Иней

В этот момент, человек не думал ни о чем. Он просто смотрел вперёд, — сквозь заиндевевшее по краям стекло, — на дорогу, которая почти не двигалась, а лишь монотонной еле различимой слегка-сероватой лентой, наползала на него, и исчезала под машиной. Дорога представляла собою вдавленную на метр в снежный покров полосу, шириною метров семь. Мыслей не было. Состояние отрешённости от мира, поглотило сознание водителя. Вдруг эта «лента» дороги, начала сужаться, и отдаляться. Водитель безучастно отметил, что он сидит уже не в кабине своего тягача, а в кабине самолёта. Вокруг него было множество тумблеров, кнопок, непонятных приборов, тускло-помигивающих ламп… водитель знал некоторые приборы авионики: вот крутится слегка подрагивая стрелка альтиметра, — судя по ней, самолёт набирает высоту; немного накренён вбок авиагоризонт; стрелка указателя скорости лежала почему-то на нуле и лишь изредка чуть подпрыгивала; компас неуверенно колебался между севером и югом; указатель крена был немного отклонён а указатель вертикальной скорости показывает что самолёт поднимается. Назначения остальных приборов, было неизвестно. Он медленно перевёл взгляд вниз, — на дорогу, — которая уже превратилась в нитку. Лес был виден на много километров вперёд. Как-то отдалённо и безучастно, — словно всё это происходило лишь на кино-экране, — он подумал о том, что не умеет управлять самолётами. Ещё он подумал о том, что у него нет лицензии пилота.

Второго пилота в кабине не было — лишь одинокий штурвал слегка подрагивал, удручённо нависая над пустым сидением. Водитель не дёргал свой штурвал, потому, что осознавал — он засыпает, — а то, что он сейчас перед собой видит — есть не что иное, как «гипнагогические галлюцинации». Он осознавал это, но никак не мог выйти из вязкого, приторного состояния дрёмы. Не удавалось сконцентрироваться, собраться — сейчас его мозг был словно замерзающая капля растаявшего снега, стекающая по кабине его тягача, и замерзающая неизбежно. Глазами он старался зацепиться за какую-нибудь хромированную или яркую деталь, чтобы сконцентрироваться на ней — но как назло, в кабине самолёта, все кнопки и тумблеры были блеклыми и тусклыми, — были однородными.

Дорога исчезла совсем, всё заволокло белыми, сплошными облаками — он был уже на высоте нескольких километров, и подумал было о том, что у него даже нет парашюта, — прыгать с которым водитель все-равно не умел. Вдруг, неожиданно, из этих непроницаемых облаков выскочило нечто: это был огромный, старый грузовик «ГАЗ-53», с выцветшей голубой кабиной, и большой, жёлтой цистерной, который стремительно приближался к нему, почему-то боком. «Машины не ездят боком» — отразилось в голове, эхо его мысли. Тут же исчезли облака. Он снова был в своём теплом тягаче, и видел перед собой всё ту же, монотонную полосу дороги, почти не выделяющуюся на белом снежном фоне.

Водитель, с проступившими под глазами тенями усталости, был одет легко — его одеяние больше подходило для посиделок с бокалом коньяка в плетёном кресле, на веранде загородного домика теплым, летним вечером. В долгом пути, легкая белая рубашка с коротким рукавом, расчерченная двумя черными линиями подтяжек, не давала потеть телу, — в то же время климатическая установка поддерживала в кабине комфортную температуру и водитель, благодаря этому, чувствовал себя так же, как чувствовал бы, находясь на крыльце вышеупомянутой дачи.

Впереди на дороге показалась чёрная точка встречной машины, которая увеличивалась по мере приближения — водитель грузовика определил разделяющее их расстояние в 3 км., учитывая, что расстояние на гладкой поверхности кажется меньше действительного. Контур неясной точки, постепенно обрёл четыре угла, и превратился в квадрат — 2,5 км. оставалось между ними. Потом показалось слабое пятно света — фары, — расстояние сократилось до 2-х км. Серая тень окрасилась красным — стало видно цвет краски, в которую была окрашена машина — 1,5 км. Отчетливо различались детали кабины — их разделял уже 1 км. Вот уже стала различима голова водителя встречного грузовика — 400 м. Различимым стал и цвет одежды — 250 м., — в кабине было жарко — на водителе была одета одна лишь «майка-алкоголичка». На долю секунды, можно было рассмотреть черты лица водителя — 100 м., и глаза в виде точек — 60 м. Наконец, они разминулись. Это произошло мгновенно — кабину не сильно тряхнуло от встречного потока ветра. Грузовик проехал, и только на короткий миг удалось запечатлеть в памяти, лицо его водителя. Это было лицо человека, миновавшего большую часть пути. Это было воодушевлённое лицо победителя, — человека, который в своей эстафете, достиг цели, и только что передал эстафетную палочку тому, кому ещё только предстоит преодолеть трудный путь. Путь, на котором нужно будет побороть самого себя.