Исчадие

— Ну что, Валера, добился своего? Теперь тебя ничто уже не спасет.

Он разлепил пересохшие, слипшиеся губы.

— Катя, освободи меня. Она тебя втянула в свои сети. Вырвись из них, не подчиняйся ей.

— Да что ты говоришь, — женщина продолжала улыбаться, — а может, меня не надо было никуда втягивать. И это не я попала сети, а я их сама сплела. Ты об этом не думал?

К ней подошла Вика, встала рядом, обняла за шею, положив руки ей на плечи. Она тоже с улыбкой глядела на Валеру. Катя продолжила:

— Я всегда помогала ей. И я всегда вас ненавидела и хотела отомстить.

— За что? Мы же всегда с тобой дружили. В гости друг к другу ходили. Что ты такое говоришь?

— Ты просто дурак. Ты не знаешь, почему я живу одна? У меня ведь был ребенок. Недолго, всего лишь несколько часов. Я его только раз видела. А потом он умер. Так же как у нее, — Катя кивнула на девочку.

— Ну и что? Такое бывает. Так жизнь устроена. Другие люди здесь при чем?

— При чем? При том! — вдруг закричала прямо ему в лицо Катя. Она перестала улыбаться, ее лицо перекосилось от долго сдерживаемой, а теперь вырвавшейся наружу злобы.

— Почему с тобой такое не случилось?! Почему другие люди нормально живут?! А вот со мной такое вот случилось! Почему?! Вы, значит, будете счастливо и спокойно жить, а мы должны мучиться?! Так, что ли?!

— Что ты говоришь? — Валера даже несколько оторопел от такого напора Кати. Все, что она говорила, и то, как она это говорила, было для него полной неожиданностью.

— Я говорю о том, — Катя так же неожиданно моментально успокоилась, — что необходимо принести в этот мир высшую справедливость. Не должно быть так, что одни живут хорошо и счастливо, а у других постоянные беды и горе.

— Но ведь не от нас же идут эти беды? Зачем нам мстить? За что?

Катя встала, взяла Вику за руку и уже обратилась к ней:

— Бестолку с ним говорить. Он ничего не поймет. Таких, как он, надо просто уничтожать. Пойдем, у нас еще много дел.

— Катя, одумайся, — позвал ее Валера. — Ведь она убивает невинных людей! Остановись. Давай вместе прекратим этот кошмар. Ты ведь не знаешь, кто она!

Женщина снова села перед ним на пол. И стала говорить. Говорить медленно и очень спокойно. Как будто поясняла очевидные факты маленькому несмышленому ребенку.

— Я все знаю. Ей дана сила от того, другого мира. Через нее начнется возрождение. Таких людей, как она, пока мало. Но они есть. Есть на всей земле. И рано или поздно, этот мир будет принадлежать им. А я буду вместе с ними. Потому что я тоже хочу стать такой.

— Но она убийца!

— Нет, она убирает ненужных людей. Тех, которые не готовы для нового мира. Таких много, очень много. И они не приспособлены для жизни в будущем справедливом мире. А значит, их просто надо убить.

— Ты что, на самом деле так думаешь? Ты же нормальный человек.

— Я не только так думаю. Я помогаю ей это делать. Думаешь, кто дал ей яд, которым отравили твою мать? А как погиб твой отец? Ведь его убили, ты ведь догадался об этом, а?

Валера молча кивнул головой. Он уже не знал, о чем можно говорить с этой женщиной. Это было бесполезно. Ее рассудок был затуманен. Она была невменяема.

Катя снова встала на ноги.

— Ну, все. Не бойся. Мы тебя не тронем. Пока не тронем. Ты нужен для нас. Тебе отведена в наших планах еще небольшая, но очень важная роль.

Она отошла от него и прошла на кухню. Вика вышла из комнаты следом за ней. Затем они обе оделись. Катя снова подошла к Валере.

— Лежи тихо. Помни, тебя ищут. Ты убийца, маньяк. Так что не пытайся позвать на помощь. А мы сейчас навестим роддом. Там как раз сегодня работает нужная нам смена врачей. А потом вернемся. Так что — жди.

Женщина проверила, хорошо ли он связан. Потом оглянулась на Вику и сказала:

— Знаешь, а я ему скажу, что будет дальше. Пусть мучается от безысходности и от бессилия. Хорошо?

— Ладно, Если хочешь, говори.

Катя склонилась над лежащим Валерой.

— В роддоме сегодня убьют кучу народа. И виновных и не виновных.

— Там нет невиновных, — прервала ее стоящая в коридоре девочка.

— Конечно, там все получат по заслугам, — согласилась Катя.

А затем продолжила:

— Так вот. А несколько свидетелей вспомнят и опознают убийцу. И знаешь, кто это будет? — женщина весело засмеялась. — Это будешь ты. Маньяк продолжил убивать невинных людей. Здорово, да? Причем, эти люди не будут врать, они точно будут тебя помнить. Это будет у них в голове. Вика это с удовольствием сделает. Ведь так?

— Обязательно так и сделаю. Они будут вспоминать его с такими подробностями, что всем станет тошно, — сказала девочка.

И Валера по ее интонации понял, что она тоже улыбается. А Катя продолжала говорить:

— Кроме этого, там найдут нож. Нож из твоей квартиры. Твой нож, с твоими же отпечатками. Вот он, в этой сумочке лежит, ждет своего часа, — она помахала перед лицом Валеры своей сумкой, которую для этого сняла с плеча.