История вампиров

Первым делом можно было бы вкратце исследовать, ка­ким образом возникала вера в вампиризм, и здесь вполне уместно заметить, что тщательные изыскания в связи с экс­трасенсорными, паранормальными явлениями, оказавшиеся в последние годы столь плодотворными, и даже современные научные открытия подтвердили сущностную правдивость множества древних свидетельств и старых поверий, еще вче­ра отвергаемых людьми благоразумными как проявления крайней чувственности эффектных, напыщенных фантазий. Можно сказать, что истоки веры в вампиризм, хотя и очень смутные, неоформленные и несвязанные друг с другом, вос­ходят к древнейшим временам, когда первобытный человек пытался проследить таинственную взаимосвязь души и тела. Человек наблюдал разделение индивида на эти две составля­ющие, и, благодаря своим наблюдениям, пусть грубым и не­зрелым, сталкивался с таким феноменом, как бессознатель­ное — в том виде, в каком оно представлено в сновидениях и особенно в смерти. Человеку оставалось лишь размышлять о существовании этого самого нечто, утрачивая которое, на­всегда покидаешь живой, бодрствующий мир; приходилось задаваться вопросом: возможно ли при некоторых обстоятельствах, пока что ему неизвестных, скрытых от него, про­должение той жизни, той личности, которая, очевидно, пере-, шла куда-то в другое место, в какое-то иное состояние. Во­прос этот был вечным и, более того, глубоко личным, по­скольку затрагивал тот опыт, которого человек и не надеялся избежать. Вскоре ему стало ясно, что процесс, именуемый смертью, — это всего лишь переход в иной мир; вполне есте­ственно, что мир потусторонний воображался очень похожим на уже знакомый, привычный мир — с той лишь разницей, что в потустороннем мире человек будет пользоваться влия­нием на те силы, с которыми в течение своей земной жизни он вел нескончаемую войну за власть. Возможно, мир иной рас­положен не так уж далеко, и не стоит полагать, будто люди, перешедшие в него, утрачивают интерес и привязанность к тем, кого они совсем недавно оставили на земле. Несмотря на то, что нам не случается зримо ощутить присутствие по­койных родственников, мы должны о них помнить так, как мы помним о ком-либо из нашей семьи, кто отправился в обычное путешествие на неделю, месяц или год. Естествен­но, к тем, кому возраст и положение давали право на уваже­ние и почет со стороны окружающих, следует относиться с тем же вниманием — даже оказывать еще более высокие почести, чем при жизни: ведь теперь власть этих людей таин­ственным образом усилилась, и они будут активно карать за любую непочтительность и пренебрежение. Следовательно, как отдельная семья почитала отца — хозяина дома — и при жизни, и после смерти, так и все племя стало поклоняться ве­ликим людям — вождям и героям, чьи деяния и подвиги при­несли благо не только их семьям, но и всему клану. У племе­ни шиллук, которое живет на западном берегу Белого Нила и которым управляет король, по-прежнему сохраняется культ Ньяканга — героя, основавшего династию и поселившего этот народ на его нынешней территории. Считается, что Нья-канг был человеком, причем в действительности он не умер, а просто скрылся из виду. Однако он не обладает божественностью в полной мере, тогда как великий бог шиллуков, Джу-ок, не имеет формы, невидим и присутствует абсолютно not-всюду. Он гораздо величественнее и выше Ньяканга и царст­вует на тех самых высоких небесах, где до слуха его не доно­сятся людские молитвы и он не может обонять сладостный запах приносимых ему жертв.

Шиллуки поклоняются не только Ньякангу, но и каждому из своих королей, после того как тот умирает, и могила монар­ха становится святилищем. Повсюду в деревнях есдъ множе­ство усыпальниц, за которыми присматривают специальные старики и старухи. В каждой из таких усыпальниц соверша­ются тщательно разработанные ритуалы, практически иден­тичные повсеместно. И в самом деле, можно сказать, что ос­новным элементом религии шиллуков является культ умерших королей.

Другие африканские народности также поклоняются сво­им королям, отошедшим в мир иной. Народ баганда, чья страна Уганда расположена в верховьях Нила, считает своих покойных правителей равными богам и в их честь воздвигает храмы, которые содержатся с величайшей заботой. В преж­ние времена, когда умирал король, убивали сотни людей, что­бы их души могли прислуживать душе властелина. Вот весь­ма показательная иллюстрация веры этих людей в то, что ко­роль со своей призрачной свитой в состоянии возвращаться на землю в телесной форме (достаточно плотной, чтобы осу­ществлять такую сугубо материальную функцию, как погло­щение пищи!). В определенные торжественные дни на заре у ворот храмов начинают бить в священные тамтамы, и туда стекаются толпы поклоняющихся, которые несут корзины с едой, дабы король со свитой не остались голодными, ведь в противном случае монарх может разгневаться и покарать весь народ.