Исход земной цивилизации. Война

— Но, канцлер, когда же нам ждать визита нибируанцев? — чуть дрожащим голоском задала вопрос репортер вполне человеческой газеты Нью-Йорк Таймс.

— Наши радары пока не засекли их, но это может случиться в любую секунду. Уже две недели прошло со времени появления беспилотника, и я понимаю вашу тревогу, — Ривка чуть сдвинула брови, подтверждая слова эмоциями, — но уверяю вас, мы готовы к их прибытию…

Канцлер, невзирая на накопившуюся усталость, вышла из-за трибуны бодрым шагом, сопровождаемая свитой из пресс секретаря, пары телохранителей и персональной ассистентки. Ривка наблюдала за журналистами, загружающимися в автобус у магистрата, сопровождаемые охраной до зиккурата. Безопаснее было привезти писак и репортеров в Бад-Тибира, нежели назначать пресс-конференцию на их территории.

Ее не занимала прочитанная речь, завтрашнее собрание министров или другие рабочие вопросы, потому что в голове засела только одна мысль — мысль о родителях, которые прибудут в Бад-Тибира уже сегодня, где им будет обеспечена надлежащая защита. Ривка начала мерить кругами кабинет, периодически останавливаясь у окна, словно высматривая кого-то на улице, вот только не к ней прибудут визитеры, а она поедет в гости в жилую часть города — в дом, куда уже должны были привезти ее семью.

Неприемлемое для ее теперь всегда собранного образа чувство страха сковало изнутри, завязав желудок в тугой узел. Ривку буквально тошнило от необходимости личных объяснений с наверняка растерянной матерью, дедушкой и отцом, которого также привезли из Лондона. Самое ужасное, что с ней не будет Александра, который не смог вырваться из-за очередного терракта против анкийцев в самом сердце Европы, в Австрии. И Ривка боялась собственной семьи больше, чем некогда выступлений на публике. Она всегда считала себя сильной и боевой, но сейчас трусливо поджимала хвост, представляя строгий материнский взгляд.

Раздался стук в дверь, и после приглашения в кабинете объявился Дрейк Живкович, вновь вернувшийся к её охране, дав клятву верности своей госпоже. Он, как средневековый рыцарь, отрекся от общества Иштар, стоя перед ней на коленях и ужасно смущая неуместностью такого поведения.

— Машина подана, госпожа, — словно она была монаршей особой, сказал он, вытянувшись по струнке.

— Дрейк, — неофициально обратилась Ривка, затем подошла и положила ладонь на его плечо, — со времени объявления о моей принадлежности к нибируанцам ничего не изменилось. Я как была канцлером, так и осталась, вернись хотя бы к обращению «мэм», и хоть изредка смотри мне в глаза.

— Да… Мэм, — не сразу сообразил он.

Ривка подошла к столу, чтобы взять сумочку и внезапно ее осенило:

— Разыщи мне Бена Новака, он должен быть в башне нинуртцев у Коскинена, если еще не уехал домой. Он поедет с нами.

Живкович кивнул и связался с кем-то из охраны для делегирования задания, ведь он теперь ни на секунду не отходил от своей госпожи, все еще коря себя за то, что позволил ей исчезнуть тогда — в Каире на встрече с Энгельсом. Ривка даже улыбнулась, окрыленная идеей взять друга с собой для моральной поддержки, ведь Бен прекрасно знал ее маму и дедушку…

— … Привет, — но Бен, поймав на себе осуждающий взгляд Живковича, сидевшего чуть удаленно в лимузине, поправился, — то есть, добрый вечер, госпожа канцлер. Чем обязан вам столь поздним вызовом?

Ривка закатила глаза, но потом улыбнулась и немного отодвинулась, чтобы Бен устроился поудобнее.

— Наедине со мной веди себя как обычно. Привет.

— А мы наедине? — он кивком указал на хмурого сербского парня, занявшего диван спиной к водителю.

— Живкович — мое доверенное лицо, — отмахнулась Ривка.

— Но смотрит он на меня как-то не слишком дружелюбно.

— Сэр, если я вас как-то смущаю, я не буду смотреть в вашу сторону, — сказал телохранитель с долей иронии и в то же время почтительно. — Считайте, меня здесь нет.

— Знаю твоего отца, отличный мужик, — Бен примирительно улыбнулся, а Ривка засмеялась. — И зачем я тебе нужен так поздно? Муж в загуле?

— Сэр, вы забываетесь, помните, о ком вы говорите, — снова возмутился Живкович. — Мэм, я прошу вас быть аккуратнее, он — сын Ангелы Новак.

— Спасибо за напоминание, и мне казалось, тебя здесь нет, — уже менее миролюбиво отозвался Бен, нахмурившись и готовясь в любую секунду дать отпор новым острым словцом.

— Живкович, прошу, мы же договорились, что вы перестанете относиться ко мне как к нибируанке. Мне просто нужно поговорить со старым другом, — она положила ладонь на запястье Бена.

— Да, мэм, — донесся негромкий ответ.

— То-то же, — парировал неугомонный Бен, и Ривка несильно ударила его кулаком в плечо.

— Бен, что ты как маленький? — она сдвинула брови, но затем смягчилась, понимая, что их ждет впереди. — Ладно, скажу прямо: моих родителей перевезли в Бад-Тибира, и с самого раскрытия анкийского мира мы не общались, и сейчас настал тот момент, когда мне придется с ними встретиться, и я хочу, чтобы ты помог мне в этом. Ты ведь знаешь мою мать, и…