Истории Ада и Рая

— Спасибо, миссис Блэк, а сейчас, можно мне идти?

— Конечно, ты свободен.

Честно говоря, я был не очень рад, что она решила вступиться за меня. Но отказать ей я тоже не мог. Так что, будь что будет.

После окончания уроков, я не задерживаясь, двинулся в сторону дома. Желудок подавил голодный спазм. Все-таки надо было что-нибудь перекусить с утра…

Я решил идти через школьный парк. Парком назвать его было сложно, хотя на этом и настаивала наша директриса, скорее, небольшая аллея. Два ряда деревьев обрамляли асфальтовую дорогу, вдоль которой через равные промежутки располагались скамейки. На одной из них сидела в одиночестве Эллис Уилсон, моя одноклассница.

Увидев меня, она встала со скамейки, улыбнулась и приветливо помахала мне рукой. Описать в нескольких словах ее можно так: длинные русые волосы, большие голубые глаза, невысокий рост. Одета она была в темно-вишневую кофту и светлые джинсы… да и, наверное, все. Больше никаких отличительных черт у нее не было.

Только тебя сейчас не хватало…

Я сделал вид, что не заметил ее, и пошел дальше.

— Дэвид! Ты уже домо… Что у тебя с лицом? Это кровь?

Сейчас я мне не хотелось ни с кем говорить. Но она теперь не отвяжется…

— Да, кровь.

— Что случилось?

— Тебя это не касается.

— Дэвид… Я хотела спросить у тебя. Не хочешь ли ты поехать в летний лагерь с…

Она замялась.

— … со… со мной.

Это не входило в мои планы на лето.

— С чего ты взяла, что я собираюсь куда-то уезжать из города?

Ее лицо немного изменилось. На нем отобразился отпечаток мимолетной грусти. Но всеми силами попытавшись это скрыть, она спросила:

— Ты же знаешь, что происходит в Найт-Спринге. Вот я и решила, что… что так будет безопаснее для нас.

— Эллис, нет никаких нас. Если ты беспокоишься за свою жизнь, то уезжай куда хочешь. Я же ехать никуда не собираюсь.

— Но, Дэвид…

— Ты и дальше собираешься идти за мной? Эллис не раздражай меня.

Какой эффект произвели на нее эти слова я не видел. Потому что продолжил идти, не оглядываясь.

Да и плевать, если честно, я на нее хотел…

Изменив первоначальный маршрут, я решил зайти в кафе «Coffee House». Меню не отличалось особым разнообразием: несколько сортов кофе и различные пирожные. Однако, сам не зная за что, я очень любил его.

Заказав свое любимое пирожное и чашку кофе, я расплатился исел за столик в углу помещения.

За соседним столиком сидела семейная пара с маленьким сыном, уплетая что-то с расставленных перед ними тарелок.

Семья…

Что такое семья? В полной мере мне не понять этого никогда…

Мое детство прошло в детском приюте. Кто были мои родители я, разумеется не помню. Но видимо они «очень любили меня»… Однообразная, шаблонная жизнь продолжалась до двенадцати лет. Вспоминать приютские будни мне совершенно не хотелось.

Когда мне было двенадцать, я решил, что пора бежать. Бежать из этой «тюрьмы», как можно скорее.

И вот, однажды ночью, когда сироты и воспитатели спали, я осуществил задуманное. Спальня располагалась на втором этаже. Спуститься на первый я не решился, потому что боялся, что мою возню услышат, и тогда, все мои планы на побег рухнут. Хотя, собственно, и не было у меня никаких планов…

Тогда я решил, что надо прыгать. Прямо из окна. Другого пути не было.

Окно оставляли приоткрытым на ночь, чтобы проветрить помещение, так как было лето, а летние ночи в Найт-Спринге очень душные. Но была одна проблема. Окно прикрывала москитная решетка.

Помню, что стесал руки в кровь, ободрал все ногти, пытаясь отодрать эту решетку. И все-таки пластиковая основа решетки поддалась. Кто-то из детей проснулся и что-то забормотал.

И я прыгнул.

Высота была не очень большой. Но правильно сложиться в воздухе для более безопасного приземления я не умел. Поэтому и грохнулся на бок. Спасло лишь одно. Я упал в большой куст, находившийся под окном.

Я не получил переломов, но разодрал всю кожу об ветвистые сучья кустарника. Однако, я почти ничего не почувствовал. В крови бушевал адреналин, доза которого лишь увеличилась, когда я увидел, что в окне спальни зажегся свет.

И потом я побежал. Со всех ног, почти не разбирая дороги. Изгородь, огораживающая приют от остального мира, была легким препятствием для меня. Но даже преодолев ее, я бежал еще очень долго. Мне казалось, что меня преследуют.

Несколько дней я провел на улице. Страшно хотелось есть и пить, поэтому я попытался умыкнуть что-нибудь съедобное из продуктовой лавки. Однако, продавец заметил меня, после чего пинками выкинул на улицу.

Не знаю, что со мной было бы дальше. Но однажды кое-что произошло.

Я сидел, прислонившись спиной к холодной стене, в какой-то подворотне, уже ни на что не надеясь и ни о чем не думая.

И тут я услышал голос. Ласковый, старушечий голос.

— Господи! Молодой человек! Что с вами?

Я не знал, как тогда выглядел. Но скорее всего, весьма удручающе.

— Вы, наверное, есть хотите?

Я поднял голову и увидел ее.