Фандом: Ориджиналы. Ну почему омега-папа послал меня за продуктами тогда, когда через наш захолустный райончик ехал OН? Очевидно, это была судьба…
36 мин, 31 сек 16858
— Не опять, а снова… Да блин, у меня есть омега, ты не бойся. Так дашь? Просто полизать, м? — заклянчил он.
— Ну ладно… — нехотя согласился я.
И да, несмотря на то, что мне уже почти двадцать лет, я — девственник. И кроме языка моего покровителя рядом с моей дырочкой даже рядом ничего не было. А вышеупомянутый язык… Асай всегда хочет полизать меня, каждую течку, и я даже не знаю, как ему отказать. Слабохарактерный я, вот.
— Иди спать, малыш. Я сам разогрею себе поесть. Тебе надо отдохнуть перед завтрашним днём.
— Столько лет прошло, а ты всё меня за ребёнка держишь, — вздохнул я и скинул с себя руки мужчины.
В комнате, в первую очередь, взгляд устремился на запылённую фотографию трёхлетней давности. Протерев с неё пыль, вглядываюсь в родные лица, смахивая слезинку, что потекла по щеке. Папочки, братья, сестричка, как вы там без меня?
Три года. Три года я не виделся со всеми ними. Уверен, многое изменилось. Нет, мы созванивались иногда, но и это было довольно нечасто. Я позволил Асаю забрать у меня семью, когда согласился уделять всё своё время ему. В конце-то концов, я работал у него, как прислуга, получал за это деньги, что не снилось многим омегам.
Семья. За такую привилегию, как оплачиваемая ненапряжная работа я поплатился именно ей. Кто знает, может они меня не узнают? Может я стал совершенно чужим для них? Мне страшно. А Асай так гонит по городу, что меня уже начинает тошнить.
— С тобой всё в порядке? — вывел меня из оцепенения его голос. — Приехали, ма…
— Только попробуй меня снова малышом назвать, — огрызнулся я, и плевать, что это мой работодатель.
— Мадама привередливая, — хихикнул альфа.
Нет, ну как дитё малое. Не я же его на шесть лет старше. Хотя, я знаю, что он дурачится только потому, что по-прежнему считает меня ребёнком. Видимо, он слишком хорошо запомнил того мальчугана, что вывихнул руку и был обсыпан кирпичами.
Мне не понять. С одной стороны, зачем он сам уничтожил этот образ, когда попросил меня ухаживать за кожей, что старый загар полностью сошёл, да и не уговорил, заставил подкрасить выгоревшие волосы, пока не отрастут. И отрасли. А когда я хотел отстричь то, что наотрастало, я же не девица, коса до пояса — не моя участь, он сам отрезал столько, сколько счёл нужным, а потом просто отправил меня к парикмахеру сделать такую стрижу, какую угодно ему, Асаю.
Обидно, что моей жизнью распоряжается он так свободно. Я мог бы уже иметь семью и растить первенца, но я даже до сих пор девственник! Он ни одного альфу ко мне не подпускает, но и сам не хочет мне ничем помочь. Из-за подавителей течки и просто сексуального неудовлетворения, Асай следит даже за тем, чтоб я игрушки в зад не пихал, у меня начались проблемы со здоровьем. Хотя… Как со здоровьем… На прошлом моём сеансе общения с омежьм врачом мне сказали, что возможность стать бесплодным всё растёт и растёт. Что ж, осталось скрыть всё от моего покровителя, добиться непригодности, как продолжатель рода, и уйти в проституцию. Хотя, учитывая, что с этого сеанса почти полгода прошло. Ну, статус течного недобеты меня тоже устроит.
Докатились. Сейчас я встречусь с семьёй, по которой так скучал, и при этом строю планы, как загубить свою жизнь. А что я хотел? Что Бог возьмёт меня под своё крылышко, и всё будет тип-топ? Нет. Из грязи в князи? Не так всё просто…
— Мадама, ты застыл, аки статуя, что ли? — фыркнул виновник всех моих бед.
— Нет, просто думаю о том, что ту свою машину, из-за которой мы встретились, ты продал, и потому я не могу «красоту» ей навести.
— Знаешь, я понимаю, что ты не всегда доволен моим обществом, но…
— Что «но»? Ты жизнь мою! Я бесплоден! — не выдержав, закричал я.
— Знаю, позавчера пришли результаты твоих анализов. Можешь со спокойной совестью уйти в проститутки.
— А Тайлер… Ему пятнадцать, а он уже родил… Через год он выйдет замуж. Финни и Роб женились, у старшего уже двое детей… Папа родил полгода назад… У всех семьи, счастье, а я… Да и девственники в проституцию не идут.
— Тебя это так волнует? — абсолютно равнодушно спросил мужчина и, не дождавшись ответа, приказал: — Выходи.
Я послушно вышел из машины и направился в сторону дома, который за три года ничуть не изменился. Мне было плевать, что там за мной топочет тот, кто сломал мне всё, что можно. Меня волновала только приближающаяся встреча.
Открыл мне альфа-папа. Он долго стоял на пороге, будто не в силах поверить, что я — тот самый Люсиан. Да, папа, это я. Вы переехали, три года Асай мне позволял видеться с вами, а потом оторвал меня ото всей семьи. Я до сих пор храню наше прощальное фото. И сегодня мне уже двадцать.
Так много хотелось сказать, но я смог всего лишь расплакаться и сдавленно выдавить:
— Папочка…
— Лео, это Люська? — показался омега-папа с малышом на руках.
