Исчадие

Затем, по-прежнему не сказав ни слова, в полной тишине, Антон Григорьевич стал падать прямо вперед. Не подгибая ног, плашмя.

Валера, не мигая, смотрел на это, казалось, нескончаемое падение. До боли стиснув зубы, чтобы не закричать.

Мужчина ударился о пол, упав на рукоять. Лезвие ножа, под тяжестью падающего крупного и тяжелого тела, вошло в грудь. Коротко хрустнуло сломанное ребро. И, через мгновение, нож показался из спины Антона Григорьевича, пронзив его насквозь. Его разорванное сердце остановилось. Он умер. Умер молча, так и не издав ни звука. Унеся с собой все свои страдания.

Валера смотрел на лежащие на полу мертвые тела. По лицу его катились слезы., которых он не замечал. Меньше чем час назад эти люди были живы. И вот их уже нет. Безжалостный каток пока непобедимого Зла прошелся и по этим людям, сломав судьбы и раздавив их.

Постояв пару минут, Валера развернулся и пошел по коридору к выходу в пристрой дома. Он на ходу подхватил стоящую на полу сумку и открыл дверь. Потом прошел в гараж. Снова поставил сумку на пол. Подошел к внешней стене, на которой располагалось окно. Взялся руками за оконную раму, немного подтянулся и посмотрел на улицу. На ней никого не было. Ясное, безоблачное небо было усеяно звездами. В соседних домах света не было, стояла глубокая ночь и все спали. Перед домом одиноко стояла патрульная машина. В темноте не было видно, кто в ней находится. Валера опустился на пол и стал думать. Надо было отвлечь патрульных. Нужно сделать так, чтобы они покинули машину и отошли от нее. Причем сразу вдвоем. И, желательно, подальше. Но как? Как это осуществить? И возможно ли? Что же для этого надо сделать?

Валера стал быстро перебирать в уме различные варианты развития событий и оценивать свои возможности. Принимать решение и выполнять задуманное надо как можно быстрее. Время поджимало, работало против него. Летняя ночь короткая, и скоро уже начнется рассвет. И он напряженно искал пути выхода из создавшейся ситуации.

Спустя несколько минут он встал и стал проверять ворота гаража. Они были закрыты только изнутри. Валера открыл замок, аккуратно и тихо отодвинул задвижку запора. Теперь выход из гаража был свободен. Створки ворот были только прикрыты. Затем он снова вернулся в дом. Подошел к входной двери и открыл замок. Поднялся на второй этаж, вошел в детскую комнату. Не в спальню, а в игровую. Там одно из окон выходило на улицу. Валера подошел к нему и осторожно выглянул. Милицейская машина стояла прямо перед ним. И сейчас можно было рассмотреть, что в ней находятся два человека. И, по крайней мере, один из них не спал, так как отчетливо был виден тлеющий огонек сигареты. «Это хорошо, — подумал он, — значит оба сидят в машине и бодрствуют». Он осмотрелся. Свет на втором этаже горел только в детской спальне. Но так как все двери в комнаты были открыты, то, через коридор, свет немного достигал и этой комнаты. Да еще глаза уже привыкли к сумраку, и Валера достаточно хорошо все видел. Он отодвинул от окна небольшой письменный столик. Потом достал зажигалку и поджег снизу одну из висящих на окне матерчатых штор. Он не хотел устраивать пожар, надо было только отвлечь патрульных, чтобы они забежали в дом. Валера надеялся, что они сразу потушат огонь и до полномасштабного пожара дело не дойдет.

Как только штора загорелась, и огонь пополз по ней вверх, Валера быстро вышел из комнаты, спустился на первый этаж и прошел в гараж. Там он снова выглянул в окно. Некоторое время было тихо, ничего не происходило. А затем оба патрульных, как по команде, одновременно открыли дверцы машины и бросились к дому. Они забежали в него, и Валера тут же выскочил из гаража. Сумку со связанной девочкой он уже держал на плече.

Подбежав к машине, он открыл заднюю дверцу и поставил сумку на сиденье. Затем сам сел на место водителя. Он, находясь в гараже, уже продумал, как будет заводить машину. Ведь он был шофер и знал, как можно завести автомобиль без ключа. Но, наконец-то, ему хоть в чем-то повезло. Ключ торчал в замке зажигания. Выскочивший в спешке водитель не взял его с собой.