Интересный эффект

Портфель. Коричневой кожи, с потрескавшейся наклейкой. На наклейке грузовик с глазами-фарами, под ним надпись. Надпись стёрлась, осыпалась, осталась только начальная З. Размер надписи предполагает три буквы.

— Что скажешь, Фандорин? Удастся ли нам расшифровать эту древнюю долбанную клинопись? — Уверен, Каменская, думаю это ЗИЛ.

— Удивительно, Эраст, намечается странная параллель с настоящим… — Похоже на то, детка. Дурацкий портфель под завязку набитый всяким школьным дерьмом. Его портфель. Класс третий, наверное. Маленькие девочки и мальчики, с толстенными портфелями, гордо несут на груди свою маленькую пентаграмму с маленьким личиком главного мага внутри. Два маленьких волшебника, Игорь и Максим, совершают очередной побег с уроков и идут по своим маленьким колдовским делам. 10 ЛЕТ:

— Говорят интересный эффект получается, — сказал Максим Пронькин сделав большие глаза.

— Да? И какой же? — поинтересовался взлохмаченный третьеклассник Игорь Мироненко, которого в школе прозвали Мироном.

— Ну я не знаю, — сказал Максим, пожимая плечами, — вроде как улетаешь куда то. Старшаки из пятого В вообще подсели на это. Целыми днями в спортзале торчат, друг дружку усыпляют. А Ванёк Грозовой недавно рассказывал, что ему топор стал постоянно видеться. И чем чаще усыпляется, тем, мол топор ниже. Говорит ещё раз если усыпят его — ему голову отрубит.

— Ни хера себе… — задумчиво сказал Игорь, — а ты умеешь это… усыплять?

— Да, меня Коржик научил. Он меня короче усыпил, показал как надо. Я только не помню ничего. Помню трамвай какой то зелёный и всё.

— Меня сможешь? — спросил Игорь.

— Смогу, — ответил Максим, — ты короче на лавку ложись, на спину и дыши глубоко десять раз. На десятый воздух в себе держи. А когда я тебе на грудь начну давить, ты медленно воздух выпускай. Вот и всё.

— Хорошо, — сказал Игорь и улёгся на покрашенную в жёлтый цвет лавку, что стояла в веранде детского садика Светлячок. Потом стал дышать. Глубоко, размеренно. Девять вдохов и выдохов. На десятый задержал дыхание.

— Всё? — спросил Максим и начал давить… Игорь очнулся от старого дурацкого воспоминания и задумался — а какого собственно хрена он вообще об этом задумался? Что в этом такого пугающего? Его это напрягло. Потому что тревога не проходила. И ладони всё так же потели. И нарастал звон в ушах. И становилось страшно. И знаки. Много знаков. Запрет. Табу. Почему? Какое от-ношение имеет это идиотское стародавнее событие к его теперешней жизни? Почему оно пугает его? И вдруг… … вдруг… он понял… понял, что есть нечто пострашнее смерти Ирины или его смерти… страшнее смерти вообще… этим пониманием являлась странная фигура… что то вроде пересекающихся в одной точке восьмёрок… миллионы восьмёрок… их средняя часть словно спуталась в один большой узел… этот узел являлся тем самым событием… тем самым интересным эффектом… тем самым вечным двигателем… нет конца и нет начала… есть только отправной пункт, который ни то, ни другое… смерть сон… жизнь сон… всё сон… он сам чей то больной сон… путанный бесконечный сон… сон… сонсонсонсонсонсонсонсонсонсонсонсонсонсонсонсонсон — Сон, сон… — Чего? — спросил Максим, — Ну как? Понравилось?

— Ага, — ответил Игорь. Хоть и не знал — понравилось ему или нет. Он просто не помнил. Что то про ЗИЛ. Ирина. Какая то Ирина… Неважно.

— Давай ещё разок. А то я что то не прочувствовал.

— Давай, — согласился Максим, — ты в этот раз можешь побольше вдохов сделать, может посильнее заснёшь.

— Ладно, — вздохнул Игорь и принялся сосредоточено дышать закрыв глаза. Раз, два, три, Ирина какая то, четыре, пять, шесть, ЗИЛ — при чём тут ЗИЛ?, семь, восемь, девять, десять, надо всё получше разглядеть, одиннадцать, двенадцать, тринадцать. И глубоко вобрав в себя воздух задержал дыхание. Максим начал с силой, но медленно давить. Игорь со свистом выпускал воздух из лёгких и чувствовал как сгущается над ним тьма. Перед тем как провалиться в неё, он хотел закричать, потому что понял что то. Что то плохое. Что нельзя этого делать. И, что он понимает это уже в тысячный раз. И ещё неизвестно сколько раз поймёт это снова. Он хотел крикнуть Максиму что бы он остановился, но сил не было. Жужжащая темнота поглотила его и понесла куда то в сон. То ли в его сон. То ли в чей то ещё.