так безудержно смеялся, что и вовсе позабыл: ведь тело его изо льда — дряхлое, хрупкое и ломкое. Уши его растаяли, голова была разбита о стену сарая, ледяное сердце — растопилось, а ноги превратились в морские волны. Смех и солнечный свет совершенно доконали Великана. Страшные звуки — б-р-р, трам-тарара-рам, бам-бам! — раздались в воздухе, когда вся эта ледяная, припорошенная инеем громада тела Великана рухнула, превратившись в большую кучу слякоти и грязи. Это было прощание Великана с миром.
Черный Альв так перепугался, что тут же помчался изо всех сил к опушке леса и застрял там в заячьих силках.
Матте Флинк был горд одержанной победой, но жалел, что такой славный Великан утечет вместе с водой и слякотью.
Сельские дети, удивленные и любопытные, собрались на высоком снежном сугробе, там, где пал Великан, и толковали о том, что он, возможно, немало съел детей на своем веку.
Однако маленькая девочка, подъехавшая на лыжах к сугробу, сказала:
— Нет, Великан был добрый, он не ел детей, напишем ему надгробное слово.
И написала лыжной палкой на снегу:
«Здесь покоится последний Инеистый Великан. Он был огромный и глупый, но не сделал в этом мире никакого зла. Хорошо быть умным, но еще лучше — быть глупым и добрым, нежели умным и злым!»
И маленькая, озаренная солнечным сиянием девочка заплакала на могиле последнего Инеистого Великана.
А эпитафия на его смерть, как и на смерть многих других, была запечатлена на снегу.
— А вот и нет! — ответил Матте, — это сделаю я, я в школе научился. Сажусь на вершину горы и сижу здесь до утра. Гора вращается вместе с землей, делая круг в три тысячи миль за двадцать четыре часа, а завтра в это же время я вместе с горой — снова здесь!
— Могучий Великан, он обманывает тебя! — шептал Черный Альв.
— Ну нет, послушай-ка, Матте, — возразил Великан. — Все это — только выдумки ученых. Позволь мне выказать свою силу так, чтобы всем стало понятно!
— Изволь, — согласился Матте. — Вот наш сарай. Подойди к нему и просунь голову сквозь стену!
Великан согласился. Раз за разом бился он своей оледеневшей головой о стену, но пробить ее так и не смог. Запыхавшись, он заявил, что это — никому не под силу.
— А вот и нет! — ответил Матте. — Это сделаю я!
После чего вбежал в сарай, высунул голову в окошко и закричал:
— Добрый день, могучий Великан! А теперь я тебя съем!
Великан счел это столь очаровательной шуткой, что просто расхохотался. А не смеялся он, пожалуй, уже несколько тысяч лет с той поры, как Тор вместе со своей колесницей кувыркался в облаках. Великан так безудержно смеялся, что и вовсе позабыл: ведь тело его изо льда — дряхлое, хрупкое и ломкое. Уши его растаяли, голова была разбита о стену сарая, ледяное сердце — растопилось, а ноги превратились в морские волны. Смех и солнечный свет совершенно доконали Великана. Страшные звуки — б-р-р, трам-тарара-рам, бам-бам! — раздались в воздухе, когда вся эта ледяная, припорошенная инеем громада тела Великана рухнула, превратившись в большую кучу слякоти и грязи. Это было прощание Великана с миром.
Черный Альв так перепугался, что тут же помчался изо всех сил к опушке леса и застрял там в заячьих силках.
Матте Флинк был горд одержанной победой, но жалел, что такой славный Великан утечет вместе с водой и слякотью.
Сельские дети, удивленные и любопытные, собрались на высоком снежном сугробе, там, где пал Великан, и толковали о том, что он, возможно, немало съел детей на своем веку.
Однако маленькая девочка, подъехавшая на лыжах к сугробу, сказала:
— Нет, Великан был добрый, он не ел детей, напишем ему надгробное слово.
И написала лыжной палкой на снегу:
«Здесь покоится последний Инеистый Великан. Он был огромный и глупый, но не сделал в этом мире никакого зла. Хорошо быть умным, но еще лучше — быть глупым и добрым, нежели умным и злым!»
И маленькая, озаренная солнечным сиянием девочка заплакала на могиле последнего Инеистого Великана.
А эпитафия на его смерть, как и на смерть многих других, была запечатлена на снегу.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 3 из 3
