Испытание

Баан-Ну проснулся оттого, что ему в лицо светило солнце. Он пошевелился, чтобы поменять позу, и наткнулся взглядом на Ар-Лоя. Лейтенант сидел неподалёку, кусая травинку, и смотрел вдаль.

— Что случилось? — подскочил Баан-Ну. Во всём теле была противная слабость, руки, на которые он опирался, подгибались.

— Мы могли умереть, — ровно ответил Ар-Лой, не обернувшись к нему. — Хорошо, что я успел выйти за границы поля.

Баан-Ну обернулся: вдалеке ковром расстилались алые цветы. Только сейчас он сообразил, что уже даже не утро, а день. Бу-Сан спал неподалеку, зарывшись лицом в траву.

— Успели выйти — и что? — спросил Баан-Ну. — Я помню, что упал…

Он осмотрелся вокруг, нашёл свою сумку и проверил, цела ли тетрадь.

— Я упал там, где поле закончилось, — объяснил Ар-Лой. — И постепенно пришёл в себя благодаря свежему воздуху. Вытаскивать вас пришлось, задержав дыхание, а вы оба спали беспробудным сном. Сейчас уже настал следующий день.

Интересно, почему он спас своё отчаянно ненавидимое начальство? Из-за Бу-Сана, потому что иначе пришлось бы бросать и его? И долго ли колебался, сообразив, какой эффект оказывает запах цветов?

— Да, — сказал Баан-Ну, пытаясь подняться. Его так и тянуло обратно к земле, голова была тяжёлой, глаза закрывались, он был совершенно разбит. — Ну и цветочки! Страшно представить, что было бы, останься мы на этом поле. Спасибо вам, лейтенант. Полагаю, ещё один орден вам не помешает.

— Вряд ли беллиорцы посадили эти цветы за час до нашего прихода, — сказал Ар-Лой, усмехнувшись так, что стало ясно: думает он вовсе не об орденах. — Но это ничего не меняет, мы задержались на полсуток и в столице будем не ранее, чем завтра утром.

Раскомандовался тоже! Баан-Ну хотел возразить, но пошатнулся и понял, что лейтенант прав. В таком состоянии они вряд ли смогут идти быстро.

Бу-Сан застонал, просыпаясь. Так эти цветы ещё и кошмары насылают, вот здорово!

— Ильсор благополучно дошёл до Изумрудного города! — сообщил Кастальо.

— Хоть одна хорошая новость, — пробормотал Урфин, который полулежал на ящиках и грелся на солнышке. Его подчинённые были как шёлковые, любо-дорого смотреть. Если забыть о том, что причиной их примерного поведения был гнетущий страх никогда не увидеть родину.

— Передай, что у меня всё в порядке, — тихо проговорил Урфин. — Хотя там, конечно, и так знают. Ну, за исключением того, что от нас ушёл замок… Кстати, а почему? Не обиделся же он на Нур-Кая, в самом-то деле?

— А может, и обиделся? — хитро сказал Кастальо откуда-то снизу. — Я попробую выяснить. А ты что узнал?

— Я-то? — усмехнулся Урфин. — Да ничего. Так, догадки.

— Догадки? — не поверил Кастальо. — Урфин, у нас есть глаза, и мы смотрим за Ранавиром и днём, и ночью. Ты распределил изумруды между всеми. Зачем?

Урфин помолчал, посмотрел вбок, на двор, который без замка сразу опустел и съёжился.

— Хочу кое-что проверить, — неохотно сказал он.

Сегодня утром он собрал менвитов и велел каждому постоянно иметь при себе хотя бы один изумруд.

— Вы все видели, как ушёл замок, — пояснил он. — Я не хочу, чтобы от вас ушли и изумруды, которые вы добыли тяжёлым трудом. Если проступок совершит человек, у кого в собственности будет пять изумрудов, это не то же, как если бы это же сделал человек, имеющий всего один.

— Не так обидно, — подсказал Нур-Кай, который до сих пор не мог прийти в себя от произошедшего.

— Верно, — согласился Урфин.

Его приказ исполнили беспрекословно, лишние изумруды ссыпали в шкатулку и вручили ему.

— Пусть это будет ваша собственность, мой полковник, — сказал Ман-Ра. Наверняка думал потом отобрать, но если Урфин был прав…

— А когда проверишь? — не отставал Кастальо.

— Если проверю — доложу Страшиле о своих догадках, пусть думает, — строго сказал Урфин. — А ты, будь добр, узнай, как водворить замок на место. Не дело это, чтобы по Волшебной Стране замки разгуливали!

— Да, — вздохнул Кастальо, — на моей памяти не было такого, да и в летописях…

Урфин поднялся.

— Спасибо, что присматриваешь, друг Кастальо, — прочувствованно сказал он. — Пойду теперь посмотрю, как там мои… подчинённые.

Он обернулся и прищурился. На холме без маскировочной сетки слепила глаза свежевыкрашенная «Диавона».

— Чрезвычайный совет объявляю открытым, — сказал Страшила. Фарамант позвонил в серебряный колокольчик. Ильсор окинул взглядом собравшихся за столом.

— Первый вопрос на повестке дня — представить нашим гостям всю полноту картины, — продолжал Страшила. — Дело в том, что ваш генерал в сопровождении ещё двоих пришельцев идёт в столицу за вами по пятам.

— Он знает, где мы? — ужаснулся Ильсор. Перспектива встретиться с Баан-Ну его вовсе не прельщала. Уж теперь-то тот не обойдётся простым приказом, а обязательно применит усиленный гипноз. Впрочем, может, его защитят?