Иов

Страдающий праведник — центральный образ древних литератур Ближнего Востока (ср. вавилонскую поэму «О невинном страдальце», египетскую «Сказку о двух братьях» и др… Судя по упоминанию в ветхозаветной книге Иезекииля (нач. 6 в. до н. э… имя Иов было наряду с именами Ноя и Даниила обозначением (на уровне ходячей поговорки) образцового праведника (Иез. 14, 14 и 20). Датировка книги Иова неясна (5-4 вв. до н. э.), а структура и становление текста в известном нам объёме представляет много нерешённых проблем, не исключено присутствие в составе книги более раннего материала и более поздних вставок (вероятно, речи Элиу, описания бегемота и левиафана и др… О Иове сказано, что он был «прост, и праведен, и богобоязнен, и далёк от зла»(Иов 1, 1, здесь и ниже перевод автора, цитируется по книге«Поэзия и проза Древнего Востока», М., 1973), вначале возникает образ искренней истовости богатого патриархальною главы рода, неуклонно блюдущего себя от греха и во всём поступающего как должно. Называется число его сыновей, дочерей, скота, причём всё время повторяются сакральные числа семь, три, пять, выражающие идею совершенства, законосообразности, гармонической стабильности (1, 2-3).

При встрече с сатаной Яхве спрашивает: «Приметило ли сердце твоё раба моего Иова? Ведь нет на земле мужа, как он» (1, 8). Сатана возражает, что благочестие Иова корыстно, поскольку Яхве охраняет его благосостояние, едва этому будет положен конец, кончится и преданность Иова богу. Яхве принимает вызов и позволяет сатане начать испытание, запрещая ему только посягать на саму личность Иова (1, 12). Четыре вестника беды поочерёдно сообщают Иову о гибели его ослов, овец и верблюдов вместе с пастухами и погонщиками, наконец, сыновей и дочерей (1, 14-19). И. раздирает на себе одежду, обривает главу в знак траура, повергается на землю и произносит слова, достойные его прежней истовости: «Господь дал, господь и взял — благословенно имя господне!»(1, 21). Сатана снова предстаёт перед Яхве и предлагает распространить испытание на тело Иова, на его«кость» и«плоть»(2, 4— 5). Яхве снова даёт согласие, требуя только, чтобы Иову была сохранена жизнь, и сатана наводит на Иова страшную болезнь (традиционно понимаемую как проказа),«и взял Иов черепок, чтобы соскребать с себя гной, и сел среди пепла»(2, 8). Вера Иова в справедливый божественный миропорядок вступает в мучительный конфликт с его знанием о своей невинности (и невинности многих несчастных, на чьи страдания открываются его глаза, см. 3, 17-22, 24, 3-12), вплоть до сомнения в божественной справедливости. На один выход из этого конфликта указывает жена Иова:«похули бога и умри»(2, 9). Противоположный выход предлагают трое друзей Иова (их горячим, саркастическим спором занята большая часть книги Иова — главы 3-31): если всякое страдание есть налагаемое богом наказание, то Иов должен умозаключить от своего страдания к своей виновности. Но Иов решительно возражает друзьям:«Или вы для бога будете лгать и неправду возвещать ради него, в угоду ему кривить душой, в споре выгораживать его?» (13,7-8).