Хех, сколько помню, он всегда нянчился с детьми, без малыша на руках мне сложно его представить.
— Папа… Папочка… Я…
— Ну ладно… — нехотя согласился я.
И да, несмотря на то, что мне уже почти двадцать лет, я — девственник. И кроме языка моего покровителя рядом с моей дырочкой даже рядом ничего не было. А вышеупомянутый язык… Асай всегда хочет полизать меня, каждую течку, и я даже не знаю, как ему отказать. Слабохарактерный я, вот.
— Иди спать, малыш. Я сам разогрею себе поесть. Тебе надо отдохнуть перед завтрашним днём.
— Столько лет прошло, а ты всё меня за ребёнка держишь, — вздохнул я и скинул с себя руки мужчины.
В комнате, в первую очередь, взгляд устремился на запылённую фотографию трёхлетней давности. Протерев с неё пыль, вглядываюсь в родные лица, смахивая слезинку, что потекла по щеке. Папочки, братья, сестричка, как вы там без меня?
5. Пожалуй, не самые лучшие новости
Я ехал к своей семье, всё время думая о чём угодно, но только не о предстоящей встрече.Три года. Три года я не виделся со всеми ними. Уверен, многое изменилось. Нет, мы созванивались иногда, но и это было довольно нечасто. Я позволил Асаю забрать у меня семью, когда согласился уделять всё своё время ему. В конце-то концов, я работал у него, как прислуга, получал за это деньги, что не снилось многим омегам.
Семья. За такую привилегию, как оплачиваемая ненапряжная работа я поплатился именно ей. Кто знает, может они меня не узнают? Может я стал совершенно чужим для них? Мне страшно. А Асай так гонит по городу, что меня уже начинает тошнить.
— С тобой всё в порядке? — вывел меня из оцепенения его голос. — Приехали, ма…
— Только попробуй меня снова малышом назвать, — огрызнулся я, и плевать, что это мой работодатель.
— Мадама привередливая, — хихикнул альфа.
Нет, ну как дитё малое. Не я же его на шесть лет старше. Хотя, я знаю, что он дурачится только потому, что по-прежнему считает меня ребёнком. Видимо, он слишком хорошо запомнил того мальчугана, что вывихнул руку и был обсыпан кирпичами.
Мне не понять. С одной стороны, зачем он сам уничтожил этот образ, когда попросил меня ухаживать за кожей, что старый загар полностью сошёл, да и не уговорил, заставил подкрасить выгоревшие волосы, пока не отрастут. И отрасли. А когда я хотел отстричь то, что наотрастало, я же не девица, коса до пояса — не моя участь, он сам отрезал столько, сколько счёл нужным, а потом просто отправил меня к парикмахеру сделать такую стрижу, какую угодно ему, Асаю.
Обидно, что моей жизнью распоряжается он так свободно. Я мог бы уже иметь семью и растить первенца, но я даже до сих пор девственник! Он ни одного альфу ко мне не подпускает, но и сам не хочет мне ничем помочь. Из-за подавителей течки и просто сексуального неудовлетворения, Асай следит даже за тем, чтоб я игрушки в зад не пихал, у меня начались проблемы со здоровьем. Хотя… Как со здоровьем… На прошлом моём сеансе общения с омежьм врачом мне сказали, что возможность стать бесплодным всё растёт и растёт. Что ж, осталось скрыть всё от моего покровителя, добиться непригодности, как продолжатель рода, и уйти в проституцию. Хотя, учитывая, что с этого сеанса почти полгода прошло. Ну, статус течного недобеты меня тоже устроит.
Докатились. Сейчас я встречусь с семьёй, по которой так скучал, и при этом строю планы, как загубить свою жизнь. А что я хотел? Что Бог возьмёт меня под своё крылышко, и всё будет тип-топ? Нет. Из грязи в князи? Не так всё просто…
— Мадама, ты застыл, аки статуя, что ли? — фыркнул виновник всех моих бед.
— Нет, просто думаю о том, что ту свою машину, из-за которой мы встретились, ты продал, и потому я не могу «красоту» ей навести.
— Знаешь, я понимаю, что ты не всегда доволен моим обществом, но…
— Что «но»? Ты жизнь мою! Я бесплоден! — не выдержав, закричал я.
— Знаю, позавчера пришли результаты твоих анализов. Можешь со спокойной совестью уйти в проститутки.
— А Тайлер… Ему пятнадцать, а он уже родил… Через год он выйдет замуж. Финни и Роб женились, у старшего уже двое детей… Папа родил полгода назад… У всех семьи, счастье, а я… Да и девственники в проституцию не идут.
— Тебя это так волнует? — абсолютно равнодушно спросил мужчина и, не дождавшись ответа, приказал: — Выходи.
Я послушно вышел из машины и направился в сторону дома, который за три года ничуть не изменился. Мне было плевать, что там за мной топочет тот, кто сломал мне всё, что можно. Меня волновала только приближающаяся встреча.
Открыл мне альфа-папа. Он долго стоял на пороге, будто не в силах поверить, что я — тот самый Люсиан. Да, папа, это я. Вы переехали, три года Асай мне позволял видеться с вами, а потом оторвал меня ото всей семьи. Я до сих пор храню наше прощальное фото. И сегодня мне уже двадцать.
Так много хотелось сказать, но я смог всего лишь расплакаться и сдавленно выдавить:
— Папочка…
— Лео, это Люська? — показался омега-папа с малышом на руках.
Хех, сколько помню, он всегда нянчился с детьми, без малыша на руках мне сложно его представить.
— Папа… Папочка… Я…
Страница 5 из 10
