Истории Ада и Рая

На вид, ей было около семидесяти лет. Седые волосы обрамляли морщинистое лицо, на котором была немного усталая улыбка. Однако, она была очень хорошо одета для своего возраста. В руках ее была увесистая сумка с продуктами. Именно этот образ старушки Маргарет Стоун отпечатался в моем сознании навсегда…

Я попытался ответить, но во рту так пересохло, что наружу вырвался лишь сухой хрип.

Она покачала головой, а потом стала копаться в своей сумке.

— Сейчас-сейчас. Где же… А, вот, нашла!

И она протянула мне дрожащей рукой сахарную булочку, запакованную в обертку.

Наверное, в тот момент я был похож на бродячего пса, которому кинули кость, и который жадно, как можно быстрее пытается ее обглодать, боясь, что и это у него отнимут…

Я управился за несколько секунд.

— Боже мой, сколько же вы не ели?

Также, мне навсегда запомнится этуаее манера, обращаться ко всем на «вы», в том числе, и ко мне, хотя разница между нами была больше пятидесяти лет…

Уже тогда я превозносил ее. Просто потому, что дала мне поесть.

— Молодой человек… Хм, как вас зовут? Может вы пойдете со мной? Я накормлю вас, и, если вы не против, могу даже предоставит вам кров.

— Дэвид… Дэвид Фэйбер.

— Прекрасно! Меня зовут Маргарет Стоун. Так вы подумали над моим предложением?

А что мне еще оставалось? Я кивнул.

— Значит, вы согласны?

— Да.

Она протянула мне руку, и помогла подняться. Потом, мы шли вдоль проезжей части, и она рассказывала мне о своей жизни. Из ее рассказов я узнал, что живет она одна в небольшом домике на окраине города (Тот самый район, где расположена моя школа). Я же рассказал ей все и о своей жизни в приюте, и о своем побеге из него.

Она приняла меня. Предоставила мне жилище, еду, обеспечила всем.

Так мы и жили вдвоем. Я ходил за покупками, всячески помогал ей по дому. А она заботилась обо мне как о родном внуке.

И я был счастлив. Я чувствовал, что обрел свою семью.

Чтобы я мог учиться, она устроила меня в школу. В ту самую, в которой я учусь до сих пор.

Но случилось ужасное.

Как то, когда я вернулся домой из школы, а это место я теперь мог называть именно своим домом, обнаружил, что Маргарет не хлопочет, как обычно, на кухне.

Я зашел в зал и увидел, что она лежит на диване. У нее был жар.

— Что с вами случилось?!, — страх пронзил меня на сквозь. И, как оказалось, повод действительно был…

— Дэвид… Ты уже вернулся? Мальчик мой…

Она впервые обратилась ко мне на «ты».

— Вы больны? Сейчас я вызову скорую!

Она печально улыбнулась.

— Не надо, Дэвид. У меня рак. Рак головного мозга. Уже слишком поздняя стадия, мне ничто не поможет.

— Но как же… Почему же вы…

По моим щекам потекли слезы.

— Не стоит плакать, Дэвид. Подойди сюда.

А слезы все текли и текли из моих глаз… Я подошел.

Рукой она показала мне на свернутый лист бумаги, лежащий перед ней.

— Возьми это.

Я развернул листок и прочитал: «Завещание».

Она завещала мне все, что у нее было. Свой дом и все денежные запасы, которые ей удалось накопить за всю жизнь.

— Теперь ты можешь жить обычной свободной жизнью.

Ей становилось хуже. Язык заплетался, глаза полузакрылись.

— У меня есть маленькая просьба. Я хочу, чтобы ты выполнил ее.

— Я клянусь, что выполню все, что вы скажете!

Она улыбнулась.

— Ты знаешь, где находится церковь вознесения Господня? Прошу тебя, сходи туда и обратись к священнику. Верь в Бога, Дэвид. Он всегда с нами.

— Клянусь, я сделаю это!

Она подняла руку и погладила меня по голове.

— Я верю тебе, мой мальчик. Не случайно я выбрала тебя.

Я плакал. Плакал, словно маленький ребенок, которому родители не купили обещанную игрушку.

— Бабушка Маргарет! Пожалуйста, не умирайте!

Ее рука опустилась. Она умерла.

Пелена слез застилала мои глаза. Я решил во чтобы то не стало исполнить ее просьбу. Прямо в тот момент.

Церковь была однокупольной. Позолоченный купол, небольшой крест, возносящийся в небо, белокаменные стены.

Внутри были покоробившиеся от времени фрески и иконы, закоптившиеся от пламени лампад.

Перед алтарем молился священник. Услышав мои шаги, он обернулся и сказал:

— А, Дэвид Фэйбер. Что ж, я наслышан о тебе.

Я не знал, откуда он знает мое имя. Но в тот момент мне было все равно.

— Служба уже началась. Ты знаешь молитвы, Дэвид?

— Да, — промолвил я, захлебываясь слезами.

— Ну, тогда молись, Дэвид.

И я молился. По несколько раз повторяя единственные три молитвы, которые знал. Молился, а по щекам по-прежнему текли слезы.

Я не знаю, сколько времени я провел в храме. Лишь один раз смог отвлечься, когда мне показалось, что прямо с купола храма меня осветил какой-то луч.

А после ко мне подошел тот самый священник, и сказал:

— Пойдем, Дэвид. Нужно забрать тело Маргарет.

Откуда ему было известно и это, я даже представить не мог.

Весь путь мы прошли молча. Никто не задавал каких-либо вопросов. Он взял с собой двух церковных помощников, чтобы те помогли ему вынести тело.

Я попросил лишь еще раз увидеть ее.

— Завтра похороны, — бросил священник напоследок.